Ошибка Ангелины
Шрифт:
— Ну, ладно, тогда ты поспи, я позже зайду.
— Ты что? — подскочила Янка. — Не уходи. Я уже встаю.
— Ладно. Тогда скажи мне, что ты знаешь о Егоре?
— Ага! Сейчас ты мне расскажешь, зачем он тебе так понадобился!
Янка села в постели и завернулась в одеяло. От её апатии не осталось и следа.
"Ну, вот, — подумала Гелька, — сама напросилась".
— Ну-у, — начала она неуверенно, — дело в том, что…
Тут её заклинило намертво. Господи, что сказать?
Янка, жадно ждавшая продолжения, не вытерпела:
— Ну? В чём там дело?
Гелька в отчаянии пустилась на хитрость. Не любила она таких штучек, но на Янку они действовали, поэтому Ангелина запротестовала занудным голосом:
— Не-ет, я пе-ервая спроси-ила!
— Да ну, — махнула рукой Янка, — ничего особенного я не знаю. Их родители
знакомы, вот его и позвали на этот день рождения. Чувствую, Лариса не пожалела!
— Ну, он же, вроде, старше?
— Он-то взрослый. Видимо, пришлось пойти, чтобы нашу компанию пасти, — ты же знаешь её маму! Раньше же мы его у Ларисы не видели.
— А сколько ему лет? — с любопытством поинтересовалась Гелька.
— Понятия не имею. Как будто учится где-то или закончил уже. О! Звонят.
Янка бросилась открывать дверь, а Ангелина перевела дух и вцепилась зубами в пальцы. Что бы такое придумать? Не повернётся у неё язык рассказать подруге
правду.
Оживлённая Янка вернулась с как всегда невозмутимой Нюсей. Нюся приветливо
улыбнулась Гельке и спросила:
— Позвонил?
Гелька ахнула и вскочила со стула.
— Идём ко мне! Вдруг позвонит?
— Вы идите, — тут же сказала Янка, — а мне переодеться надо.
— Идём, — покладисто согласилась Нюся, — скажите только, вы геометрию на завтра сделали?
Янка с Гелькой с досадой глянули друг на друга, и Ангелина тряхнула головой:
— Что там делать? Успеем ещё! Правда, у меня сегодня свидание.
— Что!? — завопила Янка. — И ты молчала!? С Егором, да?
— Нет, не с Егором! Если бы с Егором, я бы к телефону сейчас не бежала.
— Погодите! — кричала вслед им Янка, и голос её догонял их на лестнице. — Смотрите, только без меня ничего не рассказывайте!
Ворвавшись в собственную квартиру, Ангелина прислушалась: из комнаты брата
доносились голоса. Она заглянула в приоткрытую дверь: Гоша с двумя приятелями, обложившись учебниками, над чем-то потешались — вряд ли над матанализом.
— Привет, — сказала она, — Гоша, мне кто-нибудь звонил?
— О, — ответствовал братец, — жертва алкоголизма явилась!
Засранец! Рассказал им про вчерашнее!
— Нет! Не звонил. Я теперь вроде телефонной станции.
Оба приятеля с насмешливым видом таращились на неё, поэтому Геля только скорчила физиономию и закрыла дверь, — не пререкаться же с этим нахалом при посторонних.
— Идём ко мне, — сказала она Нюсе. — Ещё не звонил.
Тут же в прихожую ввалилась запыхавшаяся Янка.
— Ну, что? Ну, как?
— Ещё нет.
— Эх! Дождёшься от них! Кстати, зачем он тебе понадобился?
— Девочки, — Гелька даже зажмурилась, — он предложил мне как-нибудь встретиться и сходить в кино.
— Ты же сказала, что он тебя не интересует, — недоверчиво возразила Янка.
— Да, он не интересует, а кино — интересует.
— Правильно! — обрадовалась Янка, — Нечего им!… Нас кино не купишь!
Нюся проницательно взглянула на Ангелину и ничего не сказала.
В дверь комнаты просунулась голова Гоши.
— Девчонки! Вы как? Есть предложение — сходить погулять.
— Я, вообще-то, и так в кино иду, — заявила Гелька.
— Вот и отлично! Мы к тебе присоединимся. Когда заявится эта несчастная жертва мейк-апа?
— В пять.
— ОК. Мы его встретим, — и многообещающе подняв брови, Гоша скрылся.
— Действительно, здорово было бы пойти вместе!
Волнующее свидание со студентом превращалось в массовое мероприятие, но, возможно, это было к лучшему.
Из Гошиной комнаты понёсся вопль рок-хита.
— О, слышите? Матанализом занимаются, — скривилась Гелька. — А что? Может, и мы на скорую руку геометрию сделаем?
Девочки переглянулись и прыснули со смеху.
— Завтра нам будет не до веселья, — продолжая смеяться, предупредила Ангелина.
— Тебе нужно срочно заняться собой — навести марафет… давай выберем, что ты наденешь, а потом тебя накрасим! Тебе же мама уже разрешает?
— Нет, нет, нет! — прервала Гелька разошедшуюся Янку. — Во-первых, идём все
вместе, значит, джинсы, свитер, куртка. Краситься не собираюсь — слишком много чести! Это всего лишь какой-то Гошин приятель. Вон, видели их?
— А что, симпатичные, — неуверенно сказала Янка.
— Вообще, это не настоящее свидание — я его не знаю, он меня тоже. К тому же, у него есть девушка.
— Ого! Ты у нас теперь коварная соблазнительница?
Гелька фыркнула.
— Знаешь, не удивлюсь, если не сегодня-завтра ещё дюжина таких объявится, — ты вчера была определённо в ударе.
Нюся задумчиво кивнула головой.
— Знаешь, — сказала она тихо, — ты очень изменилась — внешне, я имею в виду, после этой своей болезни.
Янка подтверждала её слова энергичными кивками.
— Только мне кажется, — продолжила Нюся, — ты выглядишь так, будто горишь… Но, когда горишь, непременно сгораешь. Может, тебе сходить всё-таки на то твоё обследование?
Ангелина обеспокоенно переводила взгляд с одной подруги на другую. Янка нарушила тревожное молчание, отчаянно махнув рукой.
— Да ну! О грустном — потом, а сегодня у нас свидание!
Спустя три часа, после того как, не смотря на Гелькины установки, были перемеряны в различных комбинациях пять свитеров с тремя парами брюк и двумя, имеющимися в наличии, куртками, намазан и смыт вульгарный макияж, и сделана геометрия, их компании объединились в гостиной в ожидании "несчастного жениха", как прозвал его Гоша. Обсуждали, на какой фильм лучше было бы пойти, кому какие фильмы нравятся вообще, потом переключились на музыку. Вдруг из прихожей донёсся весёлый мамин голос: