Чтение онлайн

Проникнув туда, Ангелине нужно было самой решить, где лучше выбраться из вентиляционной шахты, чтобы попасть в зал. Она по ошибке ткнулась сначала в несколько помещений, запертых снаружи, потом оказалась в туалете. Проникать в зал без билета и в одной рубашке не входило в её планы, поэтому ей пришлось снова нырнуть в дебри разветвлённой вентиляции и, проплутав по костюмерным и гримёрным, она, в конце концов, очутилась за кулисами над сценой.

Из-за её задержки, хотя публика ещё не начала прибывать, жизнь в закулисье заметно оживилась: на сцену вынесли микрофон, кафедру и подсоединяли аппаратуру. И Гельке пришлось проявить максимальную осторожность. Она медленно перетекала из-за занавеса вдоль стены, подыскивая себе укрытие поудобнее.

К сожалению, стены зала были абсолютно пустые: не было ни лож, ни балконов, ни люстр, ни рельефных украшений — только стёкла аппаратной напротив сцены, да прожектора по стенам, нацеленные на неё. Гелька не понимала, почему Учитель не дал задания ей обезвредить Белого. Она, зависнув над сценой, где легко спрятаться в кулисах, сделала бы это с большим успехом, чем он из зрительного зала. А теперь ей предстояло найти на открытом всем взглядам куполе скрытое место, с которого она смогла бы следить за происходящим и в зале, и на сцене.

Загоревшиеся прожектора подсказали ей единственный выход: Гелька подлетела к одному из них, висевшему примерно на полпути между сценой и, разделявшим зрительный зал, проходом, и спряталась за ним, скрытая от чужих глаз его слепящим лучом.

Вскоре в зале зажёгся свет, и началось движение. Ангелина не теряла времени даром: быстро сообразив, что "вязать" можно начинать с появления первого же зрителя, она взялась за дело. Пока зрительные ряды заполнялись неспешно, Гелька успевала обезвредить большинство зашедших в зал. Но ближе к началу представления публика хлынула толпой, и её усилия утонули в людском потоке.

С этой-то основной массой и должен был подойти Учитель. Гелька уже не занималась фидерами, а выглядывала в толпе начальника. Скоро в зале погаснет свет и она окажется в ужасном положении, если не сумеет его обнаружить. Он назвал ей ряд и место, где он собирался устроиться: примерно в центре зала, через два ряда после разделяющего его прохода. Но где же он?

Сердце её ёкнуло — среди разномастных голов мелькнуло что-то знакомое. Чёрт! Он же предупредил, что будет в своём собственном обличье! Да, это он: соломенные волосы, невзрачное лицо, сивые усы — "учительский" вид Учителя.

Всё, всё! Она готова. Свет в зале погас. На сцену под аплодисменты вышел грузный одышечного типа мужчина в клетчатых брюках, поддерживаемых на круглом животе подтяжками, и в ловко сидящем на такой фигуре рыжем пиджаке. Он взгромоздился на кафедру и, оглядев зал цепкими глазками, призывно вскинул руку. Тогда агитатор заговорил. Речь его, с сильным американским акцентом, была умело продумана. Повторяющиеся рефреном фразы призваны были отпечататься намертво в мозгах слушателей, а искусно расставленные акценты концентрировали их внимание на главном, заставляли слушать с неослабным вниманием и сопереживать идеям оратора. Он клеймил позором разобщённое общество, погрязшую в пороках современную цивилизацию, бездарные правительства и, ссылаясь на Бога, призывал к действию новую формацию людей, сидящих в зале и олицетворяющих собой светлое будущее человечества. Гелька поймала себя на том, что с интересом слушает, и поспешила отключиться от промывающего мозги потока слов.

Как намерен действовать Учитель? Фигура оратора, довольно крупного мужчины, была практически полностью скрыта высокой кафедрой. Что это — случайность или предусмотрительная предосторожность? В такой ситуации у Сергея Петровича остаётся очень мало возможностей для действий — обезвредить вокруг сидящих и уйти несолоно хлебавши. И она лишена возможности вмешаться: чтобы оказаться на сцене, придётся преодолеть метров пятнадцать на фоне неосвещённой стены и неизбежно быть обнаруженной.

А что если?.. Если вскрыть фидеру виднеющиеся ключичные протоки, можно заставить его выйти из-за кафедры, и тогда только останется в темпе, пока он не скрылся за кулисами, доделать остальное. Ангелина приготовилась начать, но притормозила. Учитель дал ей определённые инструкции, и если она станет действовать по своему усмотрению, её ждёт большой нагоняй. Но что это?

Доктор Фройд шагнул из-за кафедры. Гелька быстро настроила полевое зрение: его ключичные протоки были вскрыты. Учитель работал по её плану! Моментально вскрыла она нижние протоки, но оратор вскинул руку, и свет на сцене погас. Ангелина стрельнула парализующим импульсом в то место, где он только что стоял. Её голубоватый луч прорезал темноту зашумевшего зала.

В ответ из точки, расположенной в ближайшем углу сцены, полетели ультрамариновые молнии-разряды. Одна из них взорвала прожектор, за которым она пряталась, другая, полоснув по боку, заставила её, потеряв ориентацию, материализоваться и упасть в рое осыпающихся осколков. Ещё не придя в себя, Гелька поспешила отползти на четвереньках к сцене. Она держалась ближе к стене, стараясь не попасть под бегущие мимо, тяжело топающие, ноги.

В этот момент в зале зажёгся свет. Какой-то человек со сцены монотонно бубнил в микрофон:

— Уважаемые зрители, сохраняйте спокойствие. Выходите по одному и предъявляйте ваши билеты. Вам вернут деньги.

"Они хотят выявить лазутчика!" — поняла Ангелина. Как убедиться, что Учитель покинет зал беспрепятственно? У неё даже нет телефона. Какая непредусмотрительность! Она оставила его у Бориса… Стоп. В неё стреляли из этого угла. Так где же стрелявший? Она осторожно огляделась: кажется, именно стрелок вещал сейчас со сцены — он прижимал к боку какой-то предмет, похожий на оружие. Ей повезло, иначе она подползла бы прямо ему под ноги.

Зал быстро пустел. Она уже становилась заметна в своём углу около сцены. Без билета и с голыми ногами — в одной мужской рубашке — у неё не было шанса затеряться в толпе. И у неё была задача — Учитель!

Гелька три раза глубоко вдохнула-выдохнула и, послав на сцену оглушающий импульс, взмыла вверх и ринулась к одному из выходов. Она сбила с ног молодчика, проверявшего билеты, до того, как поднялась паника, вызванная её появлением. Сделав круг по холлу, она устремилась через другие двери обратно в зал и оглушила таким же манером другого контролёра, пытавшегося сдержать ринувшуюся на него толпу. Ангелина размела всех, загораживающих в этот момент выход. Теперь у Учителя, который должен был ещё находиться в зале, появлялась возможность беспрепятственно уйти вместе со всем залом. Оставалось только надеяться, что он не пострадает в давке.

У Гельки мелькнула мысль, что ей самой было бы удобно вылететь теперь через входные двери на улицу, не возвращаясь прежним путём — всё равно она себя обнаружила, но от этой идеи она отказалась: где-то за кулисами ещё находился недобитый Белый. У неё был шанс найти его и докончить дело.

Налетев через зал на сцену, где толклись какие-то люди, с тревогой вглядывающиеся в зал (кто-то из них тряс за плечо оглушённого распорядителя), она ударила импульсом в первого, вытянувшего в её сторону руку, посбивала с ног, кого смогла достать, и рванула вверх, чтобы затеряться в свете юпитеров. Вслед ей понеслись разряды. Прожектора вокруг взрывались. Ангелина, быстро перемещаясь, успевала одного за другим вывести из строя и завязать находящихся внизу, не пропустив и тех, кто вылетел на шум из-за сцены и теперь в растерянности озирался, ища, откуда свалилась на них такая напасть.

Оставив после себя хаос, Гелька осторожно скользнула по кулисе вниз и влетела в приоткрытую дверь за сцену. В длинном, ярко освещённом, коридоре было пусто. Вся свора разруливала ситуацию в зале. Где может быть Белый? Неужели он уже успел смыться? Девочку грызла мысль, что она не выполнила своей задачи — не убедилась, что Учитель благополучно покинул зал. Но, если подумать, схватив, его могли повести только сюда. Значит, проверив помещения в поисках Белого, она заодно убедиться, что Сергей Петрович в безопасности. Ангелина врывалась во все двери, оглушая без разбора всех, оказавшихся в пределах досягаемости, — некогда было разбирать.