Оксана
Шрифт:
– Ухожу к Леонидовне до утра. Дети уехали отдыхать, она с внуками осталась одна. Сонечку забираю с собой. Ну все. Побежала.
– Она позвала - Соня, поехали!
– Ведите себя прилично.
– помахала Зоя указательным пальцем.
– Опять напьетесь до поросячьего визга и устроите голые танцы.
– С детьми это вряд ли получится. Но в следующий раз обязательно.
– Ура-а-а! Мы поедем на машине-е-е!
Сонечка рванула вдогонку за Абдулловной босиком, с сандалией в каждой руке. Калитка захлопнулась. Роза встала, завиляла бедрами и вскинула руки, изображая победный танец.
– Да! Да! Да!
– она широко улыбнулась.
– Не могу поверить. Сонечки не будет всю ночь! Можно расслабиться. Напиться. Выспаться.
– Остынь, Золушка.
– попыталась отрезвить Зоя Розу.
– Нам еще вишню чистить от косточек. Промыть и сахаром засыпать. Эй! Это ты должна была сказать!
– Да ладно тебе.
– Роза снова села, все еще улыбаясь.
– Вся ночь впереди.
– Я так понимаю, Абдулловна оставила ценные указания?
– спросила Оксана.
– М-хм. Злая мачеха оставила нам целый тазик вишни.
– мрачно пояснила Зоя.
– Я как раз ехала домой, думала, не устроить ли сегодня девичник. Сейчас закажем пива и пиццы. Устроимся прямо на траве.
Так и сделали. Расстелили на траве старую домотканую дорожку из летней кухни. Тазик с вишней поставили в центре так, чтобы каждая могла дотянуться. Роза раздала всем по чашке, чтобы собирать косточки. Щипцов, для вытаскивания косточек, было всего два, поэтому Роза отдала их подругам, а себе приспособила шпильку для волос.
– Во всем виноват наш спор.
– Зоя липкой рукой взяла кружку и отхлебнула пива.
– Казалось бы, вечер пятницы. Во всех барах и клубах толпа мужиков.
– ворчала она, снова принимаясь за работу.
– Вот какого черта я ковыряю сто пятьдесят девятую малюсенькую вишню, непонятной штуковиной, красными руками, когда могла бы сейчас пить какой-нибудь «оргазм на пляже» и болтать с первым попавшимся красавчиком. Дернул же меня черт за язык!
– она потянулась за пиццей.
– Вы тоже хороши.
– она свирепо посмотрела на Оксану, продолжая говорить уже с набитым ртом.
– Ладно Роза. Но ты могла бы сделать это со своим спортсменом и открыть счет.
– Почему я должна быть первой?
– возмутилась Оксана.
– Потому, что ты единственная, у кого есть на все согласный, сексуальный поклонник.
– В том-то и дело, что кажется, он только об этом и думает. Вчера я загуглила его. И как оказалось зря. Сплошное разочарование.
– Снимки, на которых он поливает шампанским из бутылки женские груди?
– Если бы. Всего лишь фото из клуба. Он, Марат, Анна и ее подруга. Коротенькая статья в спортивных новостях.
– Ну и что? Ты тоже ходила на свидание с коллегой.
– Это было не свидание, а трудовая повинность!
– Вы не давали друг другу клятвы верности. Пара поцелуев, а ты уже ревнуешь.
– Со мной раньше никогда такого не было.
– Алкоголь растекался внутри, ослабляя напряжение уходящего дня. Оксана поняла, что хмелеет.
– Да, он мне нравится. Но у меня куча страхов. Я серая и скучная. Не верится, что у нас выйдет что-то серьезное.
– Стань для него роковой женщиной! Он должен влюбиться без памяти и потерять голову от страсти!
– Ты шутишь? Я ношу шерстяные колготки до лета и надеваю их с первыми холодами в сентябре. Какая из меня роковая женщина?
– Ну, сейчас же лето.
– Зоя уставилась на голые ноги Оксаны.
– У тебя есть два месяца в запасе. Ты просто не уверенна в себе!
– Я уверенна в себе только на работе.
– В глубине души ты знаешь, что сделаешь это рано или поздно - с мудрым видом изрекла Зоя.
– Он дарит цветы...
– мечтательно произнесла Роза, не переставая при этом работать.
– Вы видели сегодняшние орхидеи? Он прицепил бабочку!
– снова закипела Оксана.
– Юля сказала, что они похожи на женский орган и это, по ее мнению, прозрачный намек. Значит ему всего лишь хочется переспать?
Зоя мотнула головой.
– Это называется презумпция невиновности, или как там у вас говорят. Если вина человека не доказана, то он не считается виновным. Может быть, ему продавщица в магазине посоветовала выбрать именно эти цветы. А бабочка - это просто знак, чтобы ты знала, от кого они.
– Зоя попробовала вишню и сморщилась.
– Ужасно кисло. Все эти цветы, тычинки, пестики - органы размножения во всей красе. Чем более закрыт цветок, тем сдержанней его сексуальность.
– Мне не нравится то, что ты говоришь, учитывая, что первыми были розы, а закончилось все орхидеями.
– Оксана нахмурилась. Ей казалось, стоит еще немного подумать о цветах, то у нее просто лопнет голова!
– Я не хочу об этом думать.
Зоя рассмеялась - Ты слишком много думаешь. Цветы сексуальны сами по себе, но мужчины вряд ли задумываются об этом, когда выбирают их.
– Согласна.
– поддакнула Роза.
– Он не виноват.
– Я не...
– Оксана замолчала, расслышав нарастающую трель мобильника из летней кухни.
– Легок на помине - пробормотала Роза.
Оксана вскочила, чуть не опрокинув кружку с пивом. Ноги затекли, и, споткнувшись о неровную землю, она вдруг растянулась во весь рост на траве. Но тут же вскочила и упрямо понеслась к надрывающемуся телефону.
– Скачет как лошадь Пржевальского.
– Зоя прыснула - Вот будет умора, если она расквасит нос и не сможет отправиться на свидание.
Оксана схватила сотовый, отдышалась пару секунд, и, потирая ушибленное колено, ответила:
– Алло.
– Привет.
– Его низкий голос, заставил подпрыгнуть ее, и без того скачущее сердце.
– Привет.
– Мама завалила вас работой?
– Она почувствовала его улыбку и улыбнулась в ответ.
– Немного. Успеваем пить пиво и закусывать пиццей.
– Могу предложить свою помощь.
Оксана прикинула, как она сейчас выглядит: потная, пьяная, с ободранным коленом.
– У нас девичник.
– Как тебе цветы?
– Ты о тех, что с бабочкой?
– Понимаю, что не оригинален, но я надеялся, что ты оттаешь и согласишься поужинать со мной. Как давние знакомые. Обещаю вести себя прилично. Может поцелую тебя один раз, если ты сильно попросишь.
При мысли о поцелуях Оксана почувствовала себя совсем пьяной. Инстинкт самосохранения дремал, убаюканный алкоголем. Ну и что такого может случиться, если они просто поужинают? Провести пару часов в ресторане, где много людей. Смотреть на него. Слушать его завораживающий голос. Перед таким искушением трудно устоять.
– Когда?
– Завтра. Я заеду за тобой.
– Боюсь, твоя мама нас не поймет. Возьму такси.
– Хорошо. Я буду ждать тебя в восемь в горном ресторане.
– Я приду.
– сдалась Оксана.