Чтение онлайн

— Ты долго, — встретила её Шун за отдельным столиком. — Остыло уже всё.

— Остыло — нагреем, — бодро заявила Саня. Уж нагревать пищу и воду их в первые дни научили. Микроволновки отдыхают.

Оказалось, что Шун и поднос с едой взяла для неё, выучила уже Санькины вкусы: борщ со сметаной и тефтельки с жареной картошкой.

Саня с аппетитом уплетала свою порцию, задумавшись о том, что, вроде, дружная целительская группа у них выходит, но обедают все теперь в более узкой компании, да и ужинают по-отдельности. Это лишь при кураторах они садились все вместе.

Однако, было слишком вкусно, чтобы думать о грустном. Тем более впереди ждала новая встреча с интересным типом, Игнатом. Да и самой научиться делать артефакты — было очень заманчиво. Говорили, что Игнат Ильич сразу определяет, кто на что способен. Вот и посмотрит Саня, есть ли у неё способности.

Аудитория артефакторики оказалась большим и светлым помещением, вместо парт здесь расставили разной формы столы, а по одной стене располагался длинный рабочий верстак с кучей приспособлений, среди которых Саня сразу узнала разнообразные тиски, кусачки, пассатижи, молотки и отвёртки, но много других инструментов она видела впервые.

На каждом из столов их ждали разложенные кучкой семь предметов: три железных бруска, деревянная колобашка и три полудрагоценных или даже драгоценных необработанных камня. Преподаватель — немолодой седовласый мужчина в кожаном костюме и чёрном фартуке с подпалинами, велел не шуметь, проходить к столам по четыре человека к каждому и молча ожидать наставника Игната Ильича, который проведёт первое занятие. Вещи на столе можно было рассматривать, но нельзя прикасаться.

Так вышло, что Саня и Шун подошли к одному столу одновременно со Светланой и Ритой. Оборотницы тут же отогнали остальных в своей вежливо-бесцеремонной манере.

— Наконец-то можем вместе позаниматься, — обрадованно сказала Саньке Света Бекетова. — Привет, Шун!

— Тише вы! — шикнул Глеб Казанов из-за соседнего стола, который занял вместе с тремя другими оборотнями. Саня узнала Стаса, Влада и Сергея с базы. Они тоже ей дружно и весело улыбнулись, поприветствовав сжатым и поднятым вверх кулаком.

— Позёры! — тихо хихикнула Рита. — Ты, Саня, стала всеобщей любимицей у наших волков.

— С чего бы? — пробормотала смущённая Саня, нарочито пристально рассматривая предметы на своем столе. Опутанными магическими нитями оказались только один невзрачный камень и деревяшка. Остальные предметы едва выделяли слабенькое свечение, да и то, если присмотреться. — Ладно, я вас всех тоже люблю.

Потом стало не до волков, началось занятие. Свет организовали таким образом, что центр каждого стола был ярко освещён, а всё вокруг тонуло в густой тени. Им велели садиться, достав табуреты из-под стола. И внимательно рассматривать предметы.

— Можете даже зарисовать, — тихо говорил мастер, невидимкой двигаясь между столов. — Выберите себе один предмет, но голыми руками не трогать. Если очень надо возьмите щипцы. Или наденьте защитные перчатки.

Перчатки у Саньки были — девочки-волчицы подарили ей совместный подарок ещё на ярмарке. Конечно, не из драконьей кожи — где ты драконов этих сыщешь — а из обычной, овечьей или ещё какой. Обрабатывали их магическим способом, как объяснила тогда Юля — в перчатках не было швов, они были тонкими, мягкими, эластичными, усиленной прочности и не содержали ни капли магии, чтобы не резонировать с магией артефактов, ингредиентов и зелий.

Но для начала Саня взяла щипцы и поближе к себе притянула окутанную магией деревяшку. Магический камень приглянулся Шун, а Света с Ритой придвинули к себе не магические камни.

— И что ты хочешь с ней делать? — раздался над ухом Саньки тихий голос. Она не подпрыгнула, но деревяшку из щипцов уронила.

— Что ж вы подкрадываетесь? — жалобно спросила Саня у Игната Ильича. Она почти высвободила кончик магической нити на деревяшке. — Не знаю, что тут можно сделать. Тут больше пяти нитей, нет — точно пять. И что они означают, я без понятия. Я только прозрачную хотела отделить для начала и посмотреть.

— Нити, значит! — удовлетворённо крякнул здоровенный наставник, нависая над ней. — Придётся тебе, Аксана, самой изучать и экспериментировать, какая нить, что означает. Так магию не видит никто и, соответственно, описаний ты не найдёшь. Возьми карандаши и зарисуй хотя бы схематично, как ты это видишь.

Перед ней легла коробочка с несколькими палочками из металла и листок пергамента. И она сразу ощутила, что Игнат от неё отошёл. И ведь никто его не заметил. Но тут вздрогнула и нежно улыбнулась Шун, чуть повернув голову. Губы её шевелились. И Саня поняла две вещи: Игнат обходит каждого по-отдельности. И Шун с ним явно знакома. Теперь она видела, что вокруг орчанки появился тонюсенький мыльный пузырь. Он был серый и его было сложно рассмотреть в полутьме.

Больше не отвлекаясь, Саня взяла металлические карандаши, оставленные Игнатом, и попробовала ими рисовать. Замечательные карандаши оказались, как механический в её прошлой жизни. Пришлось сначала изобразить коричневую деревяшку как можно подробней, а потом уже и нити. Рисунок получился средней паршивости, в рисовании Саня не была сильна.

Поглядела на Шун, та тоже усердно что-то рисовала, но её рисунок скрывало маленькое белёсое облачко. Непонятно стало, подходил ли Игнат к Свете и Рите, но те тоже уже чего-то рисовали, и облачко оказалось у каждой. Вот ведь индивидуальный подход! И не спишешь, то есть — не срисуешь с другого.

От нечего делать, Саня снова взяла в руки деревяшку и попыталась опять поймать кончик прозрачной нити. Та не давалась и ускользала, мерзавка, шевелилась ещё так шкодно, словно дразнилась.

— Цыц! — строго сказала ей Саня, и кончик нити послушно замер. — Вот так-то лучше.

Узелок удалось развязать не сразу, прочный оказался, но после дело пошло. Прозрачная нить была наложена поверх остальных, и разматывать её оказалось удобно. Чтобы её не запутать и не потерять, Саня привязала кончик нити к одному из карандашей, после чего принялась на него наматывать нить, снимая её с деревяшки.

И вот же чудеса — как только сняла с бруска последний виток прозрачной нити, брусок тут же сильно потяжелел и окрасился жёлтым цветом. В руках Саньки оказался небольшой слиток золота, не иначе. И цветные нити по-прежнему на нём присутствовали. А вот металлический карандаш, на котором теперь была прозрачная нить, стал лёгким и деревянным.

Почувствовав азарт, Саня определила, что поверх всех теперь золотая нить, и принялась разматывать уже её. Результат заставил хмыкнуть: теперь у неё имелся золотой карандаш, на котором красовалась золотая нить, а брусок стал легче и почти прозрачным — какой-то камень, может быть даже драгоценный.

Дальше дело пошло быстрее. Карандашей хватило на все нити, даже один не понадобился. А брусок по мере избавления от нитей попеременно превращался: в слиток серебра, потом в медную болванку, потом в настоящий бриллиант, потом в пластмассовую штуку, но хорошего качества — такой пластик используют для дорогих смартфонов. И наконец в руках Саньки остался металлический брусок, который определить она не смогла. Может, платина, а может — какой-то другой, более дешёвый сплав. Но держать в руке приятно.