Чтение онлайн

Наутро, когда девочка ожидала, что очередной день ей придётся просидеть взаперти, пока Гкхадту'Уэльт будет на охоте, он подошел к ней, аккуратно взял на руки и большими скачками понёсся через плато и хребты, через высокие пики и крутые обрывы. В мгновение ока они оказались у небольшой деревушки на склоне горы. Ленивое время нежилось под солнцем мирного быта простых людей. На улице дети играли в снежки, и к удивлению Мии никто не испугался внезапного появления монстра. Из одного из домов вышел морщинистый человек средних лет с густой чёрной бородой, держа в руках толстую сигару. Он подошёл к новоприбывшим и поприветствовал их.

– Давно тебя не видел, Уэльт. Что привело тебя в наши края? – было видно, что местный житель был другом зверю.

– Это – моя гостья. Она проводит зиму, лютую, холодную, до костей пробирающую, в моей пещере. Я забочусь о ней. Но вчера она поделилась со мной своим горем – печальным, не по годам к ней сошедшим. У неё потерялась мать, и она, бедняжка, в одиночку пытается её найти. Я помогу ей. Я пощажу жизнь любому преступнику, кто без обмана поможет мне найти её родителей. Но если он захочет меня обмануть… его жажда уйти от ответственности темной стороной повернется к нему.

– И пока ты будешь в странствиях, я должен присмотреть за твоей новой любимицей? – предположил горец.

– Не присмотреть – заботиться! – сказал Гкадту'Уэльт, словно выдыхая из себя эти слова. Как дикий зверь он сорвался с места и помчался через горы прочь.

Мия была ошарашена происходящим. Существо, которого она так долго боялась и винила в смерти Тагара, хотело дать ей то, о чём она мечтала каждую ночь. Притом, без лишних слов, без пустых обещаний и, что главное, без всякой причины. Из доброй воли! Не требуя ничего взамен. Видимо, в этом монстре добра сохранилось намного больше, чем он сам в себе видел.

Фермер, смотревший в след уносящемуся чудовищу, повернулся к девочке с улыбкой.

– Как тебя зовут, милая?

– Мия, – протянула она.

– Красивое имя. А меня – Кавзук. А что это в руке у тебя такое интересное?

– Это мишка! Мне его друг сделал.

– Друг? – горец призадумался, не представляя, как Гкхадту'Уэльт может сделать своими огромными лапами деревянную игрушку. Может речь идёт не о нем? – А где он сейчас?

– Он… – Мия внезапно поняла, как сильно она соскучилась по Пару, – далеко.

– Ну, ничего. Зато новые друзья совсем близко. У меня есть дочь как раз твоего возраста. Хочешь с ней познакомиться?

Мия молча кивнула.

– Вот и хорошо! Агнесса!

Крестьянин позвал свою дочь. На зов прибежала красивая черноволосая девочка с тонкими чёрточками бровей, будто нарисованными лёгким движением чернильного пера. Её губы были алые, как кровь, её кожа была настолько светла, что нельзя было однозначно определить, от чего ярче отражается солнце: от лежащего кругом снега или от её лица. А может это так светилась её улыбка? Девочка напоминала большую ожившую куклу. В ней было нечто загадочное, но эта загадка скорее отталкивала от себя, заставляла насторожиться, нежели вызывала любопытство. Однако Мия приняла её, как родную. То ли за её веселость, пусть и слегка надменную, то ли из-за того, что Мия, как в воздухе, нуждалась в друге.

Девочки со временем очень сблизились. Весь день, пока Кавзук работал в теплице, они играли недалеко от дома. Мия пыталась было навязаться к хозяину в помощницы, но Агнесса её отговорила.

– Мы же леди! Нам не положено работать! – преисполненная достоинства говорила дочь горца. – Лично я ни за что на свете не стану гнуть спину, когда рядом будет хоть один мужчина. Труд – для них, красота – для нас.

По вечерам все собирались у камина и рассказывали разные истории. Не обошлось и без расспросов Мии о её жизни. Особенно хозяев интересовало, как она познакомилась с чудовищем и стала его любимицей. Но когда девочка начала свой рассказ, она к своему удивлению никак не могла вспомнить всех обстоятельств. Начало её рассказа начиналось в лесу, а заканчивается высоко в скалах… но что было посередине? Что было между одним моментом и другим? Волшебным образом, любые воспоминания о Дороге всех Дорог испарились из её головы. Последнее, что она помнила, были фантомные места, которые тусклыми вспышками мерцали в её сознании. Ещё оставалось ощущение, что она прикоснулась к чему-то великому, и великое это – внутри неё. Эти преждевременные для Мии ощущения заполняли её всякий раз, когда она пыталась вспомнить о том таинственном месте.

– А как вы познакомились с Гкхадту'Уэльтом? – закончив свой невнятный рассказ, спросила Мия.

– Уже несколько лет, как он – покровитель наших сёл. До этого мы слышали о нём, как о звере, который набрасывается на путников и разрывает их на части. Далеко в горы мы не заходили, поэтому причин особых бояться его у нас не было. Зато были заботы другого характера. Был у нас король-самодур. С каждым месяцем он повышал налоги в несколько раз. Нам приходилось работать на земле без сна и отдыха, чтобы выплачивать барщину. Но мы держались. Потом в наши сёла стали приезжать зажиточные титулованные особы и без всяких объяснений выселяли нас из наших домов, сносили их, а на месте плодородных земель строили себе огромные особняки да развлекательные центры. Мы стали писать нашему правителю, но в ответ нам приходили лишь отписки. Там значилось, что эти земли принадлежат королю, а потому он вправе распоряжаться ими так, как ему вздумается. Мы терпели. Но терпению нашему настал конец, когда в один день пришли приближенные короля и забрали наших женщин, пока мы были на работе. Тогда мы взялись за оружие, которое только нашли и отправились силой защищать наши права и нашу честь. В тот день мы думали, что ничто не заставит нас отступить. Мы готовы были жизни отдать за наших любимых. Но в тот же день на наши земли спустилась стая саранчи. Она пожрала все поля. Наутро посыльный доставил письмо от короля с угрозой, что если произойдет ещё один бунт, вместо саранчи он спустит на нас огонь. А огонь для земли, даже самой плодородной – это гибель. Для фермера и всей его семьи – это голодная смерть. И мы смирились. Тем более, что многие женщины в тот день так и не вернулись. С тех пор в наше поселение, которое славилось самыми прекрасными девушками, посылали гонца с требованием предоставлять королю женщин. И нам приходилось повиноваться. Ради наших детей и стариков. Выдерживали не все. Кто-то лез в петлю, кто-то сбрасывался со скалы, но мы видели, как худо приходилось потом их семьям, поэтому терпели, в сердцах желая королю смерти. В один из дней, когда мы ждали очередного гонца – он не пришел. Не пришел он и на следующий день. А еще через день к нам вернулись все наши женщины… – Кавзук посмотрел на свою дочь, – или почти все. Они пришли с чудовищем, которое поначалу напугало все деревни. Но страх сменился уважением и признательностью, когда наши дочери и жёны рассказали, как этот монстр – Гкхадту'Уэльт – разорвал короля на части в его собственных покоях. Правитель в тот вечер дожидался одной из своих служанок, но дождался на свою голову не того, на кого рассчитывал. Зверь разогнал всю его паразитическую верхушку, которая высасывала все соки из своего народа. Уэльт прогнал всех титулованных и привилегированных дворян с наших земель, принеся в эти края мир и справедливость. С тех пор горное чудовище – наш друг и частый гость. Во многом даже учитель. Мы оказались с ним соседями. Мы живем у подножья той горы, на вершине которой находится плато с его пещерой. И теперь никто – даже самый маленький из нас не боится того страшилища, которое подарило нам свободу. Ты даже не представляешь, насколько сладким может быть этот вкус свободы!

– Свободы, омытой кровью. По-моему, это жестоко.

– А не жестоко было тому тирану угнетать нас?

– Да, неправильно. Но чтобы разрывать человека на части…

– Это огромная смелость и ответственность. Для того чтобы в мире царила гармония, кто-то должен обладать правом на убийство.

– А если он это право будет использовать неправильно? Или ошибётся? Или специально захочет ошибиться?

– Тогда он ничем не будет отличаться от государства. А Гкхадту'Уэльту мы верим – у него доброе сердце.

– Когда-нибудь и мой папа будет таким же, как Уэльт, мечтательно произнесла Агнесса, обнимая отца.

– Нет, доченька, – засмеялся тот, – я слишком мирный для этого. Я признаю, что миру нужны палачи, но стать таковым я бы никогда не смог.

В дверь постучали. Хозяин поднялся с кресла, оставив девочек сидеть у камина. За дверью ждал сборщик налогов. Кавзук его поприветствовал, отсчитал из мешочка несколько золотых и передал казначею. Они перекинулись ещё парой фраз и любезно попрощались. Когда горец вернулся на своё место, Мия спросила:

– Разве чудовище вас тогда не освободило?

– Так и есть, освободило.

– Почему тогда вы отдали тому человеку деньги?

Кавзук рассмеялся.

– Я же говорил, что многим Гкхадту'Уэльт стал учителем. Он нам объяснил тогда, что такое свобода. Свобода – это полная гармония закона и общества. Когда каждый понимает, что на самом деле необходимо, и принимает эту необходимость. Когда ни ты, ни кто вокруг не заставляет ближнего выходить за рамки этой необходимости. Свобода – это когда тебе и всем вокруг дарятся правила и законы. И именно их соблюдение дарует тебе гарантию твоей свободы.

– Я так и не поняла, значит, у вас просто сменился король?

– Да. Но этот король знал судьбу своего предшественника и оказался более благоразумным.

– Иначе говоря, к власти пришел новый правитель, которого ты теперь любишь?

– Я люблю свою страну. А власть – она на то и власть, чтобы её не любили. Но только не сильно громко, – прошептал последние слова Кавзук и принялся стелить девочкам постель. На сегодня разговоров было достаточно.

В таких беседах проводился не один вечер. Агнесса видела в новой подруге сестру, а Кавзук – приёмную дочь, второго ребёнка, о котором они с покойной женой так долго мечтали.