Охотясь на Аделин
Шрифт:
Боже мой. Я живу с одними психопатами.
Я знала это, но черт меня побери.
Эй, Бог? Не мог бы ты послать мне какое-нибудь лекарство, чтобы скорректировать свою вопиющую оплошность относительно этих двух слабоумных?
Покачав головой, я снова поворачиваюсь к Зейду, который уже раскладывает по тарелкам макароны с сыром, а также стейки, приготовленные им на гриле. То, что Зейд умеет готовить, стало для меня неожиданностью.
– Как думаешь, сколько времени потребуется, чтобы найти Ксавьера?
– Зависит от того, насколько он досягаем. Я могу разыскать его в течение часа, но если он где-то на удаленном острове и его окружает целая армия, то, чтобы добраться до него, потребуется время. Имей в виду: этот человек богат до неприличия и ему больше не на что тратить свои деньги, так что это вполне вероятно.
С любопытством наклоняю голову.
– Богаче, чем ты?
– Безусловно. Я не заинтересован в том, чтобы зарабатывать больше, чем мне необходимо. Деньги – это иллюзия, причем сильная. Они превращают людей в бесхребетных болванов, не заботящихся ни о каких других жизнях, кроме своей собственной. Ксавьер будет использовать свои деньги, чтобы защититься. Особенно потому, что он маленькая сучка и, ну… – он окидывает меня взглядом, дико скалясь, – я чертовски устрашающ.
Он подает ужин. Мою тарелку он ставит самой последней. Волоски на моей шее встают дыбом, когда он приближается, и чем он ближе, тем больше нагревается мое тело. Он склоняется надо мной, и тепло, исходящее от него, проникает мне под кожу. Когда он наклоняется еще ниже, в моем мозгу происходит короткое замыкание. Я не могу решить, хочу принять эту темноту или убежать от нее.
Его жаркое дыхание обдает мое ухо, он шепчет:
– Я не только страшный, детка, но еще и очень, очень злой. А когда я зол, я заставляю этих ублюдков молиться о том, чтобы они получили возможность поскорее отправиться в ад.
По моему позвоночнику пробегает дрожь, а мурашки расползаются по телу, словно черная чума. Поворачиваю голову к нему и встречаю его пристальный взгляд. Сердце бешено колотится и забирается прямо мне в глотку, заставляя жилку на шее ощутимо запульсировать, и между нами возникает практически осязаемое напряжение.
Вопреки здравому смыслу я опускаю глаза к его губам, и это усиливает напряжение еще больше. Он намеренно проводит языком по губам, и мой взгляд, словно магнитом, притягивается к этому медленному и сексуальному действию.
К тому времени, когда я снова поднимаю глаза, мой рот уже открыт, а из легких пропал весь кислород.
– Не хочу прерывать столь прекрасный момент, но Сибби раздевается.
Голос Дайи выводит меня из транса, в который погрузил меня Зейд, и я почти с яростью оборачиваюсь к Сибби.
Она как раз снимает свои неоново-зеленые колготки.
– Сибби! – раздраженно кричу я. – Хватит раздеваться, у нас тут не оргия, черт побери!
28 апреля 2022
Не хочу излишне драматизировать, но я бы предпочла стать свидетельницей того, как Рокко снова убивает проститутку, чем слушать, как Сибби занимается сексом со своими сообщниками. Думаю, меня так волнует это потому, что она раскованна в сексе, а я… нет. По крайней мере пока.
Думаю, это напоминает мне, насколько чертовски я сломана.
Может быть, потому, что я жила в доме, где убивали проституток.
Та женщина случайно прикусила его член. И поэтому умерла. У нас было занятие, как ублажить своего хозяина, когда он с другой женщиной. Нам нужно было научиться “командной работе”. Они приводили проституток на наши уроки постоянно, но конкретно эта была очень напугана. Она видела, что происходит вокруг, и не смогла сдержать свою дрожащую челюсть.
Так что в одну секунду она делает ему минет, а в другую – ее зубы буквально оказываются на гребаном полу. Он так сильно ударил ее, что выбил два передних зуба. РАЗУМЕЕТСЯ, из ее рта потекла кровь, которая, само собой, попала на него, и это разозлило его еще больше.
Поэтому он вытащил пистолет и выстрелил ей прямо в голову.
Он хотел, чтобы ее тело закопали мы, но Франческа сказала, что нам нельзя натирать себе мозоли.
Как мило с ее стороны.
Глава 28. Охотник
Я зажимаю переносицу и прикидываю, сколько тайленола мне понадобится, чтобы унять головную боль, вызванную Сибби.
В данный момент она спорит.
Со своим чертовым вторым «я».
– Мортис, я же говорила тебе, что меня повсюду ищет полиция. Мы не можем выйти на улицу, чтобы погулять или побыть наедине – мы в ловушке! – Она затихает, прислушиваясь к тому, что говорит ей ее воображаемый парень. Из ее горла вырывается недовольный звук. – Мне тоже этого не хватает, но все должно быть именно так. Тимми, прекрати попытки раздеть меня на глазах у Зейда!
– Если ты это сделаешь, я буквально сойду с ума, – бросаю я на нее убийственный взгляд.
В любом случае я и так уже в паре секунд от того, чтобы выйти из себя.
Ее глаза смотрят на меня с невинным выражением.
– Я не виновата! – визжит она. Она показывает пальцем на какое-то случайное место, где, по ее мнению, и находится виновник. – Это все он.
Вздыхая, с силой провожу руками по лицу. Спор начался из-за того, что Сибби предложила подбросить USB-накопители в офис Джимми Линча. Я напомнил ей, что она не должна появляться на людях, после чего разговор перетек в другое русло.
Видимо, ее сообщники хотели заглянуть в какой-то гребаный секс-шоп в нескольких кварталах от офиса Джимми. Я запретил ей выходить, и вот мы здесь.
Видеть ее в своей стихии, полностью уверенную в том, что ее сообщники реальны, несмотря на то что все окружающие убеждают ее, что это не так, – настолько же увлекательно, насколько печально.
Я знаю, что ее детство было ужасным и потому она придумала людей, которые составили ей компанию и помогли пережить невероятные трудности. Юная девушка, не знающая ничего, кроме дьявольского культа, бесцельно блуждающая по незнакомому городу в полном одиночестве.
Ее мозг защищал себя как мог – и на свет появились ее сообщники.
– Сегодня на улице холодно. Мы можем закутать тебя в зимнюю одежду, и никто тебя не увидит, – убеждаю я ее. – Но никуда больше заходить нельзя. Никаких обходных путей. Никаких остановок. Ничего. Ты же не хочешь снова оказаться в психушке?
Она смотрит вдаль.
– Ты слышишь, Мортис? Так что не пытайся убедить меня вести себя плохо. Меня снова посадят, и ты никогда не увидишь меня до конца своих дней.
Видимо, он с ней согласен, потому что она поворачивается ко мне с довольной улыбкой на лице.
– Мы все согласны. Не беспокойся обо мне, Зейд. Ты можешь мне доверять.
– Знаешь что? Я верю тебе, истребительница демонов.
Ее лицо озаряет улыбка. И я понимаю, что Сибби – очень красивая девушка.
Надеюсь, однажды она найдет что-нибудь настоящее в своей жизни.
– Ты выглядишь чертовски нелепо, – сухо констатирую я, окидывая ее критическим взглядом.
Сибби смотрит на меня так, будто я смертельно обидел ее.
– Почему? – спрашивает она, рассматривая свой наряд.
Она похожа на гребаную пачку «Читос», только яркого неоново-розового цвета. Она закутана в несколько слоев одежды, причем массивный пуховик на три размера больше, чем нужно, и заканчивается у щиколоток, почти полностью скрывая желтые резиновые сапоги в горошек. В довершение всего она снова воспользовалась косметикой, правда уже избегая образа сломанной куклы. Полагаю, это слишком болезненная рана для нее. К счастью, Адди научила ее правильно наносить макияж, и он был бы неплох, если бы не чудовищный наряд.