Чтение онлайн

Я мельком бросила свой взгляд на каракули на стене и пожала плечами.

– Конечно, одну секунду.

Я отнесла ведро с губкой в дальний конец кабинета, чтобы слить воду, а затем поставить его вверх дном рядом с раковиной. Когда я обернулась, Томас изучал математические формулы, написанные на доске.

– Это же элементарно.

– Это кажется простым для нас, - возразила я.
– Но мы забываем, насколько это сложно освоить с нуля.

Глаза Томаса не выражали эмоций, вглядываясь вглубь меня.

Лу-Лу напомнила о себе, откашливаясь.

– К слову, Лу-Лу интересовалась, не согласишься ли ты поразвлечься?

Я скользнула взглядом с него на нее, не понимая, с чего вдруг родилось такое предложение.

Лу-Лу застонала и дернула его за руку. Томас вздохнул.

– Ладно, она сказала, что тебе необходимо развеяться, так как ты уже пару недель даже не улыбаешься по-нормальному.

– Это правда?
– обратилась я к Лу-Лу, игнорируя вопрошающий взгляд ее отца.

– Ага. Качели всегда заставляют меня улыбаться.

Не имея никаких особых планов, кроме порции лапши рамен и чтения наполовину законченной книги, я заперла дверь кабинета и отправилась с ними на игровую площадку.

– По инструкции мы не должны позволять кому-то играть здесь после окончания занятий, - прошептала я Лу-Лу, наклонившись к ней после того, как отперла калитку, - так что пусть это будет нашим маленьким секретом.

Лу-Лу жестом показала, что будет держать рот на замке, а затем побежала к качелям и нетерпеливо задвигала своими маленькими ножками, как только забралась на сидение.

Я опустилась на деревянную скамейку, и Томас неуверенно сделал то же самое, сохраняя приличную дистанцию между нами. Я оказалась на одном конце, а он - на другом.

– От меня как-то не так пахнет?
– Я уже собиралась обнюхать себя, но не сделала этого, будучи уверенной, что это не так.
– Я, конечно, работаю с детьми целыми днями, но не думаю, что это сказывается таким образом.

Вместо ответа Томас придвинулся ближе, но между нами все еще оставалось расстояние, способное вместить еще пару человек. Я улыбнулась, опустив глаза в землю.

– Лу уверена, что скоро тебе станет лучше.
– Он посмотрел в ее сторону.
– Полагаю, что у тебя неприятности с… женихом?

– Все верно. Вообще-то я хотела спросить… - Я облизнула губы, задумавшись о его словах. Тех самых, которые побудили меня теряться в догадках и пытаться докопаться до истины.
– Откуда ты узнал?

Томас надел шляпу на голову.

– Узнал что именно?

– Что он изменил мне.

Он сцепил руки на коленях.

– Я не знал об этом.

Будучи озадаченной этим ответом, я провела рукой по волосам. О чем он тогда говорил?

Лу-Лу завизжала от восторга, когда качели взметнулись высоко в воздух, а ее кудряшки стали развеваться на ветру.

– И каково это?

Его бархатный голос медленно проникал в меня, и я подняла взгляд на него.

– Ты имеешь в виду, когда тебя ранят?

Томас выпрямился, его ноги в узких кожаных туфлях крепко стояли на твердой земле.

– Именно. Даже если он не причинил тебе физического вреда, - он не стал дожидаться моих комментариев, - он ранил твое сердце.

Его слова были настолько точны, что сразу нашли отклик в душе.

– Так он и сделал.

– Так у него был роман на стороне?
– он задал вопрос без колебаний, не опасаясь переступить черту. Мне это нравилось.

– Не совсем. Но он спал с другой женщиной. По всей видимости, это было в самом начале нашего знакомства.

Впервые в жизни я услышала, как Томас Веррон выругался.

– По всей видимости, - сухо прокомментировал он вдобавок,

Лу-Лу нахмурилась, словно услышала его, играя теперь уже на горке. Он помахал ей, натянув на свое лицо улыбку, которая, казалось, вот-вот заставит треснуть его идеальные скулы, и она ответила ему тем же, прежде чем броситься вниз по склону.

– Ты называешь ее Лу?

– Да, - ответил он.
– Чем чаще я обращаюсь к ней «Лу-Лу», тем больше мне начинает казаться, что у меня не дочь, а чихуахуа.

Это заявление заставило меня рассмеяться.

– Ты же не серьезно сейчас, не так ли?

Он ухмыльнулся и пожал плечами.

– Конечно, нет. Так что ты чувствуешь?

– Ты действительно хочешь знать это?

– Если бы это было не так, я бы не спрашивал.

– Тебе никогда не разбивали сердце?
– Я пристально посмотрела на него, восхищаясь тем, как полуденный свет просачивается под поля его фертовой шляпы и отражается от выраженных черт его лица. Недосягаемый. Даже для стихии.
– Совсем никогда?

– Однажды, - признался он.
– Но здесь нет ничего общего с твоей ситуацией.

Мне хотелось спросить его так же, как и он меня, без колебаний, кто или что разбило его сердце. Возможно, я могла бы сделать это, но я ограничилась лишь тем, что попыталась передать в словах собственную боль.

– Это словно что-то поселилось у тебя в груди. И давит. Этот груз влияет на тебя всецело, на все, что ты делаешь. Но то, как ты питаешься, как спишь, как общаешься, дышишь… абсолютно на все.

Я бросила взгляд на Томаса, который больше не был сосредоточен на Лу-Лу и пристально смотрел на меня. Всецело завладеть вниманием этого мужчины… это было непередаваемо. Чувство, только что описанное мной, в мгновение улетучилось под прицелом его глаз.

– Продолжай.

Я кивнула, выходя из ступора.

– Почему ты прервала свой рассказ?

Какой любопытный.

Ощущая себя сбитой с толку, я решила посмотреть, как он отреагирует, когда я выплесну на него всю правду без прикрас и без всяческой подготовки.

– Потому что, глядя на тебя, все это на мгновение стало неважным.

Если его и шокировало мое заявление, то он не подал виду. Он моргнул, скользя ресницами по своим холодным глазам. Которые сейчас казались теплее, чем прежде.

– Папа! Мисс Клейтон! Давайте играть вместе со мной.

Интуитивно я понимала, что Томас предпочел бы не реагировать на призыв, но вырвавшись из плена его глаз, я поспешила к скалодрому, поддерживая Лу-Лу, когда она отсчитывала свои шаги вверх и вниз по веревочной лестнице.