Осколки Иль-Яфи
Шрифт:
— Да ну, так не бывает!!! — У Олега брови поползли вверх. Шоссе было пустым. В огнях, иллюминации, в пересмешливом мигании фонарей. Но без единой машины, даже захудалой железки. Не считая их и перевернутой фуры.
Возникал хороший вопрос — как они не заметили фуру, вылетевшую на шоссе прямо перед ними. Боковой въезд ярко освещен. Вокруг — открытое пространство, без заграждений и построек. И куда, черт побери, подевались все машины с одной из самых загруженных улиц города. Пусть и ночного города!
— Гляди, — Олег неуверенно указал на фонарный столб. Максим бросил взгляд вверх. Фонари над их головами, на глазах, наливались странной, неестественной пунцовой густотой. Ребята переглянулись.
— Нехорошо это. Слышите? — Сашка дернул головой. — Макс!
Вдалеке разнесся гул. Он приближался стремительно, нарастая мотором, точно несущийся с горы снежный обвал.
— Макс! — Крикнул Олег.
— Стой, я откачу машину, — Максим нырнул в автомобиль и выкатил его на насыпь рядом с фонарным столбом.
Глава 9
Звук приближался с той стороны, оттуда, откуда они приехали.
— Тресни меня по голове, — тихо сказал Олег, ошарашено глядя на пустую дорогу. Совершенно пустую дорогу! Звук есть, а объект отсутствует.
— Что за… — Макс не успел договорить. Их окатила тяжелая волна, с силой отбросившая на землю. По дороге прошел треск. Ребята приподнялись на локтях и потрясли головами.
На трассе, в двух сотнях метрах, точно из черной дыры, проявился зеленый жук, тот самый, и с огромной скоростью понесся на них. Из-под колес автомобиля летели искры, а над его покатой крышей мерцало пунцовое облако, изнутри которого пробивались вспышки.
— Они чокнутые, или нас не видит? — Прохрипел Олег. — Вставай.
Парни быстро вскочили на ноги. Максим огляделся, и вдруг направился к середине шоссе.
— Макс, ты тоже чокнулся? — Закричал парень. Но его друг будто не слышал. Встал и поднял руки.
— Макс!
— Олег, если они увидят меня — начнут тормозить, если нет — я отбегу.
— Уйди, придурок!
— Ответишь за придурка.
— Отвечу, только уйди. Макс, посмотри под ноги.
Треск по асфальту усилился. Дорожное полотно пробежалось трещинами, местами вспучилось, задрожало мелкой дробью.
Сашка, тем временем, застыл на насыпи у фонаря и почему-то со страхом смотрел на фургон, не обращая внимания на дорогу.
Жук приближался, и через пару секунд Макс разглядел глаза девушки за рулем. Она смотрела сквозь него. Она его не видела, парень понял, что он для нее — продолжение дороги, пустота. Другая девушка, рядом с ней, сидела с закрытыми глазами.
Максим выждал последнюю разумную секунду в его неразумном поступке, и отпрыгнул. И тут же всех накрыла новая волна, более тягучая и вязкая.
Ребят снесло на землю, автомобиль Макса сдвинулся с места и прокатился по насыпи. Жук, врезавшийся в волну, встряхнулся, точно игрушечная машинка в руках карапуза. Автомобиль крутанулся на сто восемьдесят градусов, и остановился, едва не ударившись задком в фуру.
С минуту на участке дороги с мигающими фонарями, стояла тишина. Странная тишина, пустая, без шорохов и отголосков в пространстве. Первым зашевелился Макс. Крякнул, отдирая себя от земли, и встал. За ним, пошатываясь, поднялся Олег. Сашка прилип к фонарному столбу.
— Они живые? — Крикнул он.
— Ну, если не умерли, то живые.
— А если умерли?
— То уже не живые, — ответил Олег.
Девчонки не шевелились. Максим, припадая на ушибленную при падении ногу, подошел к автомобилю, негромко постучал костяшкой пальца по лобовому стеклу. Реакции не последовало. Гонщица смотрела перед собой отрешенным, замороженным взглядом, словно кто-то зафиксировал ее образ стоп-кадром, щелкнув из волшебного фотоаппарата. Ее подруга по-прежнему сидела с закрытыми глазами.
— Эй, девушки, — Олег подошел к левой дверце автомобиля и настойчиво постучал по стеклу. — Милые девушки. Ау-у-у… Алё-ё-ё. Мы тут.
— Девушки, — громче крикнул Максим.
— Давай, вместе, — предложил Олег, разглядывая незнакомок. Одна — с растрепанными длинными волосами, серыми глазами, в которых отпечатались изумление и страх. Другая — как спящая красавица из диснеевского фильма.
— Симпатичные, — отметил он. — Обе.
— Потом разберемся. Надо вывести их из шока. Начали.
Ребята закричали — громко, зычно, с тяжелым баском, и застучали по стеклу машины. Во взгляде Янки промелькнула осмысленность. Она вздрогнула, дернула головой, на секунду уставилась на парней… И завизжала, с испуга нажав на клаксон.
— Ноу, ноу, май дарлинг, мы не грабители и не насильники, — закривлялся Олег, махая ладонями.
— Живая? — Сердито крикнул через стекло Максим. — Ты в порядке? Ты чуть не въехала в фуру… Слышишь?
Смысл сказанного дошел не сразу. Она на секунду задержала взгляд на Максе, испуганно посмотрела в зеркало заднего вида, в котором отразилась гофрированная боковина опрокинутой фуры, и резко обернулась к Лизке.
— Лиза! — толкнула она за плечо подругу. Лиза-а-а!
Лизка медленно, встряхивая головой, открыла глаза. Проморгалась, и уставилась на парней.
— Блин! Вляпались! — И, открыв дверцу, выбралась из машины.
— Не вляпались, — пробурчала Янка. Девчонки осмотрели бампер, кидая настороженные взгляды на ребят.
— Вы кто?
— А вы кто? — Спросил Макс. В глазах той, что сидела за рулем, притаилась настороженность. Она явно им не доверяла, и это правильно. Ситуация, в которую они попали, не способствовала этому.
— Что происходит? — Спросила она, тревожно оглядывая парней.
— А что, не понятно? Авария. Какой-то дебил опрокинул фуру прямо посреди дороги, — небрежно ответил Максим.
— И все?
Макс пригляделся к ее пальцам, выбивающим ритм на капоте вместо барабанных палочек. Нет, это не настороженность, это страх. Сильный страх. Но почему? Боится их? Возможно. Хотя…
— А где кабина водителя? Если фура завалилась на бок, то, скорее всего, должен был опрокинуться и сам автомобиль, — удивленно спросила Лизка. Парни переглянулись.