Орган времени
Шрифт:
– Так мне удивляться или падать в обморок?
– Ну что ты пристал? – вмешалась Леночка. – Сергей Степанович очень хороший хирург – вся больница тебе скажет. И вовсе это была не первая его операция.
– А какая? Вторая? – продолжал я, но увидел, что Сергей Степанович начинает обижаться. – Ладно, – проговорил я, – извините. Шучу.
– Ничего, – отозвался он.
Мы молчали.
– Мне нужна клиника, – самым серьезным голосом констатировал Сергей Степанович.
– Вряд ли вам кто-нибудь даст деньги под это, – сказал я. – Тем более после такого ответа вашего профессора.
– Но ведь все работает, – проговорил он.
– Серьезно? – чуть насмешливо произнес я, чувствуя, что сказал это тоном профессора Олега Борисовича.
– Да, – не заметив сходства, ответил Сергей Степанович. – Действительно, никто мне не поверит, поэтому мне нужна собственная лаборатория и собственные исследования.
– Так клиника или лаборатория? – уточнил я.
– Какая разница? – все с той же серьезностью говорил он. – Главное, чтобы я мог делать свое дело и ни от кого не зависеть.
– И где вы ее возьмете? – сказал я. – Кто вам даст столько денег?
– А вы? – с надеждой посмотрел он на меня.
– Я? – удивился я.
– Насколько мне известно, вы не работаете и у вас есть деньги.
Я не стал уточнять, что он заглядывает в чужой карман – Бог с ним. Я лишь сказал:
– Моих денег вам хватит только на мензурки, ну, может, еще на фикус в приемной.
– Но сколько-то у вас есть? – настаивал он. – На что-то ведь вы живете?
– На что я живу? – проговорил я, заметив живой интерес в Леночкиных глазах. – Когда-то мне удалось заработать немного денег. И теперь они лежат в банке, я живу на проценты от них. Но это совсем не такая большая сумма, – поспешил я рассеять его иллюзии. – Ее вам совсем не хватит. К тому же я ведь должен на что-то жить.
– Я вам отдам, – сказал он.
– Сергей Степанович, – со всей серьезностью и убедительностью произнес я, – вам этого не хватит. А я останусь ни с чем.
– Правда? – похоже, все-таки понял он.
– Это совершенно точно, – добавил я. – Уж я-то знаю, что у вас верное дело. Неужели вы думаете, я бы не помог вам, если б мог?
– Да? – уже совсем упав духом, произнес он.
– Да, – подвел я черту.
Он вздохнул и стал нехотя пить уже остывший чай.
– Может, все-таки выпьем? – предложил я, чувствуя некоторую неловкость от того, что отказал ему.
– Выпьем? – отрешенно произнес он.
– Вы что хотите: вино, водку?
– Вино? Водку? – эхом отозвался Сергей Степанович.
Я ждал.
– Давайте немного вина, – наконец проговорил он.
Я кивнул и пошел за бутылкой.
– Мне чуть-чуть, – сказал он, когда я стал наливать Леночке и ему.
Я сделал, как он просил. Потом мы выпили.
– Где же взять денег? – мучился Сергей Степанович.
– Не знаю, – честно признался я.
– Найти бы какую-нибудь мафию, – мечтал Сергей Степанович.
– Они вас заставят делать атомную бомбу, – сказал я, – и грабить банки вместе с ними.
– Я бы ограбил банк, – в той же эйфории произнес он.
– Сергей Степанович, – улыбнулся я, – окститесь. Какай банк?
– Любой, – сказал он.
– Ну все, – веселился я, – рождается новый профессор Мориарти. Лена, ты чувствуешь, как запахло цементом? Ноги в тазик, в цемент – и на дно. Только скажи теперь что-нибудь не так.
Леночка улыбалась и так, улыбаясь, вдруг сказала:
– Не знаю, чего вы мучаетесь? На вашем месте я бы заработала столько денег, сколько захотела.
– Как? – без энтузиазма, ожидая услышать в ответ какую-нибудь нереальную вещь, спросил я.
– Как?! – почти одновременно со мной азартно чуть ли не выкрикнул Сергей Степанович.
– Хм, – улыбнулась Леночка, посмотрев на нас. – Очень просто.
Она протянула руку и взяла свою сумочку, стоявшую неподалеку. Потом стала копаться в ней, что-то искать. Мы, затаив дыхание, следили за ней. Я – с нарастающим интересом, Сергей Степанович – с почти волчьим азартом.
– Вот, – наконец сказала Леночка, найдя то, что искала, и вынула это из сумочки.
Это оказалась какая-то бумажка, чуть мятая и немного потертая. Леночка протянула ее нам. Еще по дороге я разглядел, что это лотерейный билет, поэтому, когда Леночка положила его на стол, мне было уже неинтересно. Я еще с усмешкой подумал, что какая она наивная, покупает лотерейные билеты. Сергей Степанович же, наоборот, вперился в билет горящим взглядом. Леночка молчала, ожидая, когда мы разглядим то, что она показывала нам. Но я уже разглядел и начинал скучать.
– Ну и что? – сказал я.
И одновременно с тем, как я произносил это, до меня дошло.
Лотерейный билет?..
Лотерейный билет!
Да, действительно, тут была клиника для Сергея Степановича. А то и не одна. А то и не две!
Мысли завертелись в моей голове.
Лотерейный билет…
Лотерейный билет!!!
Все это происходило в течение какой-то секунды между моим вопросом и тем, когда Леночка начала говорить:
– А вот что… – сказала она, но я прервал ее.
– Я понял! – воскликнул я. – Лотерейный билет! Сергей Степанович, это ведь лотерейный билет!
– Да, – еще не понимая, задумчиво произнес он, – лотерейный би…
И тут я опять наблюдал, как его глаза приобретали круглую форму. Но в этот раз я не стал пугаться, по опыту зная, что это не опасно, и, вообще, сейчас мне было некогда пугаться – мысли набирали обороты, обрастая новыми идеями и подробностями.
– Лотерейный билет! – выкрикнул Сергей Степанович.
– Лотерейный билет! – подтвердил я.
Наверно, если бы мы были африканскими аборигенами из какого-нибудь племени, то непременно заплясали бы в трансе вокруг костра, ритмично выкрикивая: «Лотерейный билет, лотерейный билет…» Впрочем, мы были недалеки от этого. Пожалуй, только теснота городской квартиры останавливала нас.
Леночка улыбалась и вся просто светилась от счастья, глядя на нас. Мы с Сергеем Степановичем пребывали в крайнем возбуждении.
– Ближайший розыгрыш через два дня, – добавила лучезарная Леночка.
Мне хотелось расцеловать ее за эти слова, но стол между нами мешал этому.
– Наливайте, – скомандовал Сергей Степанович. – Полную!
Я налил Леночке и ему, стал наливать себе.
– А вам пока не надо, – улыбался он.
– Это еще почему?
– Сначала дело, а потом развлечения, – повелел Сергей Степанович.