Чтение онлайн

Западные люди склонны нуждаться и быть заинтересованными в личном взаимодействии с духовными учителями в большей степени, нежели тибетцы. Они также более привычны к высказыванию и выслушиванию эмоциональных проблем друг друга. Так, делиться личными проблемами с западными учителями может быть более правильно и легко, чем с тибетскими. В этом смысле западные наставники могут напоминать близких друзей. И все же, требуется внимание, чтобы избегать смешения этого типа интимности с романтической интимностью. Некоторые ученики могут почувствовать, что наставник – единственный, кто понимает их, – и таким образом влюбляются. В другом крайнем случае, неосознанный страх гомосексуальных отношений или мужского или женского доминирования может приводить некоторых учеников к внезапному дистанцированию от наставника, когда они начинают чувствовать к нему или к ней любовь и привязанность. Западные учители должны иметь достаточную восприимчивость и строгое внимание для того, чтобы избежать бессознательного контрпереноса.

Случается, что спонтанное пожатие руки или объятие между учеником и наставником могут быть подходящими для встречи или расставания, если пожатие рук или объятия – общий для них культурный обычай и обе стороны чувствуют естественность и ненапряженность при этом. Однако, если пожатие рук или объятия становятся навязываемым ритуалом или здесь возникают неправильные истолкования относительно намерений, лучше обойтись без этих типов физического контакта.

Тем не менее, каждая из сторон за пределами классной комнаты или комнаты для медитации не обязана сохранять глубину и значительность. Насильственная интенсивность быстро превращается в искусственную и ходульную. Совместное расслабленное неформальное проведение времени может иногда быть более полезным. И все-таки учителю нужно следить за тем, чтобы ученики не чувствовали себя настолько расслабленными, чтобы становились с ним (ней) небрежными или извлекали ненадлежащую выгоду из его (ее) времени.

Геше Нгаванг Дхаргье однажды сказал, что духовный учитель подобен дикому зверю. Лучше не стоять к нему слишком близко. Если духовные искатели проводят весь день с учителем, они более склонны находить или видеть ошибки, чем если находятся на определенной дистанции. Подразумеваемый смысл этого состоит в том, что настроение искателей движется то вверх, то вниз, а действия учителя могут быть не всегда просветленными. Если у учеников отсутствует прочная база в медитации о гуру уровня сутры, они могут развить больше заблуждений, чем вдохновения. Даже в тибетских условиях, в которых помощники или дети-ученики живут вместе с наставником, два человека почти всегда находятся в разных комнатах и не проводят все свое не организованное каким-либо образом время друг с другом. Так, в духовной дружбе между западными учениками и западными наставниками может быть полезен срединный путь, между близостью и дистанцией. Границы должного требуется ясно определить и четко поддерживать, даже в случае, когда подмастерья проживают вместе с наставниками.

Его Святейшество Далай-лама Четырнадцатый сказал, что, если у неженатых мирян-наставников возникает сексуальная любовь к студентам или ученикам, нельзя сказать, что такое партнерство является совершенным табу. Однако намерением наставников должно быть при этом установление долгосрочных ответственных отношений партнерства, а не просто связь на одну ночь. Совершенно непозволительно для наставников использовать приманку длительных взаимоотношений или играть на фантазиях учеников, чтобы просто затащить их в постель. При серьезных отношениях два человека могут относиться друг к другу как равные в постели, однако после этого они могут относиться друг к другу как наставник–ученик. Здесь нет внутреннего противоречия, как это показывают взаимоотношения между женатыми тибетскими ламами и их тибетскими женами.

Такие отношения, может быть, еще труднее поддерживать западным людям, которые не привыкли чувствовать себя комфортно в иерархическом партнерстве или браке. И для большинства людей исполнение нескольких ролей в отношениях – нелегкое дело. Когда один человек находится в состоянии одной роли, другой может быть в состоянии другой. Динамика может быть очень тонка, в особенности в период ухаживания.

На Западе семья врача обычно обращается за медицинской помощью к врачу на стороне. Подобным же образом западные ученик и наставник, которые становятся спутниками жизни, вероятно, могут избежать многих проблем, временно прекратив следование своим отношениям ученика–наставника. Ученики могут совершить лучший духовный прогресс, если они будут опираться преимущественно на других учителей как на наставников, в то время как все же продолжают развивать вдохновение и воодушевление от своих спутников. В случае неженатых мирян-наставников и учеников-подмастерьев, испытывающих сексуальную любовь друг к другу, долгосрочные отношения, возможно, должны однажды перейти в отношения одной обучающей команды.

Все тантры сходятся в том, что вдохновение, достигаемое в результате здоровых взаимоотношений ученика–наставника, является источником подлинной радости и духовных достижений. С другой стороны, неправильные, нездоровые отношения, смешанные с заблуждением, могут привести к духовному опустошению и эмоциональной боли. Недопонимание может исходить со стороны ученика, со стороны учителя или с обеих сторон, также часто свою лепту добавляют в запутанность культурные факторы.

Шантидева объяснил, что стрелок, не видя цели, не может попасть в глаз быка. Так, чтобы построить здоровые взаимоотношения и исцелить раны, которые могли возникнуть из-за нездоровых взаимоотношений, ученикам требуется правильно отождествить источник проблемы – отсутствие осознанности. Отсутствие осознанности развивается из заблуждения относительно учений Дхармы и относительно культурных факторов, которые неосознанно влияют на мысли и поведение каждой из сторон в этих взаимоотношениях. Когда здесь участвуют западные люди, часто неточный или уводящий в ложном направлении перевод терминов ухудшает заблуждение. Исправление терминологии совместно с восприимчивостью к культуре может помочь внести эмоциональную ясность.

Многие люди, разочарованные или разгневанные неудачами взаимоотношений ученика–наставника на Западе, призвали к серьезному пересмотру этих взаимоотношений. Для пересмотра, однако, не требуется переворачивать традицию и вводить что-то совершенно новое. Пересмотр можно произвести разъяснением заблуждений относительно учений Будды и следуя проверенному временем методу передачи буддизма из одной культуры в другую.

На протяжении истории буддизма учения успешным образом передавались в разные культуры путем усиления и расширения тех моментов Дхармы, которые были созвучны мышлению и обычаям воспринимающего общества. Для успешности происходящего сейчас исторического процесса передачи линий традиций тибетского буддизма на Запад моменты, созвучные и дающие правильную основу для построения здоровых взаимоотношений ученика–наставника, может предоставить медитация о гуру уровня сутры традиции кадам. Проверенные временем методы, приспособленные и примененные к новым ситуациям, уже обеспечили решение проблем, возникающих неизбежным образом на почве культуры. И так, при творческом подходе, понимаемом в азиатском стиле, развились гармонические начинания в рамках существующей буддийской традиции.

Наш анализ некоторых проблем, вызвавших нездоровые взаимоотношения с духовными учителями на Западе, в качестве основы для исцеления этого процесса предполагает медитацию о гуру уровня сутры в традиции кадам. В некоторых случаях кажется, что было бы правильным ввести некоторые дополнительные шаги в эту медитацию, но только в контексте традиционного метода. Давайте суммируем все находки в терминах махаянских взаимоотношений ученика–наставника.

Медитация начинается представлением наставников или смотрением на их фото и поднесением семичленной молитвы: простирания, совершения подношений, признания ошибок, сорадования добродетелям других, прошения об учении, мольбы ко всем гуру не уходить из мира и посвящения положительного потенциала практики. В качестве исповедания ошибок мы можем также признать то неправильное, что, возможно, мы испытывали от менее-чем-совершенных учителей.

Вслед за молитвой мы напоминаем самим себе о преимуществах фокусирования на благих качествах наставников и о недостатках застревания на их ошибках. Затем вызываем в мыслях недостатки учителей, очищаем их от условных неправильностей и медитируем об их условно истинных недостатках как пустых от существования в виде неких врожденных самосущих пороков. Мы можем повторить эту процедуру со своими собственными недостатками. Затем можно последовать подобной процедуре в отношении сначала собственных благих качеств, а потом в отношении качеств наставников. Этот процесс завершается вызыванием в сознании качеств, очищением их от какого бы то ни было раздувания или интерполяции и затем фокусированием на условно правильных качествах как пустых от существования в качестве самосущих чудес.

Затем, свободные от наивности, мы фокусируемся на действительных благих качествах наставников с ясной разумной верой в то, что они обладают этими качествами. Когда действительные качества совершенно ясны, мы усиливаем веру в их наличие, думая о процессе, в котором наставники обрели эти качества, и о том положительном влиянии, которое они оказали на других и на нас. Затем мы с верой фокусируемся на том факте, что эти качества достигаемы, и на том выводе, что мы можем достичь и достигнем их сами – ради принесения блага другим. Этот раздел практики завершается интенсивным фокусированием на наших наставниках с твердой уверенностью и доверием, и затем в сосредоточении мы проникаемся всецело этими чувствами так, чтобы полностью с ними соединиться.