Чтение онлайн

— Нет, лорд Рагнарис. Я хочу, чтобы вы перестали верить тем, кому удобно, чтобы мы оба не задавали вопросов.

Он молчал.

Мне казалось, я слышу, как бьется мое сердце. Или не мое. Элиры. Теперь разницы не было: если оно остановится, закончимся мы обе.

Севериан снова заговорил:

— Очень впечатляюще. Но совет не может строить решение на речах девушки, чья память, по ее же словам, повреждена. Брак следует отложить до проверки.

— На сколько? — спросила Орисса.

— До прибытия представителей Асталь.

— То есть до тех, кто мог ее отравить?

Севериан повернулся к ней.

— Леди Орисса, вы всегда любили драматичные формулировки.

— А вы всегда не любили прямые.

Дамиан поднял руку, и спор оборвался.

Он смотрел на чашу в центре зала.

— Если церемонию отменить сейчас, что получит дом Морвик?

Вопрос был задан спокойно.

Севериан едва заметно напрягся.

— Ничего, ваша светлость.

— Неверно, — сказала Орисса. — Отмена брака до полуночи передает право пересмотра договора совету родов. Совет предложит новую невесту. Скорее всего, из дома Морвик, потому что именно Морвики ведут брачные реестры.

Я повернула голову к Севериану.

Вот он. Вежливый страшный человек.

Не обязательно убийца. Но точно тот, кто ждал удобного решения.

Дамиан посмотрел на меня.

— Вы это имели в виду, когда спросили, кто совершил ошибку?

— Я имела в виду, что если скандал готовили заранее, то он должен кому-то открыть дверь.

— И вы считаете, что способны увидеть то, что не видят мои советники?

— Нет. Я считаю, что ваши советники могут видеть и молчать.

Кто-то возмущенно вдохнул.

Севериан шагнул вперед.

— Это обвинение.

— Это предположение. Обвинение будет, когда появятся доказательства.

— Девушка из Асталь приехала в чужом платье, под чужим условием, с поврежденной памятью и ядом в крови, но уже учит совет Рагнарисов расследованию?

Я хотела ответить.

Дамиан опередил:

— Она задает вопросы, которые вы почему-то не задали.

Севериан замер.

Впервые за все время в зале что-то изменилось. Не в словах, не в позах. В равновесии. До этого меня рассматривали как проблему, которую нужно решить. Теперь проблема стала шире.

И опаснее.

Один из магов тихо произнес:

— Ваша светлость, до полуночи осталось меньше часа. Если ритуал не начнется, договор сорвется автоматически.

— При подмене крови печать может ударить по обеим сторонам, — сказал второй маг. — Риск высок.

— Что значит "ударить"? — спросила я.

Первый маг снова посмотрел на Дамиана.

Дамиан даже не повернул головы.

— Ей отвечать.

— Если брачная чаша отвергнет кровь, магия договора признает обман. У невесты может остановиться сердце. У лорда Рагнариса будет откат по родовой линии.

— Насколько сильный?

Маг побледнел.

— До потери контроля над драконьей ипостасью.

Я медленно опустила руку.

Вот почему все так напряжены.

Это была не просто свадьба. Не политическое представление с красивыми словами. Это был ритуал, который мог убить меня и сорвать с цепи дракона, стоящего в нескольких шагах.

— Тогда отмените, — сказала я.

Дамиан посмотрел на меня.

— Что?

Я сама удивилась, что произнесла это вслух. Но мысль уже встала на место.

— Если риск такой, отмените. Или отложите. Я не собираюсь умирать из-за договора, который подписывала не я.

В зале поднялся шум.

— Она отказывается!

— Дом Асталь окончательно...

— Это признание подлога!

Дамиан резко повернулся к советникам.

— Тишина.

Голос не был громким.

Но воздух будто осел.

Я почувствовала, как по коже побежали мурашки. В нем была власть, которую не изображают. Ей либо подчиняются, либо ломаются о нее.

Дамиан снова посмотрел на меня.

— Вы понимаете последствия отказа?

— Нет. Но я понимаю последствия смерти.

— Если договор сорвется, ваш дом может объявить, что я похитил и погубил младшую дочь, чтобы скрыть исчезновение старшей. Морвики потребуют пересмотра моей брачной линии. Совет родов получит право вмешаться в дела Грозового Клинка. А север останется без укрепленной печати перед сезоном разломов.

Я молчала.

Он сделал шаг ближе.

— Иногда чужой договор держит больше, чем две подписи.

— А иногда под ним прячут убийство.

— Именно поэтому я не отменяю церемонию.

Холод прошел по спине.

— Вы хотите рискнуть моей жизнью.

— Я хочу узнать, что сделает печать.

— Удобно, когда рискует не только ваша жизнь.

Его взгляд стал жестче.

— Если чаша отвергнет вас, откат ударит по мне.

— А если примет?

— Тогда вы станете моей женой.

Слова прозвучали просто.

Слишком просто для приговора.

Я посмотрела на чашу. Темная поверхность внутри была гладкой, как ночь без отражений. Подойти. Дать кровь. Проверить, примет ли древняя магия женщину, которая даже не принадлежит этому миру.

Безумие.

Но альтернатива была не лучше. Если церемонию отменят, меня отдадут совету, Асталям или тем, кто уже пытался убрать Элиру. Если пройду ритуал, получу хотя бы статус. Опасный, спорный, но статус.

Иногда крыша над головой важнее того, что под ней живет дракон.

— Что от меня требуется? — спросила я.

Севериан тихо выдохнул, будто с сожалением.

Дамиан ответил:

— Кровь на край чаши. Имя. Согласие.

— Чье имя?

— То, которым вы входите в договор.

Элира Асталь.

Чужое имя.

Я могла произнести его. Бумаги, тело, платье — все принадлежало ей. Но в горле вдруг стало тесно.

Потому что где-то между рухнувшим перекрытием и этой чашей была я. Майя Тихомирова. Женщина из другого мира, которая не просила чужую жизнь и не хотела красть чужое место.

Но Элира умерла по дороге.

Если я сейчас откажусь от ее имени, ее смерть станет удобной. Тихой. Бесполезной.

Я не могла ей этого обещать, но могла хотя бы не дать стереть ее сразу.