Осколки Иль-Яфи
Шрифт:
Таксист посмотрел на ребят и вздохнул.
— Да тут хоть пробивай, хоть не пробивай… Дочь умирает. Владлен, через кровь, на нее заклятие наложил. Не выживет. И я, видимо, ему больше не нужен. Тебя не привел, приказ не выполнил. Вначале убил меня в подвале, потом выпустил.
— Как так? Вначале убил, потом отпустил, — ошарашено поводила глазами Янка.
— Неубиваемый я, он сам так сказал. Зверь я. Наверное, если только сердце вырвать или башку снести, тогда помру. Не знаю. Но то, что он меня убил — помню.
Над столом повисло молчание.
— Нам жаль, но у нас нет возможности тебе помочь, — ответил Максим.
Михаил помялся.
— Есть, ребята. Он смог бы, — и таксист покосился на Сашку. — У него кровь особая.
Пацан, скривив неприятную гримасу, повернулся к нему.
— А вот ты сидишь тут с нами, разговариваешь, мирно так, и совсем не хочешь никому в горло вцепиться? Совсем-совсем?
Таксист угрюмо уставился в одну точку.
— Я, Саша, врать не буду, обычно зов изводит так, что сердце заходит. Но нет на мне убийств. Хоть чем могу поклясться. Я признаюсь вам, когда меня корежит, уезжаю в Васюковский заповедник, и там охочусь. В шкуре, натурально-первобытным способом.
Когда до ребят дошло, о чем он говорит, они замерли и ошеломленно уставились друг на друга. Было в сказанном что-то дикое, жуткое…. И красивое одновременно. Неистребимое за тысячелетия, от древней охоты. Но давно уже перемолотое жерновами цивилизации.
Янка быстро, за мгновение окинула таксиста волшебным взором. И увидела переплетения бирюзовых и темно-коричневых узорчатых нитей. Не таких, как у Владлена и Романа.
— Зайчиками, значит, питаешься, — презрительно сказал Сашка.
— Иногда, — спокойно подтвердил Михаил. — Но это когда совсем зверя нет. Мне в такие минуты равный нужен. Чтобы или я его, или он меня, и делу конец.
— Ты же неубиваемый, — ухмыльнулся Макс.
— Так, может быть, он голову мне отгрызет вместе с хребтом, тогда и отмучаюсь… Раньше надо было так сделать, с моей смертью Владлен отстал бы от дочки. Она ему без меня не нужна.
— Ну, я же говорю — на слезу пробивает, — процедил Сашка и порывисто встал.
— Стой, — остановил его Макс. Встал вместе с ним и отвел в сторону.
— Погоди кипятиться. Сань, не злись на меня, но в чем-то твое положение лучше, чем его. Ты жив-здоров и силён. И тебя никто не бьет по почке. Ну, это я образно.
— Ты не понимаешь, Макс. Они меня в клети держали. Владлен ставил опыты. До рвоты, такие, что кишки кипели. А этот ему прислуживал.
— Да я не заступаюсь за него. Но ты знаешь, когда человеку руки выворачивают, он ломается. Погоди, Сань, сейчас важнее другое. Что-то он не договаривает, знает и молчит. Выжидает. Так, что, просто знай — ты сильнее его, а он сломан, посмотри сам, приглядись.
— А зачем он нам? — вспыльчиво зашептал Сашка. — Он — хмырь. Ты что, и вправду собрался ему помогать?
— Для начала нужно узнать, с чем он сюда пришел.
Сашка неуверенно мотнул головой. Макс похлопал его плечу и сказал:
— Мы просто его послушаем и вместе покумекаем. Обещаю, твой голос будет решающим.
Ребята вернулись за столик. Михаил поднял глаза, посмотрел на Макса. Он уже выделил его как главного.
— Я вам не все сказал про Сашу. Да и про вас и про других. У Владлена в саду есть особый прибор, с виду как большой барометр. Сделан на заказ, по проекту Факха. Вы, ребята, наверняка знаете, кто такой Факх.
Михаил обвел всех глазами и понял, что это имя всем знакомо.
— Встречались, — кивнул Макс.
— Владлен говорит, что этот прибор — маяк. Он улавливает магические флюиды и указывает местоположение осколков на несколько километров вокруг.
Ребята озадаченно переглянулись.
— Тогда он знает, где найти всех? — недоверчиво нахмурилась Янка. — Да ну, что-то не верится.
— Нет, конечно, — мотнул головой Михаил. — Я же говорю, маяк работает в радиусе нескольких километров. Его дом в пригороде. Так, что тут бояться нечего. Но, вот если прибор сделать мобильным, тогда всем станет немножко хуже. Поодиночке, он достанет всех.
— Я так поняла, что сейчас этот прибор стоит где-то в доме, как памятник, и сдвинуть его не представляется возможным. Так? — Спросила Яна.
— Да. Только не в доме, а в саду. В том мире такие приборы устанавливают по просьбам богатых людей, не наделенных даром. Внутри устройства драгоценные камни и редкие металлы, не всякий может себе позволить. Так вот, Факх обещал помочь с мобильностью. Владлен как-то хвастался, что скоро у него будет особый амулет, который исправит этот недостаток.
— Что за амулет? — Спросила Яна.
Михаил наморщил лоб, вспоминая, и ответил:
— Он назвал его Свирелью. Почему — не знаю. С его помощью Владлен перенастроит прибор и сможет установить его, к примеру, в автомобиле.
За столиком повисла тягучая пауза. Если это случится, то…
— Но главная цель — вторые крылья хиссенов. Сашина половинка в городе, по иному быть не может, так сказал Факх. Обе половинки всегда рядом друг от друга.
— Почему?… Почему это так важно? — Чуть дрогнувшим голосом спросил Саня.
— Я не знаю точно, но вроде бы ваши возможности с другим крылом на порядок выше остальных осколков. Владлен выберет одного, а другого убьет. Поэтому ты так важен для него. Он рано или поздно тебя достанет.
Сашка иМакс одновременно откинулись на спинки стульев.
— Чертовщина, — пробормотал парень. — Пиявка, нелюдь… Погоди, — Он рывком склонился над столиком. — Если ты нас нашел, то у тебя точно есть какой-то план. Не может не быть.
По лицу таксиста пробежала тень, он вскинул голову и сказал:
— Плана нет, но есть соображения. У Владлена не все так блестяще, как может показаться.
— Есть слабые места? — Спросила Яна.
Михаил кивнул.
— Есть… Есть за что ухватиться. Но один я не потяну.
Ребята переглянулись. В глазах каждого читалось сомнение. И тревога. Как быть? Спрятаться в ракушку или попасть в ловушку? Или с дубиной пойти против танка.
— Мы должны подумать, — решительно сказала девушка.
— Моя дочь… Сколько мне ждать?
— Решим сегодня.