ЖАНРЫ

Он принадлежал работе. Пока не взял её
Шрифт:

Она села ему на колени лицом к лицу и погладила его плечи, забираясь под рубашку.

Андрей почувствовал вес её тела, мысленно сравнивая с хрупкостью Насти. Он ощущал, как к нему начинает подступать отвращение, его передернуло, запах её кожи раздражал, она была чужой – совсем не той.

Алла приблизилась к его губам в попытке поцеловать. А Андрей видел перед глазами только Настю, её образ, её губы всплывали в его голове, застилая лицо Аллы. В этот момент он понял: её никто не заменит. И оттолкнул лицо Аллы в сторону. Он хотел любимую женщину, хотел обнимать её одну, чтобы только она сидела у него на коленях и целовала его. Андрей сказал всего одно слово:

«Уходи».

Но этого было достаточно, чтобы ранить Аллу в самое сердце. Никто и никогда с ней так не поступал. Она не упала перед ним на колени, она не разрыдалась в истерике, не умоляла его передумать.

Она молча встала с его коленей и резко ударила его по щеке, подняла свое платье и вышла из его спальни. Слёзы потекли уже потом, когда она осталась одна в своей постели, в очередной раз отвергнутая мужчиной, который был ей небезразличен. Первый раз она была так близко к нему, и от этого стало больно, как никогда раньше, обидно и унизительно.

Андрей остался сидеть на краю кровати с красной щекой и думал:

«Так мне и надо. Как я докатился до такой жизни? Я всё разрушил, всё потерял. И больше ничего не могу с этим сделать. Я всё просчитывал, воздвигал стены, держал руку на пульсе вместо того, чтобы просто любить и дарить свою любовь. Я остался один. А время ничего не лечит, я люблю её только сильнее».

* * *

Когда всё гости ушли, Анастасия заметила бонсай. И сразу поняла, от кого этот подарок. Она удивилась, что Андрей вспомнил о ней и решил что-то подарить. Выставив деревце рядом с окном, расправляя его кроны, она подумала:

«Поразительно, он знает, когда у меня день рождения. Подарил подарок со смыслом. Не просто какую-то безделушку, а именно то, что мне действительно нравится. То, что напоминает о Токио и обо всём, что там случилось, о нашей последней близости...

Зачем это всё? Неужели он опять что-то задумал?»

Настя напряглась, ощущая опасность, исходящую от его поступков. Зная его непредсказуемость и холодный расчет, она ожидала от него чего угодно. Подумав, что ей нельзя нервничать, она погладила свой живот и успокоила себя:

«Мне нечего бояться, он в четырёхстах км от меня, и больше не сможет меня использовать. Я теперь под защитой дедушки. Малыша он тоже не отберет и никогда не узнает о нём».

Взглянув в окно, она увидела, что идет снег. Она так обрадовалась, последний раз снегопад она видела три года назад. Накинув курточку, она вышла во двор и села на лавку, наблюдая, как снег кружатся над головой. Настя выставила ладошку перед собой и ловила снежинки, ощущая их хрупкость и невесомость. Они напоминали ей саму себя. Как бы она ни старалась держаться и храбриться, при одной мысли об Андрее она таяла.

62[кадр]. Судьба снова за них

настасия немного вразвалку шла по коридору клиники в начале рабочего дня. Живот её уже был настолько заметен, что белый халат не застегивался.

Сегодня у неё было особенно приподнятое настроение – она впервые почувствовала толчки малыша. Начался второй триместр беременности, скоро должно было состояться очередное УЗИ, и шанс узнать пол малыша был очень высок. Толчки были очень мягкими и казались волшебством, вызывая трепет и волны любви в сердце Анастасии. «Это ни с чем не сравнимо», – думала она.

Подходя к своему кабинету, она услышала крик – на полу сидела женщина. Она звала о помощи. В руках у неё был ребенок лет двух: его лицо было бледным, глаза широко раскрыты, он открывал рот, но не издавал ни звука – он не дышал. Из кабинетов на крики стали выходить сотрудники, кто-то вызвал реаниматолога.

Настя, несмотря на своё положение, сразу бросилась спасать мальчика. Она села на пол рядом с женщиной, осмотрела рот ребенка, ничего там не обнаружила. Обхватила малыша спереди рукой, зафиксировав подбородок, развернула к себе спиной, чуть наклонила вперед, и сделала резкий удар между лопаток. Тут же изо рта ребенка выпал маленький кусочек попкорна – он порозовел и заплакал. Настя передала его матери, встала с колен и присела рядом на диван. Она вся вспотела, её сердце колотилось. Настя наблюдала, как женщина, продолжая сидеть на полу, обнимая и целуя своего кроху, пыталась успокоить его, хотя сама безутешно рыдала.

Всё произошло очень быстро: Анастасия среагировала моментально, малыш даже не потерял сознание. Настя знала, что нужно делать, она преподавала курсы первой помощи в школе мам.

Женщина с малышом чуть успокоилась и села рядом с Настей, посмотрела ей в глаза с благодарностью и сказала:

«Если бы не вы... если бы вы растерялись... я не знаю, что бы случилось…» – и по её щеке снова потекла слеза, она взяла Анастасию за руку и тихо сказала – «я не знаю, как вас благодарить за спасение моего сына. Потерять ребенка вот так – это самое страшное, что может случиться в жизни. Это я виновата, что он выхватил попкорн у чужого мальчика. Я отвлеклась на телефон и проглядела. Я ужасная мать. Если бы не вы…». Она взглянула на живот Насти и добавила: «Берегите вашего малыша».

Анастасия похлопала женщину по руке, утешая её.

«Не переживайте, всё уже позади. Теперь всё хорошо. Вы ни в чём не виноваты».

Вскоре подоспели врачи из детской реанимации и забрали женщину с ребенком на осмотр. Анастасия вошла в свой кабинет и начала вести прием пациентов.

* * *

Андрей сидел в своем кабинете, просматривая почту и подписывая бумаги. Работа снова стала для него единственной «женой». Он часто засиживался допоздна, оставаясь ночевать в клинике, лишь бы реже видеть назойливую Аллу. Но сегодня придется вернуться, он забронировал столик и пригласил её в ресторан. После той ночи с пощечиной, она стала очень тихой и молчаливой, ему даже иногда становилось её жаль. Он хорошо знал, что такое любить и не иметь возможности прикоснуться к любимой.

Ему на глаза попалось письмо от юриста. Там мелькнула фамилия Якунина, и он, отложив прочие документы, принялся изучать это письмо. В нем говорилось о необходимости явиться в клинику города Сочи. Ровно через неделю. Для участия в досудебном урегулировании спора, по поводу несчастного случая, произошедшего там недавно. А далее в списке были имена участников: Фёдор Семёнович Дымов, Анастасия Алексеевна Якунина, двое родителей пострадавшего ребенка, двое юристов и он сам.

Первым делом Андрей позвонил главврачу Фёдору Семёновичу и выяснил его версию произошедшего. Затем запросил видео с камер наблюдения. Получив и просмотрев их, он увидел, как Настя очень профессионально оказала помощь ребенку. Он не сразу узнал её, она изменилась. Её походка стала не такой воздушной, как раньше и она явно поправилась. На видео отчётливо было видно, что помощь она оказала быстро и безошибочно. Оставалось совершенно непонятно, почему родители хотят обратиться в суд и взыскать моральный ущерб за спасение жизни своего ребенка.

Следом Андрей подключил свои связи, сделав несколько звонков. Зная, что есть люди, которые всё для него выяснят, он немного успокоился. Он сумеет защитить Настю и не позволит разрушить её репутацию. Только одна мысль продолжала беспокоить его:

«Я снова её увижу. Не во сне, не в мечтах, а по-настоящему. Она будет близко, посмотрит на меня, и я увижу её глаза. Услышу её голос. Хватит ли мне сил это выдержать…»

* * *

Алла впервые за всё время отчаянных попыток добиться внимания Андрея, была совсем не рада приглашению в ресторан.

Поделиться с друзьями: