Чтение онлайн

В еде предпочитает мясо, но в голод может разорять гнезда, подъедать грибные наросты или даже ягоды. Охотится в одиночку, подкарауливает жертву в засаде, но иногда нападает открыто. Стаи не образует. (Примечание на полях: «И правильно, на кой шхур собираться в стаю, если ты наиболее опасный подвид!» Примечание зачеркнуто. Второе примечание: «Благодаря своей силе, легко обходится в одиночку без поддержки сородичей. Является второй по опасности среди подвида; первой считается островная»)

Оружие: зубы.

Уязвимое место: под горлом у нижней челюсти. К магии слабо восприимчива.

Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.

***

Несмотря насыщенный событиями день, мне долгое время не засыпалось. То без одеяла сквозило от окна, то под одеялом душно, то подушку приходится поворачивать холодной стороной. Мысли тоже не позволяли уснуть; так и не давало покоя чувство, что я чего-то не понимаю, не вспомнила, упустила — а это очень важно. Я ворочалась, перебирала в уме то, что знаю, и ругала себя за глупость. Ну что, что не так!? Чего я еще не поняла? Почему никак не выходит вспомнить?

Так что в итоге я взяла пару тонких одеял с печи, вышла с ними в сад и устроила себе гамак между двумя яблонями. Может, здесь удастся расслабиться. Свежий воздух с пряным фруктовым привкусом, безветренное спокойствие, уютное покачивание гамака и возможность, наконец, вытянуть уставшие ноги. Чем не радость?

Казалось, что здесь не место никакому беспокойству. Ну, не знаю я чего-то, так и что? У меня еще есть время разобраться. Воспоминания вернутся. Все нормально…

Я поправила волосы, вытаскивая их из-за спины, и оставила свободно свисающими с гамака. Повозилась, устраиваясь поудобнее, и заметила в темноту:

— Тебе, мягко говоря, не мешает поспать. Раз не ешь, то хотя бы так восстановишь силы.

— Не идет сон.

Рен появился рядом, как настоящий вампир: сливаясь с темнотой, невидимый до последнего момента. Обошел яблоню у меня в ногах и устроился на скамейке у ствола, боком ко мне.

Некоторое время мы молчали. Потом он вздохнул, и, взъерошив себе волосы, не выдержал:

— Прости меня. Я только хотел помочь. Не подумал, что это от меня нужна защита. Я не хотел ничего дур… — Он запнулся и качнул головой. — Честно говоря, даже не помню, что сделал.

Я повернула голову в его сторону.

— Не помнишь?

— Очнулся, когда уже тебя укусил. — Тихо признался вампир и ненадолго поднял глаза. Я перевела взгляд на кусочек звездного неба, не закрытый от меня ветками.

— Не вижу смысла обсуждать. Сама виновата. Совсем забыла про блок. Да что там. — Я качнула головой. — Забыла даже, что ты не человек. Будет мне уроком. С тем же успехом я могла потерять не блок, а что посерьезнее.

— И все же что-то изменилось. — Он разглядывал свои руки. — Ты смотришь по-другому. Словно только сейчас поняла, кто я такой. Я чувствую. Ты меня боишься.

Меня почему-то пробрало от грусти в его голосе.

— Даже не знаю. — Тихо призналась я. — Я будто сбита с толку. Да, ты вампир. Недавно обращенный и очень голодный. И об этом никогда нельзя забывать. Но я забываюсь именно потому, что ты меньше всего похож на хищного кровопийцу.

— А на кого я похож? — глухо спросил Рен.

Я снова пожала плечами. Гамак так уютно покачивался, сверчки мелодично стрекотали, над головой мерцали звездочки, и это так не вязалось с нашим разговором… Вот бы просто сидеть как сейчас, рядом, и думать о своем. Но ему сейчас явно было не по себе наедине с собой.

Я сказала правду:

— Ты похож на человека, который в тяжелой ситуации все равно старается не забыть, кто он такой. И до сих пор держится за прошлое, потому что разделил свою жизнь на «до» и «после». И теперь тебе страшно думать о будущем.

Он молчал.

– ..Ты похож на вампира, который отторгает себя самого и в любой ситуации стремится не терять достоинства, думая, что это приближает его к человеку. Хотя это всего лишь проявления его сути, которая осталась прежней. — Подумала и добавила: — А еще ты похож на того, кто для себя с чем-то окончательно определился.

После паузы он выдохнул и растерянно спросил:

— Думаешь, определился?

Я пожала плечами, глядя на выплывающую из леса луну, похожую на бледное яблоко. Совсем скоро пик ее роста. Так что нет у меня времени добираться до вампирьего клана. А ему сейчас как раз нужна поддержка. Вампиры хоть знают, что делать в таких случаях, а мне как быть? Единственное, что понимаю — лучше не врать.

— Ты словно ответил на какие-то внутренние вопросы. Это чувствуется. Я не знаю, какими были вопросы, и выпытывать не стану. Я не лезу в чужое личное пространство.

— Спасибо и на том. — Задумчиво отозвался Рен. Судя по тону, легче ему все равно не стало.

— Что-то еще тяготит. Признаешься?

Он, кажется, вздрогнул. Медленно повернул лицо, посмотрел на меня.

И вот хоть убей, не пойму почему, но я почувствовала, что под таким прямым взглядом начинаю краснеть.

— В чем именно? — Поинтересовался он с оттенком сарказма. Я поерзала, спрятала зябнущие ладони под покрывало и улыбнулась.

— Ну, я не священник, так что обо всех своих прошлых грехах можешь не говорить. Сбрось с себя хотя бы часть.

Он отвел глаза в сторону, словно собираясь с духом.

— Никогда не был на исповеди, и никогда не хотел. Стыжусь своих грехов. — Лаурен невесело усмехнулся.

— Тоже неплохо: признак раскаяния. Ты и не думай, что это исповедь. Я просто хочу помочь, выслушать… Рен? Что такое?

Он пошевелился, вздохнул, продолжая смотреть в сторону. По тому, как он медлил, я поняла, что говорить ему тяжело, но то, что он пытается сказать, не дает покоя.

— Мне не по себе. — Наконец, признался он. — Понимаю, что ты пытаешься меня успокоить, и веришь, что я еще человек. От этого страшнее становится то, во что я могу превратиться. — Он покачал головой. — Тогда, когда тебя укусил… Я до того ни разу не пробовал крови. Даже не представлял, каково это.

Он перевел взгляд на меня. Глаза вновь блеснули алым.

— То, что было со мной, это… — Он запнулся, прикрыл глаза и с усилием вдохнул, пытаясь успокоиться. — Я даже слов не подберу, чтобы описать. Ни с какой жаждой, ни с каким голодом не сравнится это безумие. Я… Я не думал, что поддаться ему так легко.

Вампир замолчал, мрачно глядя на свои сцепленные ладони. Я хотела протянуть к нему руку, дать понять: я рядом, я слушаю. Но не решилась.

— Хорошо, что это длилось так недолго. — Рен вздохнул. — Хорошо, меня ударило… чем бы то ни было. Потому что если бы не это… Я бы не остановился. Даже не подумал.