Осколки чужой души
Шрифт:
Тогда…
Мысль пришла чётко.
Жёстко.
И неожиданно —
лично.
— Тогда я найду, почему ты здесь. — И это уже было не только о мире. — И решу, что с этим делать.
Контроль.
Всегда контроль.
Она улыбнулась.
Слабо.
И это движение снова выбило из равновесия больше, чем должно было.
— Ты всегда всё контролируешь?
— Пытаюсь.
Правда.
— А если не получится?
Тишина.
Он сделал шаг ближе.
Слишком.
Осознанно.
И в то же время — нет.
— Тогда мне придётся выбрать.
Он уже знал это.
Раньше, чем сказал.
— Между тобой… и этим миром.
И в этот момент понял ещё одно:
он не должен был допускать, чтобы этот выбор вообще появился.
Но уже поздно.
Слишком поздно.
Потому что он уже стоит перед ним.
И хуже всего —
он не уверен, какой вариант выберет.
ГЛАВА 6. ТЕНЬ, КОТОРАЯ УЛЫБАЕТСЯ
АРИНА
Бал начался задолго до самого бала.
Дом Эйрвеллов гудел, как улей.
Слуги сновали по коридорам, неся ткани, украшения, подносы с бокалами.
Шёпот скользил вдоль стен, как тонкий дым — незаметный, но вездесущий.
И ожидание.
Опасное.
Тягучее.
Почти осязаемое.
Будто сам дом затаил дыхание.
Арина стояла перед зеркалом, пока служанки поправляли платье. Темно-синее..
Ткань струилась, мягко обнимая фигуру.
Серебряная вышивка мерцала, как звёзды — едва заметно, но достаточно, чтобы притягивать взгляд.
Каждое движение отражения казалось чужим.
Слишком плавным. Слишком выверенным.
Я играю роль.
И если ошибусь — это будет последняя сцена.
— Леди Лиара вы сегодня… необычайно прекрасны.
Арина слабо улыбнулась.
— Спасибо.
Но внутри всё сжималось.
Грудь будто стянуло невидимой нитью.
— Это ловушка, да?
Служанка замерла.
— Простите?
— Ничего.
Конечно, ловушка.
Здесь всё — ловушка.
— Готова?
Она обернулась.
Каэл.
В чёрном.
Ткань его одежды была плотнее, строже, чем у остальных — без лишнего блеска, без украшений.
Он выглядел не как часть бала.
А как человек, который пришёл его контролировать.
Сдержанный. Холодный. Опасный.
Как всегда.
Но сегодня ещё более недоступный.
Будто он закрылся глубже, чем обычно.
— Нет, — честно сказала Арина.
— Отлично, — ответил он. — Значит, всё идёт по плану.
Она хмыкнула.
— Ты умеешь поддержать..
Он подошёл ближе.
Взгляд скользнул по ней.
На секунду.
Чуть дольше, чем нужно.
И в этот момент Арина почувствовала это.
Едва уловимое.
Как будто воздух между ними изменился.
— Ты выглядишь убедительно.
— Не очень то похоже на комплимент.
— Это оценка.
Но его голос стал тише.
— И да… это комплимент.
Сердце чуть дрогнуло.
Нелепо. Ненужно.
Но, невозможно игнорировать.
— Спасибо…
— Не отходи от меня, — добавил он.
— Это приказ?
— Это рекомендация.
Она чуть улыбнулась.
— Боишься за меня?
Он посмотрел прямо в глаза.
— Да.
И это было слишком честно.
Арина на секунду растерялась.
Почему это звучит не как расчёт?
Зал сиял.
Огромное пространство раскрывалось под сводами, уходящими вверх, где свет дробился в стеклянных подвесках и отражался тысячами мягких отблесков.
Музыка текла плавно, как вода — живая, обволакивающая.
Платья на женщинах — светлые, тёмные, переливающиеся.
Мужчины — строгие, сдержанные, но в их взглядах было больше, чем позволяли слова.
Маски вежливости. И взгляды.
Сотни взглядов.
Скользящих. Оценивающих. Ждущих.
— Они уже знают, — тихо сказала Арина.
Она чувствовала это почти физически.
Как иглы по коже.
— Конечно, — ответил Каэл. — Вопрос в том- что именно.
— Обнадёживает.
Ничего не знаешь — и всё равно должна играть.
— Лиара.
Голос. Низкий. Тёплый.
Опасный.
Арина медленно обернулась.
И замерла.
Он был другим. Совсем.
Светлые волосы, чуть растрёпанные. Глаза — живые, насмешливые. И улыбка, слишком уверенная.
Слишком лёгкая для этого места.
— Дарион Вельт, — тихо сказал Каэл рядом.
И в его голосе появилось напряжение.
Арина это почувствовала сразу.
Как смену температуры.
Дарион подошёл ближе.
Не отрывая взгляда от Арины.
И этот взгляд был другим.
Не таким, как у остальных.
Не оценивающим.
А изучающим.
— Ты выглядишь так, будто вернулась из мёртвых.
— Почти так и есть, — тихо ответила она.
Он усмехнулся.
— Мне говорили, что ты изменилась.
Он наклонился чуть ближе.
— Но не настолько.
Арина почувствовала странное чувство.
Будто он видит больше, чем должен.
Будто его слова касаются не только внешнего.
Он чувствует?
— Люди меняются, — сказала она.
— Не ты.
Его взгляд стал внимательнее.
— Ты всегда была предсказуемой.
— А теперь?
Он улыбнулся.
— Теперь ты — загадка.
И в его голосе не было угрозы.
Только любопытство.
Но не менее опасно.
— Дарион, — холодно вмешался Каэл.
— Риварн, — легко ответил тот.
И их взгляды столкнулись.
Без слов.
Но с явным напряжением.
Плотным. Почти осязаемым.