Он принадлежал работе. Пока не взял её
Шрифт:
«Сделайте оба тоже самое со своими телефонами, чтобы нас никто не мог слушать. И только после этого я готов к диалогу».
Они послушно сделали то, что он попросил. Андрей только теперь увидел, кем на самом деле был Тарас Николаевич. Он рассматривал фотографии в рамках на стене за его спиной. Почти на всех дедушка Насти стоял рядом с элитой общества, пожимая руки высокопоставленным лицам. Перед ним сидел человек с неограниченной властью, способный решить его проблему щелчком пальцев. Он угрожающе смотрел в глаза, будто проникая взглядом прямо в душу. Андрея не пугал его взгляд, он смотрел в ответ с достоинством и уважением.
Тарас Николаевич почувствовал стержень в Андрее и выдержав паузу, налил им обоим виски.
Андрей все рассказал ему. А Настя подтвердила.
Тарас Николаевич подошел к Насте и спросил:
«Ты любишь его?» Настя ответила дедушке глядя прямо в глаза:
«Очень люблю».
Он повернулся к Андрею: «А ты?».
Андрей встал и ответил:
«Больше жизни люблю».
Дедушка сел обратно в свое кресло и умиротворенно произнес:
«Я никогда в этом не сомневался» – глядя на Андрея он продолжил –
«Что ж, ребятки, понаделали вы дел. Но это все исправимо. Это даже хорошо, что ты не обратился сразу ко мне. Твои поступки без слов доказывают твою любовь. Теперь за дело возьмусь я. Пару недель и ваш листочек будет в ваших руках, а Лев Юрьевич будет полностью устранён»
Настя, молчавшая все это время, испуганно вскрикнула:
«Дедушка…нет»
Тарас Николаевич опомнился:
«Не бойся милая, я ничего с ним не сделаю. Разорение – это самое страшное наказание для такого человека как он. Не тюрьма, а потеря власти и денег уничтожает таких, я это хорошо знаю. Это их главные ценности в жизни».
Андрей смотрел на старика со смешанными чувствами, он хотел что-то сказать, но посчитал молчание более уместным.
Дедушка попытался разрядить обстановку, подошел к Андрею и, хлопнув его по плечу произнёс:
«Просто береги её, она – самое дорогое, что у меня есть».
Андрей решительно ответил:
«Я всегда буду оберегать её и нашего сына».
Тарас Николаевич одобрительно кивнул. А Настя, переживая за всех и все сразу, подошла к Андрею и прижалась к нему, он обнял и поцеловал её.
Тарас Николаевич улыбнулся и предложил:
«Пойдемте, поужинаем. Наверняка вы оба голодны».
Настя успокоилась, и повела Андрея в столовую.
«Я вообще все время есть хочу… Пойдёмте скорее, там такое вкусное мясо».
Тарас Николаевич шел следом за ними. Наблюдая, как Андрей бережно обнимает Анастасию, видя страсть в его глазах, которую он пытается скрыть и сдерживать. Он вспомнил, что когда-то очень давно сам шел по этому коридору и точно так же обнимал свою жену. Он полностью доверил Андрею самое дорогое, что любил.
69[кадры]. Заслуженное счастье
Они устроили пикник у берега Чёрного моря, расположившись на мягком пледе и прихватив сумку с едой и напитками. Настя сидела перед ним, откинувшись спиной на его грудь. Они наблюдали, как солнце пряталось за горизонт, оставляя блестящую дорожку на морской глади.
Андрей обхватил её живот руками, бережно оберегая самое дорогое. И вдруг почувствовал, как малыш толкнул его прямо в середину ладони. Андрей от неожиданности дернулся и взволнованно заговорил:
«Он толкнул меня. Только что. Ты видела?»
Настя мило улыбнулась и ответила:
«Глупенький, ну конечно видела. Он же и меня толкнул».
Андрей продолжил мечтательно:
«Это он ногой меня? Он же головой вниз лежит?»
Настя засмеялась:
«Вот всегда тебе все надо контролировать! Скорее всего это была голова. Он еще маленький у него много места и он лежит как ему вздумается».
Андрей задумался, обнял ее крепче, прижался к ней и сказал:
«Вырастит, научу его в футбол играть. Будем удар головой отрабатывать. Может станет нападающим».
Настя чувствовала себя по-настоящему счастливой рядом с ним. Ощущая его заботу и поддержку, видя в нем опору. Иногда он всё ещё раздражал её своим гиперконтролем, но она мягко возвращала его к реальности.
Андрей зарылся в её волосы, вдыхая их аромат, прикусил мочку уха и потянул к себе, чтобы поцеловать, нежно касаясь её губ. Его руки начали медленно перемещаться с живота на ее грудь, пытаясь отыскать сквозь плотную ткань её соски.
Настя почувствовала как тепло медленно начинает разливаться по её телу и спросила:
«Что ты делаешь?»
Андрей ответил, продолжая дразнить её:
«Я соскучился, целый день тебя не видел».
Настя:
«Тогда собирай вещи, поехали домой».
Андрей:
«Ну нет, целый час ехать до дома. Давай прямо здесь. Никого ведь нет вокруг, одни дюны».
Она:
«С ума, что ли, сошел? А если кто-то увидит?»
Он, засовывая свои руки ей под свитер:
«Ну и пусть завидуют».
Она:
«Нет, нет и нет. А вдруг какой-нибудь ребенок увидит? Поехали домой!»
Андрей сдался, помогая Насте упаковать все вещи обратно в сумку.
Он сел за руль их BMW, и они помчались по трассе в сторону дома. Автомобиль встал на красный, Настя медленно провела пальцем по краю его уха. Он сразу весь напрягся и сказал:
«Лучше меня не трогай сейчас, это не безопасно. Я отвлекаюсь. Вместо дорожных знаков представляю себе совсем другое. Иначе придется съехать на обочину и тогда трогать тебя буду я».
Настя хитро заулыбалась ему и показала пальцем на свои губы. Он потянулся к ней и нежно поцеловал ее.
«Хорошо, до дома потерплю. Знаешь, я боялась, что перестану нравиться тебе, когда стану такой, как сейчас».
Андрей ласково ответил:
«Сейчас ты нравишься мне еще больше. Ты всё такая же хрупкая и женственная и все так же сладко пахнешь. Но если ты не перестанешь об этом говорить, я точно не смогу вести машину. Давай сменим тему» он выпрямился, стараясь восстановить сбившееся дыхание.
«Ты уже думала как назовешь сына?»
Настя уверенно ответила:
«Да. Я выбрала имя сразу как узнала пол. Я назову сына – Алексеем в честь моего отца».