Чтение онлайн

— А ты думала, что все так просто? Ладно, оставим пока в покое жалкие останки Иль-Яфи.

Янка нахмурила лоб.

— Забыла тебе сказать. Ты случайно не знаешь, кто такой Факх?

— Кто?

Вахибей на секунду застыл, вдруг замер, как творение рук таксидермиста, икнул и глубоко выдохнул.

— О, маленькая противная девочка! Да ты колодец, полный сюрпризов. Нет! Чулан, набитый опасного хлама. Откуда ты знаешь Факха Аль-Гору?!

— Я? Понятия не имею, кто он такой, — искренне ответила Янка. — Мурза, не кипишись, вообще-то, это имя мне назвал Максим. Этот самый Факх явился к нему на следующий день после ночи. Ну, после ночи, когда приходят пауки.

Вахибей стрельнул глазами по сторонам. Вскочил, постоял и опять уселся на полку с хмурым, тревожным видом.

— Мурза, не молчи, кто этот человек?

Мурза с минуту не шевелился, погруженный в мысли, потом заворочался.

— Вот, значит, как получается. А я-то грех на душу взял, думал, это Эфтиза активировала заклинание и запустила паучьи фантомы, которые разбудили дар. — Вахибей нервно вскочил. — И где был мой ум? Это же невозможно. Дар может разбудить только его владелец. Другой вопрос, если бы она сама, через себя пропустила силу Иль-Яфи, тогда, да. Но она не сделала этого триста лет назад. Зачем ей это делать сейчас? У-у, великий юфин Вахари, дай мне терпенье.

— Кто он, этот Факх? Не пугай меня.

Вахибей сердито нахмурился.

— Главный смотритель Ифейской башни, девонька. Но смотрит он не за башней, а за тем, что под башней. А под ней — подземелье, где заточен Иль-Яфи.

— Тело Иль-Яфи, — неуверенно поправила Янка, чувствуя, что за услышанной информацией скрывается какая-то паршивая новость.

— Дух Иль-Яфи. Лишенный дара, но не лишенный ума и знаний. Огромных знаний.

Янка усмехнулась и посмотрела в окно.

— Все логично. В первую встречу Эфтиза ясно выразилась о том, что мы начнем убивать друг друга. И цель — последний из нас, тот, что соберет всю силу.

— Конечно, — Мурза пораженно уставился в стену. — Живое тело для Иль-Яфи. О, я наивный. Какой я наивный. Иль-Яфи нашел слугу, исполнителя своего дикого замысла.

— Погоди, — Янка встревожено посмотрела на вахибея. — Так ты не знал?!

— Я искренне полагал, что это задумка Эфтизы — разбудить магию в вашем мире, возможно, для каких-то своих целей. Башню царицы Юлиль мне на голову! Голубиные мозги! Да, я знал, что вам будет нелегко. Противостояния, опасности, даже смерти. Все нормально, так бывает в мире волшебников. Но тут, девонька, совсем другое. То, что задумал злодей — это устроить бойню.

— А Факх, какая у него роль? Провокатор?

— Хуже, девонька, хуже. Иль-Яфи дает ему знания.

— Значит, Факх — исполнитель. — нахмурила лоб Янка.

— Хуже, говорю тебе, хуже. Факх — собиратель осколков. Собиратель всех вас, живущих на земле. А замысел — воплотить силу злодея в одном теле…

— А потом?

— А потом начнется ад… Когда в это тело переместится Иль-Яфи.

Сегодня, в качалке, Макс оторвался по полной. Почти два часа он изматывал себя так, что под конец дрожали ноги. Груша, штанга, тяга верхнего блока, небольшая пробежка, и опять груша, штанга, тяга верхнего блока.

Михалыч, администратор зала и, когда надо, инструктор, неодобрительно косился, но не встревал. Потом все же подошел.

— Полегче, парень.

— Не боись, не надорвусь, — подтягивая штангу, процедил Макс.

— Ну-ну.

Когда вышел из зала, старый дворик уже погрузился в сумерки. На смартфоне было несколько непринятых звонков. И неожиданно, один из них принадлежал Яне… А почему неожиданно? Она обещала, что позвонит. Макс посмотрел на время. Поздно, перезванивать уже неудобно. Или все же набрать?

На остановке удачно подошла маршрутка до метро, и через несколько минут парень спускался по ступеням станции подземки, среди толпы сосредоточенных, погруженных в себя людей. В вагоне было относительно свободно, даже, на удачу, нашлось свободное место — тренировка неотвратимо наливалась тяжестью в теле. Макс расслабился, откинулся на кожаную спинку сидения и прикрыл глаза.

Привычный перестук, легкий гул, где-то сбоку весело щебетала парочка, вежливый автоматический голос услужливо объявлял остановки. Пожалуй, это то, что ему сейчас подходит лучше всего. Знакомо, обыденно, так, как и должно быть. После вчерашних событий, где-то глубоко внутри, как заноза, застыла тревожность, отдающая холодом — странное, неприятное чувство. Макс едва заметно мотнул головой и провел ладонями по лицу. Забыть бы все…

А потом вздрогнул.

Образ хищной твари вспыхнул перед глазами настолько отчетливо и ярко, что парень вжался в сидение. Как еще не закричал. Черная морда с ощеренной пастью, бурая слюна, вытекающая между клыков, хищные ноздри, впалые глаза с безумным взглядом… Макс боднул головой. И отпустило.

— Что это было? — Еле слышно сказал он себе. Огляделся и застыл. Тревога шла с другого конца вагона, оттуда, где сидела девушка, склонившая голову. В джинсах с дырами на коленях, свободной рубахе, и перебинтованными запястьями. За спиной свисала сумочка на длинном плетеном ремне. Она не смотрела на него, закрывшись длинными, небрежно уложенными волосами. Объявили остановку. Макс поднялся с места и, не оглядываясь, вышел из вагона.

Тут же почувствовал — она идет за ним. Можно было дойти до остановки и прыгнуть в автобус, а если топать ногами, то дома он будет минут через двадцать. Максим двинулся по широкому тротуару, прямому, как стрела, не обращая внимания на прохожих.

Зажгли фонари. С высотки, на набережной, где располагалась гостиница, доносилась музыка. Рядом, у тротуара шумело кафе. Он ускорил шаг, и даже мелькнула мысль побежать, потом остановиться и резко обернуться. Как она будет себя вести? Рванет ли за ним? А еще лучше, надо зайти за угол дома, постоять, дождаться, когда она подойдет ближе, и выпрыгнуть.

Нет, не то, чтобы вдруг ему захотелось поиграть. Это было что-то другое — злорадство, кураж, а если и игра, то по его правилам. Максим свернул на тропинку, которая вела к неизвестному дому и как бы невзначай оглянулся. Она шла за ним, метрах в пяти, с опущенной головой, сосредоточенно глядя под ноги.

— Сейчас мы тебя проверим, кто ты есть.

Парень быстро дошел до угла, свернул к торцу, скрытому от глаз. Сделал шаг… И резко отшатнулся. Она стояла прямо перед ним, прислонившись к стене, не двигаясь, точно манекен. Макс не поверил глазам, и даже осторожно глянул за угол, где несколько секунд назад она еще топала по тропинке.

— Ты боишься? Зря, — ее голос прозвучал глухо. Девушка вымученно нахмурилась. Мутные глаза уперлись Максу в грудь. Она открыла рот, но вместо того, чтобы что-то сказать, встряхнула головой.

— Э-э, по-моему, ты немножко пьяная, — изображая из себя бодрого парня, рассмеялся Максим.

— Не-е, я не пью. Это от валерьянки и обезболивающих. Много валерьянки и много обезболивающих. А что, видно, что я того? — Девушка покрутила у виска. Парень усмехнулся.

— Я же тебе говорю, я не пью, — ей показалось, что он не верит. — И не курю. Не люблю. И вообще, я учусь в консерватории, вернее, училась.