Чтение онлайн

Со мной беседует милая англичанка со стальным взглядом комиссарши из "Оптимисти-ческой трагедии". Скромно сообщаю, что поскольку я переводил мистера Хоккинса много месяцев в России, он желает принять меня в Англии вместе с супругой и ее братом (при этом ненавязчиво демонстрируется письменное приг-лашение). Собеседница тут же улавливает сла-бую точку в предложенной версии:

– Так, ну вы, ладно, жена - понятно, а при чем здесь ее брат?
–

Ребята, я же говорю, что уроки нужно го-товить дома!

– Видите ли, во время пребывания мис-тера Хоккинса в России мистер Зайц много раз возил его на собственном автомобиле, принимал у себя дома и оказывал множество других услуг. Поэтому в знак благодарности мистер Хоккинс приглашает также и мистера Зайца.
–

Посмотрев на могучие плечи мистера Зайца, англичанка уверенно заявляет: "Он же там работать будет".
– (Тут она, между прочим, попала в самую точку).

Да-а, нужно было заготовить справку (на английском языке, естественно), что мистер Зайц с шестилетнего возраста хворает грыжей, хроническим поносом и припадками….

– Да как он будет работать, - говорю, - ес-ли он по-английски ни слова не знает?
–

Сам понимаю, что аргумент слабенький. Запомните, а, еще лучше, запишите - если вы проходите интервью в посольстве, каждый ваш ответ должен не только убедительно отвечать на заданный вопрос, но и снимать возможный сле-дующий. Долго расспрашивать вас никто не бу-дет. Не додумал я, засбоил как-то.

Мои слова собеседницу явно не убедили, но очевидно мы попали под благодушное нас-троение. Одним словом, визы нам дали. Вот тут-то на выходе из посольства до Сашки доходит, что все это не просто наша со Светкой очеред-ная сумасшедшая авантюра и что мы всерьез на-мереваемся утащить его в далекие земли, где живут совсем чужие и, может быть, очень даже дикие люди.

– Слушайте, а может быть вы сами поле-тите, а я как-нибудь потом?
–

На этот испуганный вопль любимая сест-ра (и моя кроткая супруга) отвечает брату вст-речным предложением - но лучше его не печа-тать.

В самолете больше половины мест пусту-ет. Сзади нас устроились три девушки в возрасте от двадцати до тридцати. Сразу же после взлета они начинают пить. Что именно? При всем сво-ем опыте определить напиток по бульканью я несколько затруднюсь, а назад не оборачиваюсь, чтобы не смущать эти кроткие создания. Поэто-му, не могу сказать, может быть, шампанское, а может быть портвейн "Кавказ" (хотя "Кавказ" - это больше из времен моей славной боевой мо-лодости).

Одним словом, дамы пьют и обсуждают грядущую в Англии работу. Какую работу? Да есть одна такая профессия, которая совсем не требует специальной подготовки - нужно просто грамотно распорядиться тем, что дал Бог. Гово-рят, самая древняя на земле. Ясно, что летят они не впервой. Очевидно, что с посольством у дам сложились самые задушевные отношения.

В очереди на паспортный контроль в лон-донском аэропорту Хитроу краем глаза наблю-даю за нашими попутчицами. Все трое вдребез-ги пьяны. Одна мерно покачивается, придержи-ваясь за ремень поставленной на пол дорожной сумки. Можно сказать, использует в качестве якоря подручные средства. Так и колышется - как лилия в пруду или еще что-нибудь.

Одеты и накрашены все трое сногсшиба-тельно - лосины нежно-лилового цвета, помада чугунно-фиолетового и зеленая куртка. Дух пе-рехватывает и волосы дыбом. Одно слово - атас.

Мне страшно интересно, что скажет ра-ботник королевской паспортной и таможенной службы, увидев, что на Британские острова со-бираются высадиться такие гостьи. Любопытс-тво мое удовлетворено мгновенно. Он ничего не сказал!

Я думаю, чиновник был, как бы получше выразиться,... наркотизирован густым перега-ром, который источают посланницы великого русского народа. А может быть он решил, что в таком состоянии три грации угрозы государст-венным интересам Великобритании явно не представляют (в отличие от хитрого деда, кото-рому втемяшилось повидаться с внуком).

Если вы считаете, что паспортный конт-роль на Западе пустая формальность, то глубоко заблуждаетесь. Как-то уже в Англии мне позво-нил из России некто Ваня. Работал он тракто-ристом в подсобном хозяйстве семинарии и меч-тал о великих свершениях. Просьба у него самая скромная. Ваня собирается прилететь в Англию на полгода, так можно ли на это время остано-виться у меня, а, кстати, не могу ли я его устро-ить там на работу? Несколько ошалев, отвечаю, что сам снимаю жилье и мой домохозяин вряд ли будет рад пополнению, что с работой могу попробовать, но, поскольку английского он не знает, это дело сложное.

Ване мои объяснения не понравились. За-одно я поинтересовался, по какой легенде он, собственно, прилетает в Англию. Ваня гордо пояснил, что прилетает он, как пастор, пригла-шенный на семинар Ньюболдским колледжем.

Нужно отдать должное его сообразитель-ности: Ваня сам себе послал факс - из одного здания семинарии в другое (якобы из Англии). Не знаю, правда, на каком языке был текст, да это и не важно. А важно то, что в своей легенде Ваня допустил один существенный прокол. Он не учел, что тракторист не всегда похож на пас-тора, а пастор, соответственно, - на тракториста. Кроме того, желательно, чтобы участник семи-нара говорил на языке страны, в которой он бу-дет проходить. Не учел Ваня и того, что на дво-ре двадцатый век заканчивается и технический прогресс достиг небывалых вершин. Я робко попробовал намекнуть ему на эти обстоятельс-тва, но Ваня никаких изъянов в своих планах не видел и распрощался со мной обиженно.

Дальнейшую историю я узнал позже, вер-нувшись в Россию. Наш герой благополучно добрался на Англии, но в лондонском аэропорту Хитроу появление пастора Вани вызвало у ра-ботников паспортного контроля повышенное любопытство и некоторые сомнения. Его не ста-ли долго расспрашивать, а просто позвонили в колледж - по телефону. Такого варианта Ваня почему-то не предвидел...

И быстренько разобрались, что пастора с такой фамилией там не приглашали, да, собс-твенно, и семинара никакого в обозримом бу-дущем не планируется.

У Вани отобрали паспорт и отпустили гу-лять до следующего дня, когда отправлялся бли-жайший рейс на Москву. Тут-то он совершил са-мую страшную свою ошибку. Как всякий со-ветский человек, неудачливый пилигрим вос-принял изъятие паспорта, как непоправимую трагедию. Ване следовало просто выполнять на-меченный план. Никто бы его, естественно, не стал разыскивать и терять пастору-трактористу было нечего. По сути дела, он мог преспокойно оставаться в Англии столько, сколько позволяла ситуация - финансовая и личная. Все равно пос-ле этого инцидента не видать ему больше бере-гов Альбиона, как собственных ушей. Но, впав в панику и растерянность, на следующий день наш путешественник мирно сдался и был от-правлен домой.

Подобный же случай произошел с одним нашим мужичком в Анкоридже. Он пытался проникнуть в Америку под видом туриста, но не смог сразу ответить на вопрос, почему выбрал для своего отдыха именно Аляску. Заинтересо-вались вещами, обнаружили диплом и другие документы, которые туристы, в общем-то, с со-бой в дорогу не берут. И отправили обратно....

Ну, что ты будешь делать? Увлекся и забежал вперед - от Англии к Америке. Но те-перь уж поздно возвращаться.

.... Все это вспоминалось мне зимой девяносто шестого года, во время полета в Америку. В Шереметьево у самого входа в самолет меня ос-тановил мужчина в штатском и, приятельски улыбаясь, попросил показать наши паспорта. Весьма тщательно сравнил фотографии с ори-гиналами, долго и вдумчиво рассматривал визы. Неожиданности здесь особой не было. Это я уже видел во время первой поездки в Америку.