Чтение онлайн

Пение скрипки, под которую на сцене действие развернулось, заставляет толпу притихнуть. Вдохновенный и волнующий мотив завораживает своей лиричностью, неким достоинством, и вместе с тем в нем чувствуется обреченность. Сразу понятно, что чувства персонажей неожиданны для них самих, возникли не в то время, не в том месте, и скорее всего, приведут к печальному концу. Но вместе с тем, это слишком сильно, чтобы так просто отказаться.

Музыкант, прикрыв глаза, прильнул подбородком к инструменту, а тот словно ожил и поет сам.

С правой стороны эхом откликаются виолончели, сразу добавив глубины. Но вести продолжает скрипач.

И я понимаю, что обожаю музыку.

Танец на сцене достиг пика, стремительное кружение набрало обороты, но вот мелодия сменяет тон. Актеры прерываются, словно опомнившись и помедлив, размыкают ладони. Музыка тихо угасает.

Действие сменяется. Помощники шустро выдвигают декорации сада, начинают играть флейты, изображая птичьи песни. Скрипач получает возможность отдохнуть и опустив смычок, что-то говорит магу. Тот заходится в тихом смехе. Музыкант же облегченно поводит плечами и окидывает взглядом толпу. Меня он замечает сразу.

Узнал. Полушутя, он обозначает поклон и довольно улыбается. Еще бы! Смотрю-то я не на сцену, а на него.

Сзади кто-то проталкивается, пробираясь к центру, и пихает меня в спину. Впереди стоящие, между чьих плеч я выглядывала, неохотно расступаются. Так меня выносит вперед, почти вплотную с магом и скрипачом. Последний, увидев это, тоже делает ко мне пару шагов, оказавшись на расстоянии локтя.

— Выдалась свободная минутка? — Негромко интересуется он. Помня, что меня могут видеть потенциальные ловцы, я с улыбкой стреляю глазами вбок, словно напуская загадочности. Может же так поступать на моем месте несостоявшаяся жертва? Безусловно, может.

— Не совсем. — Улыбаюсь я.

Они ведь не подошли близко, и не слышат слов.

— Так для тебя никакого праздника? — Удивляется музыкант. Я еще шире улыбаюсь, совсем опустив глаза и стеснительно спрятав ладони в складках юбки.

— Ну не то чтобы так…

Поднимаю глаза, сохраняя на лице прежнюю кокетливую улыбку.

Наверное, такая внезапная приветливость у него со мной не вяжется. Скрипач недоуменно сдвигает брови, а потом щурит глаза.

— Кто-то наблюдает за тобой?

— Надеюсь, что так… — Медленно отвечаю я, в то же время покачав головой и не меняя выражения. Он кивает в знак понимания и игриво улыбается в ответ, да так натурально, что кто-то из девушек сзади завистливо вздыхает.

— Сожалею. Наверняка трудно без отдыха. — Признает он, а сам, будто заинтересованно, подается в мою сторону. — Но представление хоть нравится?

— А что, там вдобавок идет какое-то представление? — Я шутливо удивляюсь, встав на цыпочки и через его плечо взглянув на помост.

Он усмехается, оценив комплимент. И тут я буквально затылком ощущаю на себе пристальный взгляд. Кто-то, раньше следивший издалека, сейчас подошел поближе, и я его засекла.

Вот и отлично.

— Так ты выступаешь не один, а вместе с оркестром? — Спрашиваю я. Скрипач качает головой.

— Тут что-то вроде сборной солянки. Не считая актеров, само собой. Мы, конечно, вместе репетировали, но я и флейтисты сами по себе.

— А сольные выступления будут?

— Как сложится. И если попросят. — Музыкант вздрагивает и оглядывается на мага, который, оказывается, подобрал мелкий камешек и кинул ему в спину. Очевидно, тонко намекая, что скрипачу пора приступать к работе.

— Сейчас моя очередь. — Подтверждает он, склонившись ко мне.

Я вздыхаю, потупившись и разгладив ладонями складки юбки. Подняв глаза, с сожалением качаю головой, в то же время вслух пообещав:

— Ладно, если смогу, еще загляну.

Надеюсь, со стороны наш разговор выглядел как «Оставайся, девица, с нами! — Да я бы рада, но мне братца искать».

— Мы весь праздник будем здесь. — Музыкант смычком указывает свое место, улыбается напоследок и отходит к помосту. Я отступаю назад в толпу. А вдогонку раздается знакомая мелодия скрипки, сопровождающая романтическую линию, но развивается на новый лад, и подхваченная другими музыкантами, льется в воздухе…

.

Глава 5.

Я не сразу поняла, что проснулась и до сих пор лежу в гамаке среди яблонь.

Через сад продолжала литься музыка из сна, и первое время я лежала с прикрытыми глазами, тихонько мурлыкая ей в тон. А потом осознала, что уже не сплю, и едва не свалилась.

Мелодия была та самая! Я вспоминала ее все это время, с самого перерождения! Она преследовала меня во сне, звучала в моей голове с самого начала, это ее звуки я пыталась услышать в ветре, шелесте листьев и не могла вспомнить, словно все вслепую искала бусинку в песке. А теперь вот она, нашлась сама.

Надо же.

Я опустила ноги в траву, поправила сбившиеся в одну сторону волосы. Помедлила и не спеша пошла в ту сторону, ступая как можно тише.

Поутру трава и листья обросли каплями росы, и та сверкала под солнцем, создавая каждой ветви свой мерцающий ореол. То ли я иду между ними, то ли они сами плывут мне навстречу? Все так нереально, чарующе, да еще эта песня, что будто тянет, ведет за собой… Может, я до сих пор сплю?

Теперь я знала, почему привязалась к Риласу. Именно там я услышала мелодию, голос которой запал мне в душу. Я не замечала за собой сентиментальности, но стоило услышать игру музыканта, как что-то во мне изменилось. Что, почему? Не знаю. Но забыть эту скрипку я с тех пор не могла.

Впереди показался деревянный частокол, огораживающий сад.

С той стороны к нему прижалась груженая телега. Чуть поодаль стояла еще одна, за ней третья, и я вспомнила, как староста вчера упоминал о торговом караване, который выбился из графика. Купцы пропустили крупное поселение, думая наверстать упущенное, поэтому к деревне пришли уже затемно, как раз когда мы отбыли на задание в лес.

Так я все же не сплю.

А спиной ко мне, словно возникнув из сна, стоял Рен, положив скрипку на плечо. Прислонившись к борту, склонив к инструменту голову и легко двигая смычок по блестящим струнам, он и разливал по округе ту самую музыку. Казалось, даже пташки смолкли, и все кругом притихло, не смея перебить, прервать, нарушить очарование момента. Я осторожно облокотилась о забор, скрестила кисти и замерла, не торопясь его окликать. Остановить игру сейчас казалось едва ли не кощунством.

Он прервался сам. Подтянул пару колок. На пробу провел смычком по струнам и начал новую мелодию, динамичную и с широким разбросом нот. Брызги солнца стали ярче, роса засветилась словно сама по себе. Рен стоял, заслоняя от меня солнце, в снопе золотых лучей, и мне в какой-то момент привиделось, что свет исходит и от него тоже. Может, это было мифическое сияние истинного таланта. В тот момент я могла поверить во что угодно.

Музыкант снова услышал неточность и остановился, подтягивая струну. Счел инструмент достаточно отлаженным и отдал возничему. То ли он понял, что на него кто-то смотрит, то ли смог услышать мои шаги, но скрипач тут же обернулся.