Чтение онлайн

Меня повели через ворота Грозового Клинка так, будто я уже была виновата.

Слева и справа шли стражи. Не близко, но достаточно, чтобы я поняла: если захочу сбежать, меня остановят раньше, чем я сделаю третий шаг. Позади слышались легкие быстрые шаги Тавии. Она старалась держаться рядом, но один из стражников бросил на нее такой взгляд, что девушка отстала.

Я не обернулась.

Не потому что мне было все равно. Потому что на площади смотрели все.

Люди на стенах. Слуги у широких дверей. Мужчины в темных камзолах, женщины в строгих платьях, пожилой человек с тяжелой цепью на груди. В каждом взгляде было одно и то же: ожидание скандала.

Они уже знали.

Если не все, то достаточно.

Дом Асталь прислал дракону не ту невесту.

Я шла медленно, чтобы не споткнуться о подол платья. Корсет мешал дышать, запястье горело, в висках стучала боль. Но хуже всего было другое: тело Элиры помнило страх. Стоило кому-то повысить голос или резко двинуться, мышцы сами хотели сжаться, плечи — опуститься, взгляд — уйти в пол.

Я заставляла себя смотреть вперед.

Дамиан Рагнарис шел на несколько шагов впереди.

Он не оглядывался, но я не сомневалась: он слышит каждое мое движение. В нем было слишком много собранности для человека, которого только что публично оскорбили подменой. Он не бросался словами, не требовал объяснений на площади, не давал толпе увидеть свою злость.

От этого становилось тревожнее.

Гнев, который не выплескивают сразу, обычно имеет план.

Мы поднялись по широким каменным ступеням. У входа в замок стояли две колонны, в каждую была врезана серебристая молния. Между ними висел прозрачный воздух, чуть дрожащий, будто над раскаленной плитой.

Дамиан прошел первым.

Стражи остановились.

Я тоже.

— Через защиту проходят только приглашенные, — сказал один из них.

Я посмотрела на мерцающую границу.

— И если я не приглашена?

Стражник не ответил.

Зато Дамиан обернулся.

— Тогда замок сам решит, насколько вы опасны.

Прекрасно.

Сначала карета, яд и чужое тело. Теперь еще и замок, который может решить, что я ему не нравлюсь.

Я не стала спрашивать, что будет в таком случае. По лицам вокруг было видно: зрители надеялись это увидеть.

Я подняла руку, придержала рванувшийся от ветра край фаты и шагнула вперед.

Воздух коснулся кожи холодом.

На мгновение перед глазами потемнело. Запястье вспыхнуло, будто кто-то сжал его раскаленными пальцами. Я втянула воздух сквозь зубы, но не отступила.

Мерцающая граница пропустила меня.

В зале за спиной кто-то тихо выдохнул. Не разочарованно. Удивленно.

Дамиан смотрел на мое запястье.

— Больно? — спросил он.

Не заботливо. Проверяя.

— Терпимо.

— Ложь.

— Привычка.

Его взгляд поднялся к моему лицу. На миг я увидела в нем не только холод, но и интерес. Очень короткий. Почти незаметный.

Потом он снова стал властелином замка.

— В зал печати.

Внутри Грозовой Клинок оказался еще мрачнее, чем снаружи. Высокие своды, темный камень, синие огни в железных чашах. На стенах висели старые знамена с тем же знаком крыла и молнии. Пол был выложен плитами разных оттенков серого, и некоторые линии между ними светились так слабо, что я заметила это только потому, что привыкла смотреть под ноги на аварийных объектах.

Линии шли не хаотично.

Они складывались в контур.

Защитная схема, подумала я. Или местный аналог.

В одном месте свет обрывался. Тонкая трещина пересекала плиту у самой стены и уходила под основание колонны. Слишком ровная, чтобы быть обычной. Ее замазали чем-то темным, но плохо. Сверху красиво, внутри проблема осталась.

Я задержала взгляд на трещине на секунду дольше, чем следовало.

— Вас что-то заинтересовало? — спросил Дамиан.

Он все-таки заметил.

Я выпрямилась.

— У вас пол поврежден.

Один из мужчин за его спиной усмехнулся.

— В день свадьбы невеста решила оценить каменщиков?

Я повернула голову.

Мужчина был лет сорока пяти, сухой, безупречно одетый, с гладкими светлыми волосами и мягкой улыбкой. Эта улыбка не согревала. Она лежала на лице как тонкая перчатка на чужой руке.

Севериан Морвик.

Я не знала, откуда пришла уверенность. Может, из предупреждения Тавии. Может, просто потому что некоторые люди сразу выглядят слишком вежливыми, чтобы быть безопасными.

— Нет, — сказала я. — Просто заметила трещину.

— В Грозовом Клинке хватает трещин, госпожа Асталь.

— Тогда странно делать вид, что их нет.

Улыбка Севериана стала чуть тоньше.

Дамиан не вмешался. Только смотрел.

Я поняла, что совершила первую ошибку. Элира, вероятно, не стала бы отвечать советнику дракона так спокойно. Может быть, не стала бы отвечать вообще.

Но отступать было поздно.

Нас провели дальше.

Зал печати находился в глубине замка. Двери туда были черные, тяжелые, с металлическими прожилками, похожими на застывшие молнии. Когда их открыли, по коже прошел холод.

Внутри уже ждали.

Я насчитала двенадцать человек. Старшие родов, советники, двое в серебристо-синих мантиях — маги или служители ритуала. У дальней стены стояла женщина с седыми волосами, собранными высоко, и лицом, на котором возраст не смягчил ни одной линии. Она смотрела на меня без злости, но так внимательно, будто видела не платье, не лицо Элиры, а все слои под ним.

В центре зала стояла каменная чаша на высоком основании. Над ней висел тонкий круг света. В чаше не было воды, только темное стекло или металл, гладкий до зеркального блеска.

Брачная печать, догадалась я.

Или то, что ее запускает.

Двери закрылись за моей спиной.

Звук получился окончательным.

Один из магов поднял руку.

— Лорд Рагнарис, церемония может быть начата после подтверждения крови невесты.

— Не может, — сказал Севериан Морвик.

В зале стало тихо.

Дамиан медленно повернул голову к нему.

— Объясните.

— Дом Асталь нарушил условия договора. В договоре названа Мириана Асталь, старшая дочь рода. Прибыла Элира Асталь, младшая. Договор не может быть исполнен без дополнительного решения совета.

Несколько человек согласно зашептались.

Я стояла рядом с чашей и чувствовала, как внутри поднимается холодная волна. Вот оно. Сейчас они начнут спорить о договоре, крови и родовой чести. А я буду предметом спора. Не человеком.

В прошлой жизни я ненавидела, когда заказчики обсуждали здание, не заходя внутрь. По фасаду, по бумажкам, по отчетам тех, кто ни разу не трогал стену рукой. Сейчас я была таким зданием.

Красивый фасад. Чужие документы. Никому не интересно, что внутри уже произошел обвал.