Оранжевое Лето
Шрифт:
Воспоминание, которое всё это время пряталось за завесой сна, внезапно стало кристально ясным. Я медленно повернула голову к Кире.
— А где твой рог? — спросила я и закашлялась.
Кира подскочила и поднесла воды к моему рту. В отличие от Лиана, подруга нисколько не боялась меня. А вот я боялась коснуться её, поэтому позволила ей держать кружку.
Феникс стоял на месте, его взгляд блуждал по комнате, не фокусируясь ни на чём конкретном. Казалось, его разум был занят лихорадочными расчётами.
— Я принесу чего-нибудь горячего, — наконец произнёс он, делая шаг к двери.
Ясно, решил сбежать.
Он ушёл, осторожно прикрыв за собой дверь. В комнате повисла тишина. Кира все ещё держала кружку в своих руках, хотя я уже перестала пить.
— Какой рог?
Она поставила кружку на прикроватную тумбочку и сцепила руки на коленях, словно приготовилась слушать новую историю.
Я уставилась на подругу, не веря своим ушам.
Неужели Лиан ничего ей не рассказал? Они ведь обсуждали Армандор столько времени. Или я всё не так поняла? Да нет, не может такого быть!
— Подожди... Лиан не сказал тебе? — я с трудом приподнялась на подушках. — Он ни разу не намекнул тебе, что ты...
— Что я что? — Кира наклонилась ближе, её большие заплаканные глаза сияли искренним недоумением.
Я глубоко вздохнула. Моя голова всё ещё была тяжёлой, а мысли путались.
— Что ты помнишь о своём детстве?
Она пожала плечами, слегка насторожившись.
— Да всё я помню. Свою мать Линду, отчима-придурка... Помню, как мы росли в соседних домах, как я вечно убегала к вам, потому что дома было невыносимо. Помню, как твой дед поил нас сладким чаем с молоком, — она улыбнулась. — Помню, как мы с тобой прогуливали уроки и прятались в библиотеке.
— А ты помнишь нашу первую встречу?
Кира задумалась.
— Хм, — она потёрла висок. — У меня такое чувство, будто мы всегда были вместе.
Я смотрела в её сине-фиолетовые глаза — не такие яркие, как в моём сне, или как у маленькой девочки с Армандора, дочери Эсмиры, но всё же очень похожие.
— Кира, почему ты дружишь со мной столько лет?
Она рассмеялась, но как-то натянуто:
— Что за тупой вопрос? Ты же мой рыцарь в сверкающих доспехах. С тобой я всегда чувствовала себя в безопасности. Как будто ты можешь всё, понимаешь? — она опустила глаза. — А потом, я ещё влюбилась в Яра и мечтала выйти за него замуж, чтобы породниться с тобой. Глупо, да?
— Нет, совсем не глупо. Сколько времени?
Полночь. Я должна быть на месте в полночь.
— Половина шестого, — ответила Кира.
Катастрофически мало времени.
Забывшись, я внезапно откинула одеяла, соскочила с кровати и сразу же повалилась вниз. Ноги не слушались. Если бы не Кира, которая подхватила меня вовремя, я бы точно расшиблась.
— Что ты делаешь? Тебе нельзя вставать.
— Мне нужно в туалет. Есть иголка? — спросила я, стуча зубами. — И можешь подать халат?
Подруга с ужасом уставилась на меня.
— Зачем тебе иголка?
— Нужно вернуть кровообращение. Ноги затекли.
Кира послушно встала и принесла сначала белый халат, а затем и маленькую чёрную отельную коробочку, в которой лежали швейные принадлежности.
Мысли полностью затихли, и я всё делала машинально. Меня так учил дедушка: если затекла какая-то часть тела, её нужно уколоть иглой.
Не ожидая боли, я проткнула кожу на большом пальце и ничего не почувствовала. Приступ паники висел облаком, пытаясь завладеть разумом. Чтобы отогнать его, я ещё дважды ткнула иглу в разные места ступни.
Успокойся.
Накинув халат, холодными ладонями я начала растирать сначала голени, потом колени, затем бёдра, периодически похлопывая по ним. Прошло около получаса, прежде чем пальцы на ноге пошевелились, хоть всё ещё и были занемевшими.
К тому времени Лиан уже принёс чашку с чем-то горячим, и я обхватила её двумя руками. В этот момент я уже не думала о собственных неудобствах, поэтому моментально обожглась, отхлебнув глоток. Это был зелёный чай с мятой и мёдом.
— Спасибо, — бросила я, поставив чашку на прикроватную тумбу.
— Пожалуйста.
Низкий голос был таким безжизненным и уставшим, что я невольно посмотрела в карие глаза.
— Это ты грел меня ночью?
Лиан опустил взгляд.
— Только не надо истерить или бить меня. Я должен был. У тебя могла случиться гипотермия. Ты бы окончательно окоченела. — он запнулся, подбирая слова. — Я не думал ни о чём мерзком, клянусь, и пытался согреть тебя через одеяло, но когда это не помогло...
Я не дала ему договорить это бесконечно длинное оправдание. Собрав все силы, я поднялась с кровати и, пошатываясь, сделала шаг к нему. Мои руки неуверенно обвились вокруг его талии. Быстро, по-дружески я поцеловала Феникса в щёку.
— Спасибо, Лиан.
Жар его тела обволакивал меня, и я вдруг почувствовала укол совести. Этот игнис рисковал собой, чтобы спасти меня, а я отчитывала его ранее, а теперь ещё собиралась сбежать, не сказав ни слова. Но выбора не было — ради Яра, ради Киры, ради самого Лиана.
Он стоял неподвижно несколько секунд, а потом осторожно обнял меня в ответ.
— Я не заслужил, — произнёс он, слегка покраснев.
— Заслужил, — я подняла голову, встречаясь с ним взглядом. — Ты спас меня. Снова. Может, ты мой ангел-хранитель?
Он отвёл глаза.
— Об этом... — он замолчал. — Нет, неважно. Забыл, что хотел сказать.
Собрав все силы, я поднялась на носочки, чувствуя, как дрожат пальцы ног, едва удерживая вес тела. Мышцы всё ещё были слабыми, и каждое движение давалось с трудом. Я приблизилась к его уху, так близко, что мои губы почти касались кожи.
— Кира — дочь Эсмиры, так? — едва слышно выдохнула я.
Вместо ответа Лиан лишь сильнее прижал меня к себе, его руки напряглись на моей спине.
— И она не знает?
Я почувствовала, как он качнул головой.
Кира сидела на краю кровати, наблюдая за нами с беспокойством и непониманием. Она не слышала моего вопроса, но видела наши объятия, которые длились дольше, чем следовало бы.
— Всё в порядке? — спросила она, и в её голосе проскользнули нотки тревоги. Ей явно не нравилась, что я прижимаюсь к брату Валтера.
Я медленно отстранилась от Лиана, встретившись с его взглядом. В его глазах читалось предостережение — не сейчас, не здесь, не так.