Чтение онлайн

Очевидно, Киллиан не ответит на вопросы о том, кем может быть этот человек, но это не имеет большого значения. Важно другое.

— У Димитрия будут снайперы по всему периметру. В ту же минуту, как он увидит Эву, он застрелит нас обоих. Мы сами идем в ловушку.

— У меня уже расставлены свои снайперы и установлено наблюдение. Что бы он ни предпринял для подготовки, я буду знать об этом, и мы с этим разберемся.

— За неделю? У тебя уже есть люди на местах за неделю до встречи?

Киллиан принимает скромный вид.

— Осторожность никогда не бывает излишней.

— Ты сказал, что никто не знает о твоих планах, только желаемый результат. Если у тебя уже расставлены люди…

— Наемники, — перебивает он, кивая. — Никто из них не знает ни друг друга, ни на кого я работаю, ни кто является целью, кроме как по фотографии, которую им предоставят за несколько минут до прибытия Димитрия.

Я барабаню пальцами по столу, размышляя.

— Могут уйти часы, может быть, дни на то, чтобы твои люди проверили местонахождение оружия. Что, если оно находится в грузовом контейнере в доках Триполи?

С абсолютной уверенностью Киллиан отвечает: — Мои люди могут оказаться в любой точке земного шара за тридцать минут.

Это заставляет меня усмехнуться.

— Серьезно? У тебя есть люди в Антарктиде? И кто это, пингвины, блядь, и киты?

Его взгляд скисает.

— Не могу решить, что хуже: твоя враждебность, твой словарный запас или твой сарказм.

— Не уходи от ответа.

— Да, — сухо говорит Киллиан. — У нас в штате обученные пингвины. Они гораздо умнее, чем ты думаешь.

С видом измученной матери, у которой на руках маленькие дети, Эва говорит: — Мальчики. Ведите себя хорошо.

Я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди. Затем произношу: — Мне не нравится этот план.

Киллиан трет переносицу и вздыхает.

Я настаиваю: — Димитрий должен сообщить тебе местонахождение оружия до того, как ты предъявишь Эву, а не после. Даже тридцатиминутная задержка, пока мы будем сидеть у всех на виду на мосту, – это слишком большой промежуток времени. Слишком многое может пойти не так.

— А что произойдет, когда вы получите оружие? — спрашивает Эва. — У него наверняка будут люди, которые проследят, чтобы убедиться, что вы его нашли. Вы не сможете тянуть время.

— О, он будет мертв задолго до этого.

Мы с Эвой моргаем, глядя на Киллиана.

— Повтори? — спрашиваю я.

— Как только Димитрий даст координаты, он получит пулю в лоб.

Я недоверчиво смотрю на него.

— Ты должен убедиться, что он дал тебе правильные координаты. Он может отправить тебя по ложному следу, а тем временем наводнить мост своими людьми!

Киллиан бросает взгляд на Эву, затем снова смотрит на меня. Тихим голосом он произносит: — А ты бы рискнул? Потому что я знаю, что я бы не стал.

Он имеет в виду, рискнул бы я предоставить неверные данные, когда на кону безопасность Эвы. Сквозь стиснутые зубы я отвечаю: — Мы не Димитрий. Мы не можем предсказать, что он сделает.

— Может быть, вы двое не можете, но я могу. — Доев свой суп, Эва промокает губы салфеткой.

— И? — спрашивает Киллиан.

Она смотрит на него, потом на меня.

— Что бы вы ни думали он может предпринять, вы ошибаетесь.

— Я говорил с ним, — произносит Киллиан. — Он не смог скрыть, что чувствует. Ты для него важнее, чем это оружие.

Эва едва заметно улыбается с легким пренебрежением.

— Есть кое-что, что для него важнее меня, этого оружия и всего остального.

Я подталкиваю ее: — И что же?

Она переводит взгляд на меня. То, что я вижу в нем, вызывает у меня мурашки.

— Контроль, — говорит она. — Это то, что у него получается лучше всего. Это его дар. Он даст вам почувствовать, что вы побеждаете, даже позволит взять верх… но только потому, что в конечном счете это выгодно ему. Если хотите победить в игре против Димитрия, перестаньте думать, что сможете его перехитрить. Он уже на три шага впереди.

После этого долгое время никто не произносит ни слова, пока я не спрашиваю: — Так что ты предлагаешь?

— Я предлагаю нам подготовиться к тому, что на самом деле произойдет на этой встрече.

Мы с Киллианом наклоняемся над столом.

— К чему же? — спрашивает он.

Ее ответ пугающе прост.

— К войне.

ЭВА

По выражениям их лиц я вижу, что они не хотят мне верить, но верят.

Это шаг в правильном направлении, но у меня сводит желудок, и я чувствую себя хуже, чем показываю, поэтому прошу продолжить обсуждение позже.

Мне следовало догадаться, что это заставит этих двух тигров наброситься.

— Почему? — спрашивает Наз, резко выпрямляясь. — Что не так?

— Тебе плохо? — спрашивает Киллиан, напрягаясь.

— Я устала, — отвечаю я, избегая обеих пар пытливых глаз. — Не преувеличивайте.

— Эва…

— Мне просто нужно ненадолго закрыть глаза, милый, — говорю я, кладя руку поверх руки Наза. — Я плохо спала прошлой ночью, не завтракала утром, а новости Киллиана меня немного шокировали. Вы двое можете продолжить разговор в отеле.

Наз сухо отвечает: — Мы не вернемся в этот отель.

Киллиан разводит руками.

— Да ладно тебе, — говорит он. — Ты все еще мне не доверяешь? Мы же пожали друг другу руки!

— Пожалуйста, не заставляй меня протыкать тебя этой вилкой.

Киллиан смотрит на меня.

— Вообще-то я стараюсь, чтобы ты знала.

— Я прикреплю тебе золотую звездочку в дневник.

Я встаю со стула. Они оба вскакивают на ноги, пугая официантку, которая как раз подошла с нашим счетом.

— Кто-нибудь, пожалуйста, заплатите этой бедной женщине, — говорю я, взмахнув в ее сторону рукой. — И заодно убавьте градус мачизма на несколько тысяч делений. Люди смотрят на нас так, будто вот-вот начнется дуэль.

Не утруждая себя ожиданием ответа, я поворачиваюсь и иду к двери. Позади меня раздается какой-то шум, шарканье ног и стук стульев по деревянному полу, но я продолжаю идти, пока не выталкиваю себя за дверь и не оказываюсь на тротуаре, с наслаждением вдыхая холодный воздух.