Чтение онлайн

мне кажется, что сейчас здесь начнётся нечто неописуемое…

– Подавят их нахрен… И столы разнесут… А нам всё это снимать…

Через несколько минут из КПП стали выходить первые перебеж-чицы. Едва заметив стол с пакетами и выстроившихся за ним вряд

российских офицеров, женщины бегом, забыв о детях, бросились

к столу.

– Илья! – орал акыд. – Где все операторы? Мы начинаем раздачу

гуманитарки, надо снимать…

– Я что могу сделать? – оправдывался репортёр. – Витя снимает

стендапы на входе к КПП… Там тоже картинка нужна.

– Здесь я командую! – свирепел полковник. – Немедленно всех операторов сюда! Эти бабы сейчас разнесут здесь все к чёртовой матери…

– Да пошёл ты, командир хренов, – сквозь зубы огрызнулся Илья, развернулся и медленно пошел к КПП. – Разбирайся здесь сам, чучело…

В ту же секунду в репортёра врезалась пожилая женщина во всём

черном, гонимая толпой таких же оголтелых представительниц слабой

половины человечества:

149

Александр Коцюба • Раненный Алеппо

– Аккуратней, аккуратней, барышни! – он едва удержался на ногах.

Но женщины, не обращая внимания на крики экипированного

журналиста, продолжили натиск. Сирийские солдаты попытались упорядочить их действия, загоняя орущих дам с детьми в некий коридор, по которому они подходили в колонне по одному к желанному столу с продуктами. И поначалу им это удавалось: первые три – четыре тётушки, те что покрепче, спокойно подошли к месту раздачи, получили из рук

улыбающегося российского офицера по пакету гуманитарки. На этом

идиллическая миссия окончилась. Беженцев на объекте с каждой секун-дой становилось всё больше, солдаты уже не могли контролировать

коридор, и в какой-то момент просто отошли в сторону. Голодная толпа

хлынула к грузовикам, снеся импровизированный стол и расхватав раз-ложенные на нём пакеты. Офицеры поначалу пытались перекричать

дам, призывая их к порядку, но все усилия оказались тщетны: анархия

взяла верх. К этому моменту оба оператора: Витя и Вадим, оказались

в гуще события. Они снимали всю эту вакханалию, невзирая на давку.

– Витя, давай отстендапим! – опомнился Илья, заметив оператора.

Но он продолжал снимать толпу, очевидно, не расслышав просьбу

репортёра. Илья отошел в сторону, не желая быть затоптанным этой

черной людской массой. Остальные корреспонденты тоже подошли

к нему. Все молча следили за происходящим.

– Илюха! – кричал Алексей. – Можно я Витю возьму для стендапа?

– Да он не слышит ни хрена, я и сам хотел отстендапить, но пойди, докричись до него. Сейчас поснимает немного, увидит нас, там и поработаем с материалом. Можешь первым писаться, я не против…

– Спасибо, братан! – Алексей направился в сторону снимающего

оператора. – Я попробую прорваться к нему…

– Давай, только аккуратней!

Считанные минуты спустя он уже размахивал руками в толпе

кричащих баб, стараясь что-то объяснить на камеру своим будущим

телезрителям.

– Надеюсь, там хоть что-то будет слышно, – тревожился Лёня, обращаясь к Илье.

– Зато, какой драйв! Если кричать в микрофон, думаю, перекричать

этих теток удастся.

– Да-а-а… Стендап очень яркий получится, – согласился Клим. –

Пойду, найду Вадика и тоже запишусь…

150

Александр Коцюба • Раненный Алеппо

Российские военные, сидевшие в кузове КамАЗов, принялись раздавать гуманитарку прямо через борт: вручали по пакету в протянутые

руки страждущих. Люди хватали их, стараясь как можно крепче прижать к себе, чтобы сосед не вырвал. Пакеты рвались, консервы, и крупы

разлетались, их тут же хватали другие люди и выносили из толпы.

– Илья!.. Илья! – перекрикивая людей, надрывался Витя. – Лёху

записали, давай теперь с тобой поработаем!

– Я иду к тебе, братан!

– Стой там! Я сейчас сам к тебе приду, и будем писать оттуда. Там

картинка лучше, всё видно, – оператор медленно пробирался сквозь

толпу. Дойдя наконец до репортёров, Виктор присел на бордюр, переводя дух.

– Бли-и-ин! Как же жарко здесь, – снимая с головы каску, констатировал он. – Плюс пятьдесят семь дают о себе знать…

– Да и тётки добавляют жару, – поддержал Лёня.

– Сейчас отдохну немного, и будем писать, – обратился Виктор

к стоящему рядом Илье. – Ты встанешь сюда, – он показал на точку

перед ревущей у борта одного из КамАЗов толпой, – а я возьму тебя

с бордюра. На широком угле будет всё прекрасно видно… Весь этот

хаос, как на ладони…

Илья подошел к указанному месту, еще раз окинул взором происходящее, обдумывая текст стендапа:

– Так! Я готов, как отдохнёшь, можем писать!..

– Это хорошо! – вставая с места и закидывая камеру на плечо, поддержал Виктор. – Работаем по моей команде!.. Всё, начали!

Прижимая микрофон как можно ближе к губам, Илья стал громко

и чётко выкрикивать самые важные на тот момент слова своего сюжета:

– Мука, вода и крупы, – беженцы получают гуманитарную помощь!

– он обернулся, словно разглядывая мечущихся женщин, и в этот

момент одна из них выхватила из рук другой женщины пакет с мукой.

Он порвался, хлопнув белоснежным облаком, следы которого накрыли

орущих рядом женщин, стариков и детей. – Несколько дней они не ели, не пили, – продолжал репортёр. – Этих продуктов им должно хватить

на первое время…

Витя, по традиции поднял вверх большой палец свободной руки

в знак удачно выполненной работы, после чего Илья быстро освободил

место для своего коллеги…

151

Александр Коцюба • Раненный Алеппо

Толпа продолжала орать и тянуть руки вверх, в надежде урвать

свою порцию гуманитарки. Военные в сирийской форме, как могли, сдерживали натиск на российские грузовики: особо ретивые, исключительно мальчишки-подростки, висли на бортах машин, их стягивали