Чтение онлайн

Она повела меня по широкому, заваленному обломками проспекту к центральной площади. В ее центре возвышался огромный, потрескавшийся от времени каменный алтарь, испещренный давно стертыми рунами.

— Прежде чем мы начнем, — сказала Лира, остановившись у алтаря, — мы должны скрепить наш союз. Не просто словами, а так, чтобы даже Бездна знала о нашей сделке. Нерушимой клятвой.

Она подняла руку, и в ней из сгустившихся теней соткался ритуальный кинжал. Его изогнутое лезвие было сделано из цельного куска молочно-белой кости, по которой пробегали тонкие красные символы. — Только после клятвы я раскрою тебе все детали ритуала.

Деваться было некуда.

Я взял кинжал. Он был теплым, почти живым на ощупь. Без колебаний я провел лезвием по своей ладони. Из пореза тут же выступила кровь. Лира взяла у меня кинжал и с такой же легкостью сделала неглубокий надрез на своей ладони. Вот только ее кровь была не красной. Густая, тяжелая, она походила на жидкое серебро или ртуть.

Затем мы скрепили руки в рукопожатии.

В тот момент, когда моя кровь смешалась с ее серебряной, произошла вспышка. Смесь нашей крови зашипела и вспыхнула фиолетовым огнем. Клятва была принесена. Точка невозврата пройдена.

— Теперь, когда с формальностями покончено, — сказала Лира, отпуская мою руку, — я могу объяснить. Ты готов слушать?

Я кивнул, глядя на едва заметный, пульсирующий знак на своей ладони.

— Ритуал усилит тебя как мага, сделает твой источник больше, а каналы станут крепче. Естественно, не за раз . Как я и говорила, это больно. И так, капля по капле, ты станешь сильнее. Для этого используется демон, его сила, его суть, ритуал очистит ее и вольет в тебя, усиливая, если говорить простым языком, — усмехнулась Лира.

Я молчал, переваривая услышанное. Картина была ясной и чудовищной. Я должен был стать живым фильтром, через который пропустят душу демона, чтобы очистить и расширить мой собственный источник.

— Теперь ты знаешь все. Ты все еще согласен?

Я посмотрел на свои руки. Вспомнил слова Лиры о том, что наш мир продержится всего месяц в случае нападения. Выбор был очевиден.

— Я согласен, — твердо сказал я.

— Хорошо, — кивнула она. На ее лице не было ни удовлетворения, ни радости. Только деловая собранность. — Тогда нам нужно найти подходящую жертву. Для первого раза и двойки хватит.

За ее спиной снова начал закручиваться вихрь темного портала. Но на этот раз он был другим. Из него пахнуло не сырой землей, а сухим, раскаленным воздухом, запахом пыли и каких-то чужих, пряных трав.

— Куда теперь? — спросил я, инстинктивно готовясь к новому испытанию.

— В Африку, — бросила она. — Там процветают культы, а демонов можно встретить на каждом шагу. Подходящее место. Идем.

Я шагнул в портал.

Ударила жара. Не теплая, а густая, удушливая, всепроникающая. После промозглого питерского климата и могильного холода подземелья это было все равно что сунуть голову в печь. Небо было не голубым, а выцветшим, белесым от палящего солнца. Воздух дрожал, наполненный оглушительным стрекотом незнакомых насекомых.

Мы стояли на вершине скалистого холма, с которого открывался вид на раскинувшуюся внизу долину. Там, в пыльной дымке, виднелись очертания большого, хаотичного города — лабиринт из глинобитных хижин и ржавых металлических крыш.

— Добро пожаловать, — безразлично сказала Лира. — Идеальные охотничьи угодья.

Она двинулась вперед, легко и бесшумно ступая по растрескавшейся земле. Я последовал за ней, чувствуя, как пот мгновенно выступил на лбу. Мы шли не в город, а вдоль него, углубляясь в выжженную саванну, усеянную колючими кустарниками и редкими, скрюченными деревьями.

— Ищи, — приказала она. — Я не сенсор, — огрызнулся я. — Я знаю. Учись видеть. Их следы отличаются от следов земных тварей.

Она учила меня. Указывала на неестественно вывернутый камень, на слизь, блестевшую на сухой траве, на глубокие борозды от когтей на коре баобаба. Через полчаса я уже сам начал замечать эти аномалии. И вот, в пересохшем русле реки, мы его нашли.

Он был похож на огромную ящерицу-переростка, покрытую панцирем песочного цвета. Длинные, серповидные когти на передних лапах были испачканы чем-то темным. Демон-двойка. Он грыз останки антилопы, и звук хрустящих костей был единственным, что нарушало тишину.

— Он твой, — прошептала Лира, отступая в тень скалы. — Я буду только наблюдать. И помни: твоя цель — не убить. А обездвижить.

Я кивнул, выхватывая меч.

Не в голову. В ноги. Мне нужна туша, а не труп.

Я атаковал с ходу, используя «Проблеск». Вспышка, хлопок — и я уже за спиной твари, нанося рубящий удар по задней лапе. Демон взвыл от боли и ярости, разворачиваясь. Я снова ушел рывком, появляясь сбоку. Я не лез напролом. Я танцевал вокруг него, изматывая, нанося неглубокие, но болезненные порезы по сухожилиям и суставам.

Тварь была сильной и быстрой, но предсказуемой. Она бросалась туда, где я был секунду назад, яростно вгрызаясь клыками в пустоту. Я же методично, удар за ударом, превращал ее в калеку. Когда я подрезал ей сухожилия на последней здоровой лапе, она рухнула на землю, беспомощно скребя когтями по земле и скуля от боли.

Я подошел и занес меч над ее головой, готовый закончить бой.

— Стой, — голос Лиры прозвучал спокойно, но властно. Она вышла из тени. — Теперь — главный урок.

Я стоял над поверженным, скулящим от боли и страха демоном.

— Что теперь? — спросил я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Теперь ты докажешь, что вправе , — ответила она. — Положи на него руку. Закрой глаза. Я создам ментальный мост. Ты должен будешь войти в его сознание и сломать его волю. Завоевать. Только тогда его сила станет твоей.

Ее слова ударили по самому больному. Я сжал зубы до скрипа и, опустившись на колено, положил ладонь на голову дрожащей твари. Горячая, чешуйчатая кожа подрагивала.

— Я готова, — прошептала Лира.

В тот же миг мир исчез.

Меня швырнуло в ревущий, багровый океан чистого хаоса. Это было сознание твари. Здесь не было мыслей — только образы, проносящиеся со скоростью света. Вечная охота в кровавых пустошах Бездны. Рев более сильных тварей. Боль от клыков соперников. Неутолимый, всепоглощающий голод. И страх. Животный, липкий страх перед всем, что было больше и сильнее.

Этот хаос грозил поглотить меня, растворить мое «я» в своей первобытной ярости.

— Не тони! — голос Лиры прозвучал прямо у меня в голове, холодный и острый, как осколок льда. — Ты не наблюдатель. Ты — завоеватель! Найди его ядро, его волю! И сломи ее!