Чтение онлайн

Фаза второй молодости, которая начинает "вторую взрослость", как правило, включает переоценку своих прежних моделей поведения, отказ от тех устаревших факторов, которые больше не работают, и экспериментирование с новыми моделями. Если прежде мы относились к духовному наставнику нездоровым образом или обнаружили в нем или ней серьезные недостатки, мы можем оставить не только наставника, но и весь духовный путь в целом. Однако, если мы правильно распознаем источник нездорового характера своих взаимоотношений, мы можем поправить то, что неправильно, и двинуться выше, выбираясь с той неудовлетворительной стадии, подобной плато в горах, которой мы достигли в своей практике.

Во время зрелого мастерства в период "второй взрослости" люди, как правило, заново включают в свой синтезированный опыт наследие прошлого в новом синтезе. Если мы прежде застревали на ошибках и недостатках наставника, то здесь подвергаемся опасности бессознательной лояльности к негативным аспектам и передаем это следующему поколению. Такое может происходить вне зависимости от того, отказались мы от взаимоотношений с учителем или нет. Например, мы можем быть эмоционально нечестными с более молодыми учениками. Мы можем притворяться, что имеем такие качества, которыми не обладаем.

Далее, ученики в своей "второй взрослости" могут откатываться до более ранних стадий поведения, таких как интенсивное соревнование за превосходство, чтобы перещеголять своими достижениями молодых практикующих, и эмоциональное дистанцирование от любых обязательств, которые нужно было бы взять на себя, чтобы предоставить им помощь. Однако, если мы сосредоточились правильным образом на благих качествах наставника, тогда новый синтез может включить в себя то позитивное наследие, которое мы обрели. Мы можем полностью извлечь выгоду из этой фазы жизни, воодушевляя и пестуя следующее поколение.

При отказе от прошлых моделей и нахождении нового синтеза ученики, проживающие фазу "второй взрослости", в основном могут обращаться или к внутреннему или к внешнему. Кроме того, они могут делать это, или имея ошибочное представление о своем преувеличенном "я", или нет. Например, обращаясь к внутреннему, они могут сосредоточиваться на медитации как источнике счастья – или нарциссически или в уравновешенной манере. Обращаясь к внешнему, они могут отыскивать удовлетворение в заботе о нуждах других: или в удушающе деспотичном порядке, или же в заботливо-поддерживающем. Например, они могут доминировать в Дхарма-центре или же могут служить источниками опыта и совета, доступными для последующего поколения, способными привлечь их для дальнейшего развития Центра.

В настоящий период времени скандалов, противоречий, школьного насилия и СПИДа мы склонны ничему не доверять. Так, люди, которые сами вовлечены в духовный путь, имеют природную осторожность относительно доверия духовному учителю. С одной стороны, критическое оценивание учителя перед тем, как установить с ним взаимоотношения, – это здоровое предварительное требование, и оно может помочь избежать разочарования, опустошения или злоупотреблений. С другой стороны, патологический скептицизм и паранойя не позволяют обрести вдохновение от квалифицированного учителя, что необходимо для воодушевления и поддержания серьезной практики.

Колебания по поводу принятия на себя обязательств, которые характеризуют "предварительную взрослость", могут создавать дополнительные эмоциональные проблемы, блокирующие открытие себя духовному учителю в настоящее критическое время. Однако духовно старшие, переживающие "вторую взрослость", способны помочь младшим искателям преодолеть их психологические блоки и установить отношения доверия, становясь для них источником вдохновения.

Для того, чтобы вдохновить младшее поколение, ученикам возраста "второй взрослости" не требуется становиться гуру. Вместо этого они могут служить как бы вторичными увеличительными стеклами, способными сфокусировать вдохновение от тех великих мастеров, с которыми они встречались. Многие из этих мастеров теперь недоступны новичкам, поскольку они или стали слишком активны в международных масштабах, или потому, что уже ушли из жизни. И так, посредством медитации о гуру уровня сутры ученики периода "второй взрослости" могут сосредоточиться на благих качествах тех личностей, чтобы обрести вдохновение и затем передать это положительное наследие через собственный пример. Такое действие даст им возможность избежать бессознательной передачи дальше своего отрицательного наследия, состоящего в отвержении или дурном обращении, которая могла бы произойти при их духовном нарциссизме или удушающем доминировании в Дхарма-центре.

По мере того, как буддизм укореняется на Западе, все больше западных людей становятся духовными учителями в своих традициях. Некоторые тибетские наставники дают формальное разрешение на обучение своим хорошо образованным ученикам. Некоторые даже назвали западных учеников своими духовными преемниками. В большинстве случаев такое уполномочивание выдвигает квалифицированных западных учеников. Однако случается, что письменные уполномочения тибетские ламы составляют, исходя из опыта знакомства с западным характером, недостаточного для того, чтобы правильно оценить намерения учеников. Вдобавок, некоторые западные ученики сами провозгласили себя духовными учителями без всякой ссылки на своих духовных наставников. Некоторые из них были квалифицированы должным образом, другие имели недостаток в плане подготовленности или характера.

Его Святейшество Четырнадцатый Далай-лама объяснил, что ни назначение наставником, ни самопровозглашение никого не превращают в духовного учителя. Уполномочивание приходит благодаря квалификации и эффективности в обучении данного человека, вместе с фактом принятия его или ее со стороны ученика в качестве учителя. Обращение к наставнику за разрешением учить происходит после того, как ученик попросил данного человека учить, но не раньше.

Некоторые полагают, что духовный учитель может быть подлинным, только если он родом из азиатских стран. Однако, вне зависимости от того, происходит ли учитель из традиционной азиатской культурной среды или современной западной, и тот и другой культурный багаж содержат в себе и преимущества, и отрицательные стороны. Одно из необходимых качеств ученика, в соответствии с Арьядевой, – свобода от предвзятостей. Так, хотя для некоторых людей духовный учитель из одной культурной среды может подходить больше, чем из другой, искателям нужно быть открытыми и к тем, и к другим. Тем западным людям, которые находят для себя духовных учителей вдохновляющими, только если те являются тибетцами, нужно проверить, не вызваны ли их предвзятые мнения отвержением собственной культуры – при наличии лишь минимальных знаний о тибетских методах и проецировании собственных фантазий об экзотическом мистическом Тибете, или же какой-либо комбинацией этих факторов.

В отношениях между западными учениками и тибетским учителем каждая сторона может избегать проблем посредством старания понять другую культуру и найти комфортный срединный путь. Достижение компромисса может привести в результате, например, к следованию традиционному этикету во время передачи учений при отказе все же от традиции публичного разноса. Тибетские наставники ругают тибетских учеников не только с глазу на глаз, но часто и перед другими. Это полезно для исправления гордых учеников, которые озабочены "потерей лица". Однако для большинства западных учеников публичное отчитывание непригодно. Оно равносильно унижению и может усилить их отрицательные чувства относительно самих себя. Даже индивидуальное отчитывание с глазу на глаз должно проводиться с достаточным тактом.

Также требуется срединный путь, когда люди из азиатских семей буддийской культурной среды обучаются у западных духовных учителей. Эта группа искателей включает молодых тибетцев на Западе, которые пребывают вне соприкосновения со своей культурой, тибетцев в Индии или Непале, имеющих современное образование, и людей из ареалов тибетской культуры в России или Монголии, которые получили советское школьное образование. Также она включает восточных, южных и южновосточных азиатов как в своих родных странах, так и за океаном в качестве первого или последующих поколений эмигрантов. Срединный путь может включать в себя, например, принятие традиционных форм выражения почтения, при том, чтобы все-таки уважать западную потребность в объяснениях, которые бы согласовались с открытиями науки.