Чтение онлайн

Они хорошо и вкусно поужинали в ресторане Фуке на Елисейских полях. Говорили на отвлеченные темы: о русской музыке, французском пост-импрессионизме, горных лыжах. После кофе договорились на днях созвониться. Адвокат учтиво расплатился за ужин (совсем нетипично для большинства французских мужчин!), Злата села в такси и поехала домой.

Дочка спала в кроватке в своей комнате, бэби-ситтер, молодая студентка университета – на диване в гостинной. Злата решила ее не будить: дешевле и проще накормить завтраком, чем оплатить ночное такси до общежития.

В спальне на автоответчике мигала лампочка и светилась цифра “3”. Злата нажала кнопку Play:

1: Златка, где ты? Мне нужна срочная помощь… – голос Оленьки.

2: Златочка, родная, где же ты пропадаешь?

3: Злата, помоги! Никуда не уходи, дождись моего звонка!!!

Оленька была в панике. Голос прерывался, словно она бежала или поднималась по лестнице. Злата была в курсе ее отношений с Мбаке и поездки в Сенегал. Что могло произойти? Знакомиться с родителями жениха – радостное событие, начало новой жизни, пусть даже в Африке.

Злата умылась, почистила зубы и легла спать. Телефон стоял рядом на тумбочке.

В 3:44 утра телефон зазвонил, по характеру трели – международный.

– Зла-та-род-на-я… у-ме-ня-нет-вре-ме-ни… …я-в-бе-де-по-мо-ги…

– Ничего не понимаю! Что случилось? Где ты?

– …ме-ня-выг… …на-ли… я-в-да-кк-а-ре-в-а-э-ро-пор-ту… … … де-нег-нет-би-ле-та-не-т…ве-щей-нет-по-мо-ги!… у-мо-ля-ю-ю-ю-ю…

– Оленька, что у тебя с голосом?

– …ме-ня-е-бу-т-т…те-ле-фо-ны-не-ра-бо-та-ют… …толь-ко-у-по-ли-цей-с…ки-х… … … да-ют-зво-ни-ть-ко-гда-е-бу-у-у-т-т-т… …спа-си-и-и-и…

– Олька, держись!!! Я помогу!

Связь прервалась…

Злата позвонила в аэропорт: первый рейс в Дакар в шесть утра. Этот же самолет возвращался после обеда в Париж. Решила лететь. Покупать билет Оленьке и передавать через авиакомпанию было слишком рискованно: наверняка что-нибудь перепутают или опоздают.

…С трудом нашла Оленьку в дальнем углу аэропорта, скорчившуюся на скамейке, грязную, истерзанную, в полу-обморочном состоянии. Бирюзовое платье порвано, в заскорузлых пятнах, едва держалось на одной тесемке.

Злата бросилась в кабинет начальника аэропорта – ей ухмылялись в лицо и советовали улетать из Сенегала как можно скорее. В туалете она кое-как умыла Оленьку и погрузила в самолет. В Париже прямо из аэропорта отвезла в ближайший госпиталь.

* * *

Оленька долго и трудно лечилась от букета африканских венерических болезней, которыми ее заразили полицейские, ходила к психотерапевту, медленно возвращалась к нормальной жизни…

Мбаке тяжело напился после предательства. Очнулся к полудню, спустился в столовую. Дома – никого… На стене красовалась новенькая лицензия станции Скорой помощи, оформленная на его имя. Рядом с ней большая цветная фотография: Оленька лежит животом на обшарпанном конторском столе, сжав в руке телефонную трубку, бирюзовое платье задрано до плеч, гориллоподобный сержант засунул толстенный член ей в задний проход, вокруг стола сгрудились шестеро дюжих полицейских со спущенными штанами, готовые продолжить забаву…

6. Сказка про Любовь

Оленька ходила по блошиному рынку Клиньянкур с подругой Людой. Теплый воскресный день, солнечно – самое подходящее время для охоты за сокровищами.

Люда – доктор наук, профессор, преподавала психологию в Сорбонне, но в душе и по истинному призванию – антиквар, коллекционер и знаток китайской бронзы и сервского фарфора, автор статей и двух книг по любимым предметам.

С Людой всегда интересно – она знала массу любопытных фактов, рассказывала детективные истории про торговлю стариной, с ходу определяла подлинную стоимость той или иной дорогой безделушки, шутливо бранилась с торговцами – самодеятельными экспертами по искусству.

На блошиный рынок Оленька приезжала не только ради остатков былой роскоши, но также за дешевой одеждой, предметами для дома, для семьи, овощами и фруктами. На широком лотке букиниста, среди книг на иностранных языках, Оленька наткнулась на потрепанный том без обложки и титульного листа. Ни названия, ни автора. Рассеянно перелистала страницы и почти положила книгу обратно, но замерла от названия главы:

Сказка про Любовь

Любовь родилась маленькой и слабой, никто не думал, что она выживет. Прошло несколько дней, недель и, к удивлению окружающих, Любовь смогла дышать без кислородной маски, двигаться, просто жить.

Как нередко бывает, Любовь зародилась почти случайно, ничто не предвещало ее появление, но она родилась, вздохнула, открыла глаза и тихим голосом сказала, что она уже есть на свете.

Возраст Любви был сначала младенческим. Любовь радовалась всяким пустякам, во весь голос смеялась над шутками, проказничала, вела себя безалаберно и легкомысленно. Ей нравилось кого-нибудь слегка поддразнить, позабавить или, наоборот, вдруг сделать трагические глаза, жалобно опустить уголки рта, готовясь вот-вот заплакать, а вместо слез весело расхохотаться. Грустить она не любила и не умела – жизнь ей нравилась и она восторжено прыгала на одной ножке, как девчонки во дворе, когда играли в классики.

Детство пролетело быстро – Любовь вытянулась, оформилась, похорошела, движения у нее стали мягкими и грациозными. Многие замечали, что она милая и симпатичная. С каждым днем Любовь становилась все краше, люди начали ею любоваться, говорить, что она приносит радость всем, кто ее видит.

Красоту невозможно скрыть, даже если накинуть на нее дерюжный мешок. Любовь чувствовала, что она красивая и не стеснялась ходить, какой была – красивой и молодой.

Конечно, кроме восхищения большинства, у некоторых она вызывала зависть. Иногда до нее доносились обидные, несправедливые замечания, но Любовь не обращала на них внимание – она была счастлива и видела перед собой только одну дорогу в жизни – добра и взаимопонимания.

Зависть была коварна, опасна и терпелива, Она долго ждала подходящего часа и темным вечером подсыпала яда в хрустальный бокал Любви. Доверчивая Любовь не заметила отравы – тонкой и прозрачной, без вкуса и запаха. Через пару дней Любовь почувствовала себя нехорошо, во рту неприятно пахло, голова кружилась, в нее лезли недобрые мысли, по телу пробегал озноб, температура поднялась – пришлось лечь в постель и укрыться пуховым одеялом.

Ночью Любовь забылась тревожным сном и не заметила, как на край постели присела Ревность, закинула ногу на ногу, затянулась сигареткой и выпустила струйку дыма в лицо спящей. Любовь поморщилась, но проснуться не смогла, и Ревность нашептала ей злые сплетни, смутные подозрения, нелепые догадки…

Любовь с трудом очнулась, отмахивалась от Ревности, затыкала уши, закрывала глаза, убеждала себя, что с Ревностью нельзя беседовать или принимать в своем доме, надо немедленно прогнать. Но Ревность тем и была знаменита, что умела отступить, утихнуть, затаиться на короткое время, чтобы вернуться с удвоенной, утроенной силой.

Когда Ревность отлучалась, Подозрения и Намеки делали свое дело: держали Любовь в постоянном напряжении, не давали покоя, дергали из-за пустяков, выдумывали несуществующие проблемы.