Чтение онлайн

Я закрыла глаза.

— Она сопротивлялась?

— Сначала да. Потом перестала.

Я подошла к окну.

— Кучер?

— Его забрали.

Я кивнула.

Вдруг метка вспыхнула болью.

Я схватилась за подоконник.

— Не трогай, — сказала я Тавии.

Боль усилилась.

И я услышала звук.

Скрежет.

Я повернулась к стене.

— Ты слышишь?

— Нет.

Звук повторился.

Я подошла к гобелену.

— Помоги снять.

Мы сняли ткань.

Под ней была надпись.

Неровная, выцарапанная.

Невеста не первая. Беги.

Тавия закрыла рот рукой.

Я смотрела на слова.

Это не случайность.

До меня здесь уже были другие.

За дверью послышались шаги.

Дверь открылась.

Вошел Дамиан.

Он увидел надпись.

И замер.

— Кто это написал? — спросила я.

Он молчал.

— Сколько невест здесь умерло?

Он посмотрел на меня.

— Ни одна не должна была.

— Это не ответ.

— Нет.

Он не злился.

Он вспоминал.

Глава 3. Башня для ненужной жены

Дамиан подошел к стене не сразу.

Сначала он смотрел на надпись так, будто перед ним была не царапина на камне, а чьи-то слова, которые он слишком поздно услышал. Я не знала, что именно он вспоминает, но впервые за вечер его молчание не казалось холодным. Оно было тяжелым.

Тавия стояла у стола и почти не дышала. Я чувствовала ее страх. Девушке хотелось снова повесить гобелен, спрятать надпись и сделать вид, что ничего не произошло. Наверное, так в этом замке и выживали: закрывали тканью трещины, пятна, слова мертвых невест.

Но я слишком долго работала со старыми зданиями, чтобы верить в безопасность красивой обивки.

Если камень треснул, он треснул.

Если кто-то оставил предупреждение, значит, было кому предупреждать.

— Не трогайте стену, — сказал Дамиан.

Я уже подняла руку к буквам и остановилась.

— Почему?

— Если надпись оставили магией, вы можете повредить след.

— Ее процарапали металлом.

— Вы уверены?

Он повернулся ко мне, и я поняла, что вопрос не насмешливый. Он действительно спрашивал.

Я снова посмотрела на камень. Царапины были неровными, разной глубины. В начале строки нажим сильнее, дальше рука явно слабела. На последнем слове буквы пошли ниже, будто человек писал почти наощупь. Но внутри некоторых бороздок поблескивала слабая синяя пыль.

Не пыль.

След от магии.

— Не уверена, — признала я. — Но большую часть сделали острым предметом. Магия могла появиться позже. Или была в самом камне.

Дамиан задержал на мне взгляд.

— Вы разбираетесь в камне?

Вот оно. Опять.

Каждая моя нормальная для Майи реакция здесь становилась уликой против Элиры. Тихая, забитая младшая дочь Асталь, судя по всему, не должна была замечать качество кладки, читать повреждения и спорить с драконом о стенах.

— Я разбираюсь в том, что перед глазами, — сказала я. — Когда человек не может доверять людям, он начинает внимательнее смотреть на вещи.

Это было не всей правдой, но не ложью.

Дамиан принял ответ молча. Затем подошел к стене, снял перчатку и провел пальцами рядом с надписью, не касаясь самих букв. Золотой знак на его запястье коротко вспыхнул. Моя метка отозвалась резкой болью.

Я сжала руку в кулак.

Он заметил.

— Снова болит?

— Она вообще сегодня ведет себя не как украшение.

— Это не украшение.

— Я уже поняла. Украшения обычно не решают, жить мне или умереть.

Тавия тихо втянула воздух. Кажется, в этом замке с драконами не шутили. По крайней мере не так.

Дамиан не улыбнулся, но и не рассердился. Он снова повернулся к надписи.

— Здесь был след истощенной брачной магии. Очень старый.

— Насколько старый?

— Не меньше десяти лет.

Десять лет.

Я посмотрела на слова: "Невеста не первая. Беги."

— Кто жил в этой башне десять лет назад?

Дамиан молчал.

— Лорд Рагнарис.

— Моя первая невеста.

Ответ прозвучал ровно, но в комнате стало холоднее.

Тавия опустила глаза.

Я медленно выдохнула. Нельзя было торопиться. Нельзя было задевать его боль только потому, что я сама была напугана и зла. Если первая невеста умерла здесь, а он до сих пор хранил молчание, причина могла быть любой: вина, запрет, ложь, нежелание признать очевидное.

— Она умерла? — спросила я.

— Да.

— В этой комнате?

— Нет.

Он сказал это слишком быстро.

— Тогда почему ее предупреждение здесь?

— Я не сказал, что это ее предупреждение.

— Вы сказали, что здесь был след истощенной брачной магии. Моя метка отозвалась на надпись. Ваша тоже. Если это не ее предупреждение, то чье?

Дамиан обернулся. В его глазах снова появился золотой свет, но теперь не от ярости. Скорее от усилия сдержаться.

— Вы задаете вопросы так, будто имеете право требовать ответы.

— А я не имею?

— Вы появились в моем замке меньше часа назад.

— Ваша печать решила иначе.

Он подошел ближе, и Тавия непроизвольно шагнула к двери. Я осталась на месте, хотя тело Элиры снова хотело отступить.

— Печать дала вам мое имя, защиту и право дожить до расследования, — сказал Дамиан тихо. — Она не дала вам права вскрывать старые дела моего рода, пока я не пойму, какую угрозу вы несете.

— А если старые дела вашего рода связаны с тем, что меня отравили по дороге?

— Тогда я сам их вскрою.

— Удобно.

— Опасно, — поправил он. — И для вас в первую очередь.

В его голосе не было попытки меня запугать. Это было хуже: он говорил как человек, который уже видел последствия.

Я отвернулась к стене. Надпись казалась грубой, почти уродливой, но в ней было больше честности, чем во всем зале печати. Кто-то когда-то пытался сказать правду. Не успел или не смог.

— Я не собираюсь лезть в ваши тайны из любопытства, — сказала я. — Но если вы хотите, чтобы я сидела здесь тихо и ждала, пока кто-то решит, жива я или нет, то нет. Не получится.