Чтение онлайн

Год назад его сосед Федор, который всю жизнь проработал на фанерном заводе, тяжело заболел. Диагноз врачей был неумолим. Требовалась срочная операция.

Понадобились деньги, тогда он продал свой еще добротный деревянный дом и переехал к сыну. Вскоре на этот участок зашла тяжелая строительная техника. Экскаватор сломал дом и все надворные постройки. «КАМАЗы» целыми днями вывозили грунт и строительный мусор. Котлован вырыли огромный и глубокий.

«Уж не санаторий ли собираются строить?» — удивлялся дед Матвей.

Но вскоре, словно по взмаху волшебной палочки, на месте котлована вырос дворец, напоминающий крепость. Блистающие башенки с узкими бойницами, пластиковые окна, изящная оранжерея, а вместо огорода — уютный парк, засаженный голландскими цветами. Вокруг участка — высокий железный забор с фонарями, и пара злобных огромных ротвейлеров для охраны. Такое соседство пугало и настораживало деда Матвея.

Вот и сейчас, находясь в лесу и услышав зуммер сотового телефона, дед Матвей сразу насторожился. Он еще немного спустился вниз и подошел к дереву. В нескольких метрах от него, посередине небольшой поляны лежали двое мужчин, не подавая признаков жизни. В кармане куртки одного из них все еще звонил телефон.

— Ох, горе, горюшко-то какое! — вздохнул дед Матвей и подошел ближе.

Нагнулся и вытащил телефон, который по-прежнему издавал гудки. Открыл крышку и поднес телефон к уху.

— Алло, алло, Петрович! Алло, отвечай. Ты где, что случилось, почему не выходишь на связь?!.. — кто-то кричал на другом конце линии.

— Алло! — ответил дед Матвей. — Вызовите милицию!

— Это кто?! Кто это?!.. — по-прежнему кричал из трубки чей-то голос.

— Я, пенсионер Ребров Матвей Григорьевич, нашел двух мертвых мужчин в лесу, недалеко от станции.

— Как мертвых?!.. Около какой станции?!.. — и в этот момент телефон издал протяжный писк и отключился.

— Эх, техника-то ненадежная какая, — дед Матвей положил телефон на траву рядом с убитым, в груди которого зияла рана. Дед Матвей посмотрел на второго убитого: выстрел пришелся ему прямо в сердце.

— Кто же это вас так?.. — горестно произнес старик, повздыхал немного, взял корзину и пошел на станцию звонить в милицию.

* * *

— Вот подлец! Опять за свое взялся. Окажись ты живым, я бы из тебя душу вынул! — задыхался от злобы Генерал. — Тоже мне, «крестный папа» нашелся, любитель окрестить кровью. Значит, хотел Толяна окрестить, да лоханулся! — Он достал сотовый и набрал номер. На другом конце линии кто-то снял трубку. — Это я! — пробасил Генерал. — Как там наш угонщик, пришел в себя?

— Нет, он умер, больше не приходя в сознание, от потери крови.

Генерал почувствовал, что доброжелательная фортуна повернулась к нему кормой, суля большие проблемы, но сдаваться нахлынувшим обстоятельствам было не в его характере.

— Дай Лекарю двух детективов и срочно отправляй его самолетом в Приморье, нечего ему у тебя прохлаждаться. Работы будет много. Свяжись с Советским РОВД. Где-то в пригороде некто Ребров Матвей Григорьевич нашел два трупа. У меня есть уверенность, что это наши. Будет информация, сразу звони мне на сотовый, а я займусь Шаморой. Есть тут у меня одна ниточка.

Генерал отключил телефон и небрежно бросил его на заднее сиденье. Сейчас ничто не должно мешать ему думать. В такие минуты в нем пробуждался волк, идущий по кровавому следу жертвы.

Около десяти часов утра, подъезжая к бухте Шамора, Генерал, взвесив все за и против, имел точный план дальнейших действий. Сейчас ему нужен был Санек, который торгует на Шаморе. Искать его следовало, скорее всего, в каком-нибудь ларьке, недалеко от удобной парковки машин. Этот Санек, без сомнения, был наводчиком. Некто, убивший людей Генерала и завладевший грузом наверняка хотел избавиться от приметной машины, поэтому бросил ее где-нибудь в оживленном месте. Убийство, скорее всего, было незапланированным. Иначе зачем рисковать и перегонять ворованный джип на Шамору и там его бросить? Если убийство было спланировано заранее, то убийца воспользовался бы транспортным средством.

Берег тянулся длинной полосой, прячась за кронами деревьев и крышами турбаз. Водитель уверенно вел «Мерседес» на большой скорости, прижимая и подрезая двигающиеся по трассе машины. С левой стороны море закрыл своими корпусами пионерлагерь «Океан».

— Не мог он далеко уйти, — рассуждал вслух Генерал. — Он где-то рядом, совсем близко, я это чувствую.

В этот момент «Мерседес», объезжая выбоину на дороге, вильнул влево, едва не столкнувшись с белой «Тойотой-Короной».

— Мне нужно сообщить родителям, что я доехала и хорошо устроилась, — сказала Настя, многозначительно улыбнувшись.

— Можно заехать в Артем; кстати, там неплохой рынок, — ответил я, думая о черном «Мерседесе».

Он был мне знаком. Я не мог его спутать с другим таким же. Несколько раз мне приходилось видеть этот «Мерседес» с темными, тонированными стеклами и желтыми номерами, припаркованным к дому моих соседей в пригороде.

На меня вдруг нахлынули воспоминания…

Все было отлично, пока сосед не продал свой дом. Моя жена Анжелика находилась на седьмом месяце беременности.

Мы ждали сына. Всю работу по дому я делал сам, успевая еще крутиться на работе. Дел, как всегда, было невпроворот, а тут еще и груз застрял в Москве — вагон скоропортящихся продуктов. Немалые деньги могли просто пропасть. И может быть, все было бы хорошо, если бы не новые соседи. За год они выстроили дом на месте старого.

Судя по размаху, денег в строительство вкладывалось много. Использовались самые дорогие материалы. Мы всегда терпимо относились к шуму, доносившемуся с их участка, но беспардонность и вседозволенность, с которой они себя вели, удручала.

Однажды Анжелика возвращалась из магазина. Когда она проходила мимо дома новых соседей, в железном заборе открылась дверь, и на улицу выскочил огромный ротвейлер, без поводка и намордника. Через секунду он бросился на нее. Она лишь смогла прикрыться сумкой с продуктами, в которую пес вонзил свои острые клыки, повалив на землю беременную женщину.

В это время я копался на огороде и, услышав крик, выскочил на улицу, в руках у меня была лопата. Жена лежала на земле, закрывая лицо сумкой. Кобель яростно набрасывался на нее. Я подбежал, резко и сильно толкнул его. Он от неожиданности упал. По-видимому, еще никто с ним так не поступал. Не давая ему опомниться, я запрыгнул на него, подставив клыкам черенок лопаты. Находясь на спине, пес, вцепившись в дерево, отчаянно махал лапами в воздухе. Я же крепко держал лопату и давил ею изо всех сил, прижимая его голову к земле. В глазах ротвейлера, переполненных злобой, появился страх.

«Где же хозяин? — думал я. — Если он сейчас не появится, я убью этого пса. Иначе он расправится со мной». Взглянув на железный забор, за приоткрытой дверью я увидел хозяина дома, моего нового соседа, который спокойно наблюдал за происходящим. Под его густыми бровями вместо глаз, казалось, находились колючки.

Похоже, он считал себя Цезарем, а меня — гладиатором, вступившим в бой со зверем. Понимая, что мне неоткуда ждать помощи, я надавил лопатой на пасть так, что пес жалобно заскулил. Потянул черенок на себя. Ротвейлер разжал пасть. Приподнявшись с колен, я ударил пса черенком по шее и крикнул: