Окассен и Николетта
Шрифт:
– Да, милая, нежная подруга, это было бы для меня большим горем. Но если мне удастся то, что я задумал, вас не схватят.
Он сел на коня, посадил подругу впереди себя, целуя и обнимая ее, и они понеслись в открытое поле.
27
Теперь поют
Окассен красив, влюблен, Белокур и ловок он. Он с подругой дорогой Покидает лес густой. Лоб целует, очи ей, Розы щек и прядь кудрей Николетта все грустней: «Окассен, мой дорогой, Скоро ли в стране какой С вами мы найдем покой?» «Я считать не стану дней, Лишь бы только поверней Приютил нас край глухой». Долго скачут по лесам, По горам и городам, – Море видится вдали, – Наконец с коня сошли На песок прибрежный.28
Теперь говорят и сказывают-рассказывают
Окассен и его подруга сошли с коня, как вы уже слышали и поняли. Он вел лошадь под уздцы, а подругу вел за руку, и они шли вдоль берега. И Окассен увидел, что плывет корабль, и заметил, что купцы, сидящие на нем, гребут к самому берегу. Он подал им знак, и они подъехали к нему. Он сторговался с ними, и купцы взяли их на корабль. И когда они вышли в открытое море, поднялась сильная, чудовищная буря, которая швыряла их то туда, то сюда, пока они не прибыли в чужую страну и не вошли в гавань замка Торлор. [13] Тогда они спросили, что это за земля, и им сказали, что это владения короля Торлорского. Потом Окассен спросил, что он за человек и не ведет ли он войну, и ему ответили:
13
Название некоей сказочной «антистраны». Возможно, это искаженное название местечка Турлюр (теперь Эг-Морт), в 40 километрах от Бокера.
– Да, большую войну.
Окассен прощается с купцами, те оставляют его, поручив богу. Он садится на коня, опоясавшись мечом, сажает подругу впереди себя и едет к замку. Спрашивает, где король, а ему отвечают, что тот рожает ребенка. [14]
– А где же тогда его жена?
И ему отвечают, что она ушла с войском и увела с собой всех жителей страны.
Когда Окассен услышал это, он очень удивился, приблизился ко входу во дворец и сошел с коня вместе с подругой. Она осталась держать лошадь, а он, опоясанный мечом, вошел во дворец и ходил там повсюду, пока не набрел на покой, где лежал король.
14
Это отражение старинного обряда, зафиксированного у ряда первобытных племен Южной Америки, Африки, Океании, а также у басков и древних кельтов. Суть обряда, называемого «кувадой», сводится к тому, что муж рожающей женщины ложится в постель и имитирует родовые муки. Считалось, что этим он помогает жене.
29
Теперь поют
Торопливою стопой Окассен вошел в покой. Видит он – постель стоит, А на ней король лежит. Окассен ему кричит: «Что ты делаешь, дурак?» А король ответил так: «Мне родить приходит срок, Будет у меня сынок. А когда его рожу, Я обедню отслужу, Как обычай мне велит, – Вот потом за край родной Постою я головой – Славно повоюю!»30
Теперь говорят и сказывают-рассказывают
Услышал Окассен, что говорит король, стянул с него все покрывала и расшвырял их по спальне. Увидел поблизости палку, схватил ее и чуть ли не до смерти избил короля.
– Славный господин мой! – закричал король. – Что вы хотите от меня? С ума вы сошли, что ли? Колотите меня в моем же доме!
Черт побери! – вскричал Окассен. – Жалкий ублюдок! Я убью вас, если вы не поклянетесь мне, что больше никогда ни один мужчина не будет рожать детей в вашей стране.
Король поклялся ему, и когда он поклялся, Окассен сказал:
– Теперь, господин мой, ведите меня к войску, где находится ваша жена.
– Охотно, господин мой, – ответил король.
Он сел на своего коня, а Окассен на своего. Николетта же осталась в покоях королевы. Король с Окассеном отправились в путь и прибыли туда, где была королева. Они застали там битву, – бились печеными яблоками, яйцами и свежими сырами. [15] Глядит на все это Окассен и очень удивляется.
15
Здесь нельзя не видеть не только пародирования феодальных войн, но и отголосков ярмарочных шуточных потасовок, также являвшихся травестией привычных феодальных установлений и обычаев.
31
Теперь поют
Окассен глядел с седла: Вот так битва там была! Все припасы боевые – Не простые, а съестные: Там кидают на врагов Груды яблок, и сыров, И орехов, и грибов. Не сверкают там клинки, А летают колобки, Во врагов не мечут копья, А швыряют теста хлопья. Чем отважней этот бой, Тем сильнее визг и вой. Кто же славу там стяжал? Тот, кто всех перевизжал! Окассен хохочет.32
Теперь говорят и сказывают-рассказывают
Когда Окассен увидел это диво, он подошел к королю и обратился к нему.
– Господин мой, – сказал Окассен, – это все ваши враги?
– Да, господин мой, – ответил король.
Хотите, я вступлюсь за вас?
– Да, – ответил тот, – хочу.
И Окассен берет в руки меч, бросается в гущу врагов и начинает рубить их, и убивает множество людей. Когда король увидел, что он их убивает, он удержал его за поводья и сказал:
Ах, государь мой, не убивайте их понапрасну!
– Как? – спросил Окассен. – Разве вы не хотите, чтобы я иступился за вас?
– Господин, – сказал король, – вы переусердствовали. У нас вовсе нет обычая убивать друг друга.
Враги обратились в бегство. И король с Окассеном вернулись в замок Торлор. И люди той страны стали уговаривать короля прогнать Окассена за пределы их земли, а Николетту отдать в жены королевскому сыну, – она им казалась дамой знатного рода. Но Николетта, узнав об этом замысле, вовсе не обрадовалась и сказала так:
33
Теперь поют
«Вам должна я дать отпор, О король земли Торлор! Не лишилась я ума. Мне наследник ваш не мил. Окассен меня пленил. Вот обнимет он за шею, И от радости шалею. Хороводы, пляс веселый, Скрипки, арфы и виолы Мне и не нужны!»34
Теперь говорят и сказывают-рассказывают
Окассен жил в замке Торлор в радости и наслаждении, [16] ибо была с ним Николетта, нежная подруга, которую он так любил. И пока он жил в такой радости и наслаждении, отряд сарацин [17] явился с моря, осадил замок и силой взял его. Сарацины захватили все богатства страны и увели пленников и пленниц. Схватили они и Николетту с Окассеном, и связали Окассена по рукам и ногам, и бросили его на один корабль, а Николетту на другой. Буря поднялась на море и разлучила их. Корабль, на котором находился Окассен, швыряло по бушующему морю, пока не прибило к замку Бокер, и жители прибежали на берег – захватить добычу по береговому праву. [18] Они увидели Окассена и узнали его. Тогда они очень обрадовались. Так как Окассен провел в замке Торлор целых три года, а его отец и мать тем временем умерли, повели Окассена в замок Бокер, присягнули ему в вассальной верности, и он стал мирно управлять своей страной.
16
Предполагают, что в данном месте рукописи – пропуск по вине переписчика. Перед этим, возможно, рассказывалось, как герой обосновался в замке и даже, быть может, сверг короля с престола: по крайней мере, злополучный король больше в тексте повести не упоминается.
17
Сарацины промышляли морским разбоем, наводя ужас на прибрежных жителей. Борьба с пиратами велась упорная и беспощадная, но вплоть до конца XVIII в. не приносила ощутимых результатов.
18
Право прибрежных жителей собирать обломки и груз разбившихся у берега кораблей было подтверждено специальным королевским указом 1191 г.