Чтение онлайн

Мы оба полны решимости. Я выкручиваю запястье мужчины и валю его на пол. Наступаю ему на локоть, тяну и ломаю руку, как веточку. Пистолет с грохотом падает.

Крик мужчины заглушён, когда я падаю на него и толкаю его лицом вниз. Я бью его коленом в спину, выбиваю дверь ногой. Хватаю его голову обеими руками. Сворачиваю ему шею.

Раздается слышимый треск.

«Боже мой», — ахнула Мирасоль. «Порода».

Это Мэн-Бан. Мои деньги у него. Зачем ему нас убивать?

Приложил ухо к двери. Ничего. Он был один. Лезу в карман Мэн-Бана, забираю свои деньги. Беру «Беретту», разряжаю, оттягиваю затвор назад. Патрон с грохотом грохочет по полу. Заглядываю в патронник, вставляю магазин в рукоятку, заряжаю пистолет. Заряженный, спускаю курок с боевого взвода, снимаю предохранитель и засовываю пистолет за пояс. У меня уже целая коллекция началась.

У нас с Мирасоль есть два варианта: мы можем уйти вместе или по одному.

Невозможно понять, зачем Ман-Бан пришёл нас убивать. Это бессмыслица. Будь то Хамза или дела картеля, он бы не пришёл один.

Я подхожу к окну и открываю внутренние створки. Ставни на плантации заперты, но не заперты. Я распахиваю их настежь и выглядываю. Переулок находится в пятнадцати футах внизу. Это эквивалентно полностью загруженному боевому десантному судну. Я могу прыгнуть, а Мирасоль — нет.

«Надо действовать нагло, — говорю я ей. — Мы уйдём вместе. Сейчас же. Пока его не хватились».

«Они будут задаваться вопросом, где он».

«Но они ничего не сделают. Пока мы не уйдём».

Мирасоль подходит к окну и смотрит вниз. «Я не смогу это перепрыгнуть».

«Вот почему мы выйдем вперед вместе».

"Все в порядке."

Я смотрю на девочку, сидящую на кровати. «А как же Невита?»

Мирасоль качает головой: «Она заблудилась».

Мирасоль выходит в коридор, и я следую за ней. Я оглядываюсь на Невиту. Девушка сидит неподвижно, глядя на меня. Она выглядит оцепеневшей.

Я закрываю дверь за девушкой и трупом.

КОРИДОР ПУСТОШ. Ни следа Хамзы или «Кудса».

«Не смотри никому в лицо», — говорю я ей. «Особенно бармену. Если кто-то бросит нам вызов и скажет, что мы хорошо провели время, мы пойдём домой».

Вместе мы спускаемся по лестнице. Розовые стены мерцают разноцветными огнями, отбрасываемыми сверкающим диско-шаром.

Мы доходим до лестничной площадки первого этажа. Проходим мимо «солдадос» у подножия лестницы. Мой взгляд скользит по их друзьям за столиком у двери. Вышибалам. Танцорам.

Боковым зрением я замечаю бармена. Он пристально смотрит на нас.

Он что-то подозревает. Сколько времени пройдёт, прежде чем он начнёт действовать?

Мимо вышибал, через главный вход. Мы идём по тротуару к углу. Часовой наблюдает за улицей. Это река красных и белых огней. Рука об руку мужчины и женщины идут по тротуарам. La vida loca.

Мы проходим мимо часового. Поворачиваемся к машине. Мирасоль открывает двери. Мы почти на месте, когда кто-то кричит от входа в клуб.

«Матарлос!»

Бармен, блядь. Должно быть, пошёл наверх проверить, как там Мэн-Бан.

Раздается хор криков. «Куалес? Донде?»

«Эль Американо и ла Мухер!»

Мы садимся в машину, и Мирасоль заводит двигатель.

Сквозь лобовое стекло я вижу, как солдат на углу оглядывается по сторонам. Он понимает, что мы только что проехали, и выхватывает пистолет, когда я ныряю на пассажирское сиденье. Я выхватываю из-за пояса девятимиллиметровый пистолет Мэн-Бана.

Лобовое стекло сверкает, когда солдат открывает огонь. Два выстрела пролетают между мной и Мирасоль. Она жмет на газ.

И машина рванулась вперёд. Он выстрелил ещё дважды, прежде чем «Камаро» врезался в него. Ни один выстрел не задел машину.

Вместо этого нас трясёт от удара, и его отбрасывает на капот. Мирасоль резко выворачивает руль и выезжает на дорогу.

Мы застряли в пробке.

Я оглядываюсь назад. Из клуба выбегают мужчины с винтовками.

«Идите по тротуару».

Мирасоль колеблется. «Там люди».

«Сделай это».

Мирасоль съезжает на тротуар и жмёт на газ. Это не «Формула-1», но она мчится со скоростью тридцать миль в час. Она врезается в один прилавок, затем в другой. Пешеходы разбегаются в разные стороны. Вот каково это – расступиться по берегу Красного моря.

Я ёрзаю на стуле. Солдаты с винтовками открывают огонь.

Пули разрывают заднюю часть «Камаро». Они отстают.

Мирасоль сворачивает на боковую улицу.

«Нам нужно быстро перебраться», — говорю я.

«Они будут ждать нас у мостов».

Я оглядываюсь через плечо. Картель передаёт по рации, но пока мы разговариваем, они уже садятся в машины. «Выбирайте самый короткий путь. Подъедем поближе, проверим».

Следующие двадцать минут мы едем молча. Мирасоль сосредоточена на дороге, я же всё время поглядываю по сторонам.

Я начинаю анализировать возможности.

«Мы можем переправиться на машине или пешком. Нам нужно будет определить лучший подход, когда доберёмся туда». Вес «Беретты» на коленях успокаивает меня. «Вы сказали, что четверо мёртвых подъехали к пограничному переходу».

«Да. Мы не в безопасности, пока не пересечём границу. Подход к границе очень опасен, потому что застреваешь в очереди, и нет выхода».

«А пешком?»

«Они могут преследовать вас прямо до пункта досмотра и застрелить на пороге».

«Уже довольно поздно. Как обстоят дела на переправе в это время?»

«Если за вами никто не гонится, всё просто. Если же за вами гонится картель, спрятаться негде».

Мы приближаемся к центру города. На тротуарах много людей. Они любуются ночным городом, наслаждаются уличной едой и музыкой.

«Пуэнте-Рио-Браво закрыт, — говорит Мирасоль. — Остаётся три варианта: Пасео-дель-Норте, Мост Америк и Сарагоса».

«Какой из них ближе всего?»

«Сарагоса, — говорит Мирасоль. — Здесь два четырёхполосных моста, один из которых предназначен только для коммерческого транспорта. На другом мосту есть две пешеходные дорожки, по которым можно перейти дорогу пешком».

С чего начинается солдат?

«Мне нужно осмотреть местность», — говорю я. «Остановись где-нибудь, где тёмно и тихо... Вон там».

Mirasol паркуется на боковой улице и глушит двигатель. Я беру телефон и открываю Magellan Voyager. Ввожу.

«Мост Сарагосы, Хуарес».

Нам показывают высококачественную карту мексиканской стороны моста. Я нажимаю на значок 3D. Изображение мгновенно сменяется видом на подходы с высоты птичьего полёта.

Два пролёта, по четыре полосы каждый. Если смотреть со стороны Мексики, пролёт слева используется для частного транспорта, пролёт справа — для коммерческого. У каждого пролёта свой отдельный подъезд. Подъезд к частному пролёту — через Авенида Уотерфилл. Улица прямая и длиной в милю. Транспорт движется на север и юг, но, оказавшись на ней, легко съехать не получится. Боковые подъезды перекрыты жёлтыми бетонными столбиками. Коммерческий подъезд находится под прямым углом к Авенида Уотерфилл. Он идёт параллельно реке, а затем плавно, круто поворачивает на пролёт.