Чтение онлайн

– Вроде того, – Оленька уклонилась от прямого ответа. – Несчастный случай…

– А что в шкафчике?

Пузатый китайский шкафчик-комодик с бронзовыми ручками, уголками и заклепками занимал почетное место в тесной комнате.

– Мой ювелирный кабинет.

– Для драгоценностей? – удивилась Злата, хорошо знавшая Оленькину расточительность и небрежность с дорогими вещами.

– В основном – бижутерия, серебро, полу-драгоценные камни, яшма, бирюза, малахит, – Оленька стала выдвигать ящички. – От Андрэ сохранилось только одно колечко и один кулончик с бриллиантами, остальное продала, когда деньги подошли к концу. Золота мало – цепочки и несколько сердечек от разных мужчин, да я его и не люблю.

– Подожди, не спеши, вот это…

Злата показала на массивное, в шесть нитей, ожерелье из крупной бюрюзы с серебряными вставками и необычным замком.

Оленька объяснила, доставая ожерелье:

– Мне нравятся большие, сильные украшения – чувствую себя значимой и украшеной, не люблю тонюсенькие, малюсенькие висюльки. Это ожерелье – из индейской резервации около Большого каньона, редкая американская бирюза. Эх! – вздохнула Оленька, – от хорошего мужчины…

– Можно померить?

– Конечно! Вот зеркало.

Злата надела ожерелье, повязала платок на индейский манер, покрасовалась в зеркало.

– Златочка, тебе очень идет, позволь сделать подарок…

– Что ты! Ни в коем случае! Никогда не смогу носить украшение от мужчины, любившего тебя! К тому же, сине-зеленый – твой цвет, – Злата быстро сняла ожерелье, чтобы не искушать Оленьку, набросила платок на плечи.

– Какой милый ангел, – Злата дотронулась до фигурки из серого камня размером с ладонь.

– Это мне священик подарил.

– Священник? – Злата сделала круглые глаза.

– Не думай! Ничего такого не было! В январе моя московская подруга Катя привезла группу верующих из России, я провела с ними неделю в одной христианской общине в Бретани. Туда приезжают группы из Европы, Америки, России по программе молчания.

– Молчания?

– Да, вроде обета молчания.

– Оленька, ты, что, действительно молчала целую неделю? Жила без телефона?

– Ну, это не было полное молчание. Нам с утра задавали тему для размышления и мы молча гуляли часа два, думали. После обеда обсуждали эту тему, высказывали свои мысли.

– Ну, тогда терпимо, иначе ты бы умерла без единого слова… А что за община: католическая, православная, протестантская?

– Точно не могу сказать,– Оленька наморщила лоб. – Наверное, экуменическая, но я не уверена.

– Бесплатно?

– Пятьсот евро в неделю с человека.

– Ого! – удивилась Злата. – Ничего себе цена за молчание! На такие деньги в Пуэрто-Рико можно вполне прилично отдохнуть!

– В стоимость включалось трехразовое питание и жилье в монастырской келье…

– На одного? – не унималась Злата.

– На двоих или троих.

– Не очень-то роскошно… На каком языке разбирались ваши размышления?

– К нашей группе был прикреплен священник-грек, говоривший по-русски. Он задавал темы, руководил обсуждением, молился с нами…

– Молился по-православному?

– Ой, необычно и хорошо – мне понравилось! Вечером мы вставали вкруг, брались за руки, читали молитвы, потом все обнимались и трижды целовались. Накануне отъезда священник объявил последнее испытание: омовение ног – как Христос своим ученикам. Мы стояли кругом, каждый омывал ноги соседу слева…

– Тебе – священник? – предположила Злата.

– Златка, как ты догадалась?

– Совсем нетрудно. Пригласил поужинать?

– Злата! Он – священник, и ни одного ресторана поблизости!

Злата улыбнулась:

– Как же он тебе ангела подарил?

– Мы с ним гуляли по парку, он мне помог разобраться в моих чувствах и приготовиться к окончательному разрыву с Индиго.

– Выходит, это он устроил?

– О чем ты говоришь, Злата! Он посоветовал мне заглянуть внутрь себя, определиться, найти правильные слова для расставания!

– За руку держал? Пассы делал?

– Говорю тебе: он – священник! Немолодой!

– Ну, священники тоже люди, мужчины, тем более греки – горячие, коварные и вероломные…

Злата театрально подняла глаза к потолку:

– А люстра откуда?

Роскошная венецианская люстра с изогнутыми голубыми, оранжевыми, желтыми, красными цветами переливалась радужными бликами, посверкивала разноцветными искорками. Такие люстры обычно вешаются в парадных гостинных, столовых, музыкальных салонах.

Оленька довольно улыбнулась:

– Не беспокойся! Сама купила, когда сорила деньгами после развода с Андрэ. На острове Мурано гуляла из лавки в лавку, набирала бусы, сережки из стекляруса и случайно наткнулась на распродажу в магазинчике, где умер хозяин. Там люстру и купила. Она у меня на лоджии в ящике хранилась, ждала своего часа. Украинцы разбили пару деталек, когда собирали и вешали, но мне все равно нравится.

– Присядем, – предложила Оленька.

Злата опустилась в большое удобное кресло с мягким замшевым сиденьем, подставкой для ног и высокой спинкой с подголовником. Оленька села возле подруги на низкую скамеечку с вышитым на сиденьи американским орлом, подлила обеим шампанского.

– Эту вышивку жена любимого мужчины подарила, когда я приехала к ним домой отобрать его у нее. Хорошая добрая женщина… Мы с ней чем-то похожи. Могли бы быть подругами, встречаться, перезваниваться, посылать открытки на праздники.

…Часто сижу в этой комнате, смотрю на небо за окном, слушаю музыку, перелистываю старые путеводители, туристические карты, альбомы с фотографиями. Я всегда любила путешествовать, рада что удалось повидать дальние страны, экзотические места. Были удивительные, незабываемые поездки: волшебное плавание на гондоле по каналам ночной Венеции с мужчиной, который любил меня, и я тогда любила его. Увы, такое никогда не повторится… Я с ним нехорошо поступила. Он никак не хотел смириться с моим решением расстаться, писал мне, звонил, слал цветы, а я, чтобы он поверил в бесповоротность моего ухода, сняла на Айфон видео, как делаю минет новому мужчине и отправила ему…

– Некрасиво…

– Да, не очень… Он предлагал мне все, что может дать мужчина, открыл сердце, душу, а я туду насрала, извини за выражение. И с недавним юбилеем его не поздравила…

– А если он это видео на интернет поставит?

– Вряд ли, у себя будет хранить. К тому же, там только мои губы видны – он их хорошо знает. …Все равно, думаю, что поступила правильно, разорвав с ним отношения! Златочка, поверь, я счастлива, в моем сердце нет боли или печали! Со мной были хорошие мужчины, старались меня баловать, помогали, звали замуж. Все куда-то растерялись…