Чтение онлайн

— Бабло плывет мимо — философски пытался размышлять наш герой, в очередной раз располагаясь в кроне дерева на ночлег и рассматривая округу в ПНВ — я конечно, не без гроша в кармане, но такое путешествие серьезно не нравится моему хомяку где-то там… одни убытки!

На третьей неделе таких поисков ложился спать в самом гнусном расположении духа: вроде приз где-то рядом, даже наткнулся на парочку небольших озер-оазисов в более-менее пристойном состоянии, из чего сделал вывод, что общее направление движения выбрано правильно,… но цель от этого не становилась ближе.

— Мне просто не везет — думал парень, глядя прямо перед собой — я тогда за месяц пешком,… вроде бы, вышел к людям, а сейчас на быстрых колесах и все мимо! По расчету, я должен был наткнуться на вездеход еще на прошлой неделе, а тут скоро месяц будет, как я рассекаю местные просторы,… ладно, спать.

На двадцать девятый день поисков в сердце путешественника поселилась грусть — все мелькавшие мимо рощи были, как говорится уже на одно лицо, а на планшете вместо привычной карты была сложная перекрученная линия его хаотических метаний по саванне, на которую он теперь уже и не смотрел,… пустая трата времени. Линия его поездки представляла собой работу сошедшего с ума станка для вышивки, где все смешалось в непонятный узел, и понять, где в нем начало, а где конец не представлялось возможным. А потом еще через двое суток постоянного жужжания по траве, не добавивших хорошего настроения, путнику не дали ночью выспаться. Заснуть-то он заснул, но через неполные два часа проснулся от знакомых ощущений в голове — кто-то там внизу знал о нем и пытался им поужинать. Охотник в момент пришел в себя, тряся головой в попытке избавиться от неприятной гадости в мозгах, но получалось не очень. Свесил голову через ветку, чтобы разглядеть того, кто лезет ему в башку — новостей было две: хорошая и плохая.

Хорошая была в том, что внизу была группа (или стая) животных, которые не умели лазить по вертикальным поверхностям — попытки забраться на дерево предпринимались ими постоянно, но безрезультатно — центр тяжести существа был расположен высоко, и оно переворачивалось на спину от таких маневров. Само создание местной природы напоминало паука, только тушка была сверху, а тонкие лапы снизу, а не как у обычных пауков — полусогнуты таким образом, что тело паука внизу, а лапы выступают сверху, что позволяет ему лазить по разным плоскостям и удерживать равновесие. Местный «паучок» оказался солидным: с высоты пяти метров через шлем ПНВ Виктор оценил размеры в сорок-пятьдесят сантиметров в окружности, на восьми лапах, удерживающих тело на тридцати-сорока сантиметрах от земли. Рот обнаружился на брюшке, когда они время от времени падали, пытаясь взобраться на дерево — ничего хорошего от такого «хавальника» в треть размера брюшка парень не ожидал. Чувство давления на мозг менялось рывками, становясь то сильнее, то слабее — очевидно эта «стая» все время меняла количество ментально-атакующих особей, пытаясь завладеть сознанием еды, засевшей так высоко и неудобно.

— Какой-то рой, или семья, что ли,… не знаю, как у насекомых стаи называются, да и неважно — судя по всему, у них коллективный разум, раз додумались устроить мне осаду… плохо — есть уверенность, что спать мне не дадут, и не факт, что утром оставят в покое, не факт…

Оценил свой носимый боезапас: полный магазин в оружии на полсотни иголок, еще есть один запасной, бинокль, ПНВ и ножик с лазерным лезвием — все! Остальной скарб лежал в багажнике багги, но, хоть машина стояла практически рядом с деревом, до нее еще требовалось добраться, а толпа пауков-переростков шансов на это не давала — Виктор был уверен, что много бегать ему не дадут. Время от времени существа странно подпрыгивали на месте, издавая щелкающий звук, но в темноте, даже через прибор, смысл этих прыжков ему оставался непонятен. Так как сон окончательно прошел, то чтобы не терять время даром, решил попробовать немного сократить поголовье там внизу — может испугаются и оставят его в покое. Стрелять было неудобно: мешал шлем ПНВ, а без него стрелять было некуда — вот такой заколдованный круг получался, так что пришлось бить почти наугад, благо что расстояние было небольшим для иглострела.

Надо сказать, что пробить панцирь или, что там было у этих существ было легко — с первого же попадания, при условии, что смог попасть в цель, конечно, так как создания оказались весьма шустрыми, передвигаясь мелкими прыжками на полметра-метр, или довольно быстрыми перебежками между прыжками. Когда парню удалось подстрелить парочку тварей, они как-то немного рассеялись, словно действовали по чьему-то указанию, что еще больше укрепило путешественника в мысли о существовании у них коллективного сознания, позволяющем принимать сложные решения сообща. Некоторое время после этого вообще не стрелял — извел полмагазина, а подбил только три тушки, которые сейчас одиноко лежали под деревом — но недолго. Уже через десять минут бывшие сородичи устроили довольно шумную (относительно) потасовку за халявную пайку, поедая еще трепыхающиеся тела своих поверженных братьев и сестер.

— Хм, вы еще и каннибалы — хмыкнул сверху обитатель дерева — это надо как-то использовать,… пожалуй, добавлю я вам еще свежатинки, глядишь, и поужинаете нормально,… не все конечно, но и так будет нормально. А может еще и перекочуете куда-нибудь от меня подальше?

Следующих полмагазина пошло вниз значительно продуктивнее: пауки занимались свежеванием и потрошением убитых сородичей, позабыв на время о своей перспективной добыче там вверху, чем не преминул воспользоваться наш герой. Количество неподвижных тушек увеличилось скачком, а вот общее количество насекомых-каннибалов не уменьшалось почему-то.

— Хреново дело, Витя — огорченно рассматривал пир землянин — где-то наверняка ваше гнездо, много вас на меня одного, а боезапас сильно ограничен,… мдя.

Живность немного перекусила и уже не так резво делала попытки добраться до еды над собой, хоть по-прежнему и безуспешно. Остаток ночи провел в тревожном полусне, все время ожидая ухудшения обстановки — опасался, что эти паукообразные что-то придумают за ночь своим коллективным разумом — в общем, к утру был злым, сонным и голодным, хотя особого страха пока не испытывал. ПНВ к утру снова разрядился и теперь висел на соседней ветке за бесполезностью, иголок в магазине оставалось маловато, но хуже было то, что семейство брюхастых пауков никуда не собиралось уходить. Немного спустившись на нижний горизонт веток, чтобы получше рассмотреть эту напасть, был неприятно удивлен и озадачен, когда понял смысл тех непонятных подпрыгиваний на месте, которые пауки производили время от времени по очереди. Мужчина заметил на стволе и ветках какие-то сгустки, напоминавшие застывшие капли темного цвета — как оказалось, эти «насекомые» плевались в свою предполагаемую «пищу» в момент прыжка: на верхней части тельца у них были стрекательные железы. Парень дотронулся до одной точки застывшей капли — палец слегка прилип к ней, и немного потянув, легко освободил его, но тут в него попали снизу — существа заметно оживились, когда двуногая пища спустилась в зону достижимости плевка, а последний оказался весьма неприятным на поверку.

— Ай, жжется! — дернулся Виктор, когда ему попали в открытую зону кисти — ощущение было как от крапивы, да и кожа сразу слегка покраснела в месте плевка, а сама масса стала быстро усыхать, стягиваясь в ту самую темную капельку.

Путешественник сразу перебрался выше, получив еще пару попаданий в комбинезон — вытер пораженное место на руке об кору, благо состав в первые секунды был довольно жидким и легко размазывался по коре. Но в месте попадания на кисти кожа еще продолжала некоторое время печь, а потом ощущение понемногу утихло. А вот то, что попало на материал одежды стереть таким образом не смог — теперь в тех местах эти самые «капельки» крепко приклеились к комбинезону и имели хороший клеящий эффект при прикосновении.

— Вот значит как, маленькие ходячие плевательницы — нахмурился наш герой, пытаясь сорвать каплю несколькими листьями, сорванными с дерева — заплюют вот так, потом где-то ненадолго прислонишься и все — застрял как муха на липучке. Вот сяду в кресло багги такой заплеванный, а обратно уже не встану — придется как-то вылезать из комбинезона или резать его, чтобы освободиться. Неприятно, а еще и больно,… хотя через ткань не жжется, в общем-то — видимо какая-то разновидность паутины, только способ охоты совсем другой,… агрессивные паучки оказались.

Виктора заперли на дереве, не давая спуститься — количество организмов внизу все время менялось, но никогда его не оставляли одного, а как только он делал попытку спуститься ниже, все паучье хозяйство сразу оживлялось, пытаясь его приклеить к дереву своими плевками. Очевидно, он был высоко оценен ими в качестве доступного запаса углеводов и протеинов, так как его явно не желали отпускать в путь, и хотели взять измором. Следующая ночь прошла лихорадочно и бестолково: ПНВ не работал, иголки потихоньку близились к концу, а организмы караулили внизу, не прекращая время от времени бесплодных попыток взобраться на дерево к своей будущей еде.

— А ведь они так до чего-то, но определенно додумаются — размышлял голодный, злой и полусонный герой, наблюдая свысока за непонятными маневрами членистоногих пузатиков — надо линять отсюда, я уже вторую ночь почти не сплю, еще задремлю случайно и свалюсь вниз на радость этим организмам…

План, выработанный измученным организмом, был простым и отчаянным, учитывая, что внизу этих существ было почти три десятка, но иногда количество падало до десяти всего. Виктор решил сыграть все на том же каннибализме, подстрелив парочку-тройку брюхастых паучков, а потом, дождавшись начала пира, быстро спуститься и рвануть к багги — тот стоял почти рядом, метра три от ствола. Там тоже время от времени сновали эти монстрики, но сидеть на дереве дальше было глупо — он не ел, не пил и почти не спал почти вторые сутки, слабел и терял внимательность — так что ждать дальше было нельзя.