Чтение онлайн

Сибель хмурится, открывая рот, чтобы что-то возразить, но ее перебивает Дайя:

– Погодите-ка, а как именно она взяла ситуацию в свои руки? – спрашивает она, бросая на Сибель настороженный взгляд.

– Я убила своего психотерапевта, – отвечает она, и ее улыбка гаснет. – Я не хотела ее убивать. От нее пахло сосной, а значит, она не была демоном. Это первый и последний человек, которому я причинила боль, но который не заслуживал этого, обещаю.

У меня пересыхает во рту.

– Зейд, – шепчу я, чувствуя нарастающий дискомфорт.

Сибель смотрит на меня, замечая мой растущий страх.

– Пожалуйста, не бойся меня. Ты пахнешь самыми прекрасными цветами. Я ни за что не причиню тебе вреда.

– Она не причинит тебе вреда, детка, – тихо успокаивает Зейд.

Поднимаю голову и встречаю его взгляд, несочетающиеся глаза полны искренности.

– Я бы обязательно обсудил это с тобой, если бы знал, что такое может случиться, – клянется он. – Я был с Джеем, когда пришло сообщение, что Сибби сбежала. Так получилось, что она пряталась в нашем районе. Повсюду были вертолеты и прочее дерьмо. Поэтому я отправился на ее поиски и нашел, когда она пыталась залезть в канализационный колодец. Решение пришлось принимать в доли секунды.

– Ладно, – отвечаю я, натянуто улыбаясь, чтобы дать ему понять, что не сержусь.

Несмотря на то что присутствие Сибель немного смущает меня, я понимаю, почему Зейд принял такое решение.

Она взяла на себя всю вину за то, что они сделали вместе, и так и не выдала его. Так поступают очень немногие, особенно когда они тебе ничем не обязаны. И это я уважаю до глубины души.

Сибель показывает розовый нож.

– И он вернул мой нож! В полиции он считался орудием убийства, а Зейд взял и вернул мне его.

– Она буквально сходила с ума, и у меня не было выбора, – сухо поясняет он.

Она пожимает плечами, довольная тем, что получила свой нож обратно, независимо от того, каким способом она этого добилась.

Смотрю на нее и обдумываю происходящее. Я немного сомневаюсь в том, как поступить, но решаю, что Зейду будет проще, если все мы будем находиться в одном месте. Он практически переехал ко мне, и это, как ни странно, успокаивает. Эгоистичная часть меня не хочет отпускать его.

– Наверху еще много комнат. Сибель может остаться.

Она громко вскрикивает, подпрыгивает на носочках и хлопает в ладоши, словно маленькая девочка. От ее реакции мне становится немного лучше, но лишь потому, что сейчас она кажется милой.

– Мои друзья зовут меня Сибби, – говорит она, и судя по выражению ее лица, она надеется, что я тоже буду так ее звать.

– Или истребительницей демонов, – вклинивается Зейд.

В ответ она бросает на него язвительный взгляд.

– Ладно, Сибби. Добро пожаловать… домой.

Ее темные глаза снова устремляются на меня, в них светится чистый восторг. На ее лице появляется широкая улыбка, и она снова начинает подпрыгивать, и это немного снимает мое беспокойство.

– Адди, ты не обязана этого делать.

Я машу рукой.

– Все в порядке. Она сказала, что не причинит нам вреда, и если ты ей доверяешь, мне этого достаточно.

Он выглядит так, будто хочет меня расцеловать. Это немного нервирует, но он быстро прячет эту эмоцию и одаривает меня бесхитростной благодарной улыбкой.

– Как только ты захочешь, чтобы она съехала, она съедет. Без вопросов.

И хотя Сибби, судя по тому, как она перестает скакать и бросает на него злобный взгляд, не слишком-то рада этому заявлению, Зейду явно на это плевать.

Киваю, последние остатки моего напряжения улетучиваются.

– Сибби очень хорошо умеет драться. Отчасти потому, что она…

– …не сумасшедшая, – прищурив глаза, вклинивается она.

Зейд бросает на нее взгляд, который говорит: «Да, хорошо, а я Джеки Чан».

– Неважно, она умеет драться. Так что она может помочь тебе с тренировками.

Мое сердце смягчается, когда я слышу то, что он не произносит вслух.

«Ты не можешь вынести моих прикосновений, так что вот та, кто может дать тебе то, чего не могу дать я».

– Спасибо, – шепчу я.

Сейчас я как никогда разочарована собой. Я воспользуюсь его предложением, потому что понимаю, что за одну ночь ничего не изменится. Но клянусь, я буду стараться еще больше, чтобы подарить Зейду то, чего он заслуживает.

Всю себя.

Зейд кладет мне на плечи пакет со льдом, и я стону и от перепада температур и от того, насколько это приятно. Тренировки изрядно потрепали мое тело, но, впрочем, не без пользы. Я стала сильнее, чем когда-либо была, и это ощущение становится привычным.

С тех пор как пару недель назад у нас поселилась Сибби, дела у меня пошли лучше. Она меньше, двигается с быстротой, которой не обладает даже Зейд, и гораздо более непредсказуема.

Последние несколько часов мы сидим на моей кухне, прорабатывая все нюансы, как выманить Клэр из ее укрытия. Сбежали не только все обитатели дома Франчески, но и она сама. И теперь, когда я вернулась к Зейду, ни одна вещь в мире не помешает ему найти ее.

Зейд считает, что лучший способ отыскать ее – через ее адвоката Джимми Линча. Он работает на Клэр и работал на ее покойного мужа последние двадцать семь лет, что делает его надежным для нее человеком.

Кроме того, он тоже питает слабость к детям.

На прошлой неделе Зейду удалось взломать его телефон и обнаружить огромное количество скачанной им детской порнографии. Тогда он начал размещать на сайтах, которыми пользуется Джимми, рекламу, ожидая, что тот клюнет на наживку. Неудивительно, что тот так и сделал, причем как на телефоне, так и на его ноутбуке – и все это в течение трех дней.

Разумеется, как только он нажал на ссылку, вирус, разработанный Зейдом, проник на его устройства без ведома Джимми. И в течение следующих нескольких секунд Зейд уже вошел в его систему и установил всевозможное шпионское ПО.

С этого момента он наблюдал за всеми взаимодействиями Джимми с Клэр по электронной почте. Он мог бы попытаться внедрить вирус и в компьютер Клэр с помощью фишингового письма, но она слишком умна, чтобы попасться на это, так что единственный оставшийся вариант – заставить ее воспользоваться флешкой или диском с вирусом. И лучший способ сделать это – организовать против нее масштабный судебный процесс. Это обычная практика для адвокатов – передавать информацию на цифровых носителях, особенно если против обвиняемых собрано огромное количество доказательств.