Чтение онлайн

— Вот это разложи по карманам. Затем разуйся и выйди в центр поляны, — приказал он.

Пока я разувался, он, воткнув факел в землю, открыл свою сумку и извлек оттуда шкатулку. Ту самую, в которой хранились кинжал и свиток, светящийся красной аурой.

Дальше, как я понимаю, будет как в моем сне. Только финал неизвестен. Одновременно интересно и страшно. Что же может такого случиться, если тогда маги так спешили привести приговор в исполнение?

Надеюсь, Геша не соврал про то, что мне ничего не грозит в этом ритуале. Если угробит, стану призраком и буду навещать его вечно, буду заговаривать зубы до потери пульса!

Ха-ха!..

— Чего расселся? Время поджимает, скоро луны покажутся, — прикрикнул Кардайл. — Бегом в центр поляны.

Оказалось, я задумался глубоко и от его крика даже подпрыгнул на месте. Направился к центру, приблизительно туда, где он нашел осколки алтаря: ничем другим эти обломки быть не могут в этом месте. Да и не с собой же он их притащил.

Встав на позицию, достал Ан-Таэр (вроде, так называется мой меч). При этом меня будто статическим током ударило.

— Ты правильно понял, — одобрительно кивнул Кардайл и направился ко мне со шкатулкой в руках. — В своём сне ты видел, как человек скрещивает оружие над головой. Это и есть часть ритуала.

Он открыл шкатулку и протянул мне, предлагая кинжал, ярко полыхавший алым.

— Возьми Ан-Ваэр, и завершим начатое пятьсот шестьдесят лет назад!

После этой фразы у меня ком в горле встал.

Нервно сглотнув, я потянулся за кинжалом и с опаской взял его. Разрядом тока прошило руку от пальцев до ключицы. Не зря опасался, но не думал, что так сильно шарахнет.

Лицо Геши расплылось в улыбке. Вот ведь сволочь! Шокер мне тут подсунул какой-то и стоит кайфует!

Рука немного онемела. Ну, как немного… Такое чувство, что я на ней пару суток проспал.

— Геша, это что было? Меня от ножика током ударило, рука теперь не поднимается, — сообщил я, когда он изучал свой красный свиток.

На фамильярность с моей стороны он отвлёкся быстро. Достал что-то из кармана, подошел и приложил это к моему плечу. По телу разлилась бодрость. Что-то типа этого я чувствовал в своих глазах, когда ослеп от портала. Похоже, у него какой-то амулет исцеления.

Пара секунд — и покалывание прекратилось, я вновь чувствовал руку.

Внезапно налетевший порыв ветра затушил факел, сбросив поляну в темноту и сделав атмосферу ещё мистичней. Мы остались при свете двух клинков (оказывается меч тоже светился, только слабо-фиолетовым свечением).

Глянул на Гешу — и сердечко моё пропустило удар. Лицо довольно лыбящегося психа по имени Кардайл в бледно-красной подсветке выглядело эффектней кадра из фильма ужасов. А никого другого, более вменяемого хотя бы на вид, здесь нет и не предвидится.

— Отлично! — выпалил Геша, когда огонь свитка немного угас. — Осталось скрестить клинки. Действуй же! — с надрывом крикнул он, снова опустив взгляд на свиток, продолжил бубнить своё заклинание.

И я скрестил…

Мышцы рук сковало, не позволяя развести руки в сторону. Кардайл стоял на краю поляны, и только по шевелению губ можно было понять, что он начал читать своё заклинание.

Я поднял голову и увидел ярко-красное сияние, скрывшее и оружие, и руки мои до локтей.

Через секунду алая вспышка оглушила меня взрывом, я почувствовал какую-то легкость во всём теле, как при левитации… Хотя нет, будто я снова вышел в астрал, как тогда, на приёме у лекаря.

И остались за этой гранью мы: темнота, невесомость и я, наивный и доверчивый...

Кап-кап… кап-кап…

Ну вот кто кран не закрыл, а? Первое, что пришло в голову, — мы на чьей-то кухне.

Нет, стоп. Стоп! Не первое. Первое такое, про кухню, уже было. Второе!

Про кухню и кап-кап мне уже приходило в голову. Давненько, но точно приходило.

Чувство невесомости пропало. Стук капель где-то рядом отдавался острой болью в голове. Ощущения медленно, но, верно, возвращались.

Мышцы болели и затекли — я долго и неподвижно лежал на чем-то твердом. Чувствовалась сырость, но мучил жуткий сушняк. Будто меня пытали, а вместо глотка воды били голове — иначе с чего ей так болеть.

Попробовал пошевелить руками и ногами — не получилось. Я их просто не чувствую. Вот скажи мне сейчас кто-нибудь, что у меня нет конечностей, я поверю.

Интересно, куда меня занесло на этот раз? Даже представить… больно… сильно же мне досталось.

Тишину нарушили шаги издалека, кто-то решил меня навестить? Чудесно!

Вскоре в «мою комнату» упал свет, и я наконец-то смог видеть, честно говоря, уже подумывал что ослеп от той вспышки, но нет, зрение осталось со мной только глаза я всё же закрыл. Больно было ими смотреть, а запасных у меня с собой не оказалось. Да ещё и дым откуда-то взялся, глаза режет.

Буквально надо мной раздался до боли знакомый голос:

— Сэрик, что ты с ним сделал? Бледный он какой-то… И что за пещеру вы выбрали? Откуда тут такой запах?..

Геша! Ну, держись, Геша Кардайлович! Выпутаюсь — все усы на твоей аристократической морде пинцетом повыдергаю. Сволочь…

— Мы сделали все, как было велено, — прозвучал голос сильно похожий на Голлума. — А запах — это от него. Пещера была запечатана до вашего прихода. Никто даже не заметил нас.

— Идиот! — крикнул Геша.

У меня едва голова не раскололась: и от его вопля, и от ужаса того, что все это уже было — со мной, с ними.

Смачная пощечина и снова крик:

— Свиток исцеления! Живо! Полного! Тупица… У него помимо похмелья…

«…еще и откат после запрещенного заклинания», — мысленно продолжил я.

— …после запрещенного заклинания. Он и так уже на грани! Если его имя, каким бы оно сейчас ни было, появится в списке Бога смерти, мы пожалеем, что вообще родились!..

«Не люблю спойлерить, но, ребята, эту серию я уже смотрел. Сейчас будет исцеление».

Глухой щелчок — и тут меня накрыло волной свежести.

Понятно, что в мире магии любая фантазия от реальности отличается только умением и силой фантазёра. Но чтобы я вернулся во времени назад!.. Не-е-ет, это не может быть реальностью.

Свиток исцеления сработал на «отлично», стало легче.

Что я там дальше делал? А если попробую повторить? Поиграем, так сказать, в повторяшки, ха-ха.

Я сделал каст левитации, разминая пальцы рук, и поднялся на всю длину цепей, сдерживающих меня по рукам и ногам. То есть, на чуть-чуть, пара ладоней, не больше.