Чтение онлайн

Я огляделась, потому что никого не увидела. Кого она имела в виду? Но я все равно спела ей, потому что я была ее вдохновением, а она - моим. Я знала, что ей сейчас нужно - их с папой песня. Мама часто включала ее, и теперь я пела ее для нее.

– И певчие птицы продолжают петь, как будто знают ноты… [9]

Ее последняя приемная семья была самой ужасной, и в шестнадцать лет она ходила в школу, покрытая с головы до ног множеством разноцветных синяков, запятнавших ее бледную кожу, которую я позже унаследовала от нее. Мой отец клялся, что даже когда она выглядела такой разбитой, как в первый день, когда он увидел ее, красота ее души сияла намного ярче, чем страшные синяки, и с того момента она была его. Позже он убедил мою бабушку, чтобы она заставила маму жить с ними. Он спас ее, и они сделали друг друга бесконечно счастливыми.

Это была еще одна зарубка в моем сердце, полном надежды, которую я возлагала на сломленных людей. Любовь побеждает все.

Я была рада своему одиночеству сейчас, вдыхая и захлебываясь прошлым. Я знала, что все мои родные сейчас у родителей Харли, так как мои друзья приехали раньше в этот же день. Занеся вещи в свою старую комнату, испытала чувство, похожее на погружение в искаженную реальность. Эта комната была моей личной тюрьмой, местом, где я пряталась часами напролет, вчитываясь в тексты моей коллекции эмо-песен или судорожно набрасываясь на очередную книгу.

Все было таким, каким я и оставила, но даже если бы мама захотела сделать перепланировку, она никогда не находилась здесь достаточно долго, чтобы довести дело до конца. Часть меня была благодарна за сохранение моего убежища, но большая часть хотела сжечь все дотла. Я была больной девочкой, пока держала себя в плену в этих четырех стенах. И знала, что мама чувствует себя виноватой за то, что подарила мне свое заложенное на генетическом уровне биполярное расстройство, но я понимала, что в любом случае должна была стать не такой, как она.

Я аккуратно уложила свои вещи в свой бывший, ныне покрытый пылью, гардероб, после чего плюхнулась на кровать и приступила к процедуре подготовки.

Проверила свой телефон на предмет сообщений или звонков от Романа - ничего.

«Наверное, владение собственной компанией обходится не просто, особенно если учесть, как много времени я отнимаю у него в последнее время. Скорее всего, он просто занят»,– убеждала я себя.

– Вилли, вау, твою же мать, да ты подросла.

Первое что я услышала - этот глубокий приветливый голос. Мои глаза все еще были устремлены на ноги, пока я разглаживала свое платье, в последний момент пожалев о выборе наряда - это было моей отличительной чертой, и, вероятно, признаком моей глубокой неуверенности в себе.

Я наконец-то приехала к родителям Харли, готовая к участию в вечеринке. Для этого случая я выбрала белое облегающее платье длиной чуть ниже колена. Знала, что отец оценит стильность моего наряда, ведь если бы он увидел то, что я носила во время учебы в университете, думаю, уже бы умер от разрыва сердца.

– Эй, здесь есть кто-нибудь?
– владелец голоса не унимался.

Вопросительный тон вывел меня из оцепенения. Это был старший брат Харли и Тени - Джей Ди, и тот факт, что он первым поприветствовал меня, помог мне вернуть самообладание. Все мы, будучи детьми, росли как одна большая семья, но из всех с ним мы всегда были наиболее близки. Его прозвище расшифровывалось как Джуд Дрю, но я называла его своим собственным Джеймсом Дином [10] , а он называл меня Вилли, потому что вот таким незрелым задиристым заводилой он всегда был и, видимо, оставался им до сих пор.

Когда Джей Ди притянул меня к себе, я растаяла в его объятиях.

Я действительно была рада вернуться домой.

– Джеймс Дин, так-так-так, неужели у тебя наконец началось половое созревание?
– подтрунивала я над ним.

Он пробуждал во мне игривость, и я всегда чувствовала себя непринужденно в его присутствии. Он притянул меня к себе еще крепче, прижавшись своими некогда притягательными для меня губами к моему виску.

– То же самое я могу сказать и о тебе, Вилли, ты только посмотри, у кого-то наконец выросли сиськи, да еще и довольно симпатичные.

Я вырвалась из его объятий и шлепнула по руке.

– Пошли в дом, а то твой отец убьет меня, если я буду держать тебя при себе еще дольше, но Вилли, нам с тобой нужно многое наверстать, - предупредил он.

Вилли было моим прозвищем, и нет, оно появилось не только потому, что у него был дефект речи, из-за которого он не мог выговорить мое имя. Вместо того, чтобы утешать меня во время заранее продиагностированных биполярных эпизодов, он заставлял их проходить, отвлекая меня и говоря, что я вела себя как Вилли, которому просто не хватает внимания. Любой другой, вероятно, обиделся бы, но то, как он насмехался надо мной и вел себя со мной так же, как с другими, заставляло меня чувствовать себя более нормальной. Я знаю, что наши родители втайне ждали новостей о нашей свадьбе, но этого никогда не случилось бы.

Я была эмоционально нестабильна, а Джей Ди эмоционально недосягаем. Два жизненных пути, которым не суждено было пересечься. И идеальные ингредиенты для безграничной дружбы.

Джей Ди был одним из самых прекрасных людей, которых я когда-либо встречала, как внутри, так и снаружи. Он был тем здравым смыслом, которого мне самой, порой, не доставало, и всегда находился рядом, чтобы направить мои мысли в нужное русло. Я часто задавала себе вопрос, почему мы никогда не переходили эту грань в эмоциональном плане. Может быть, потому что он знал, насколько глубоко сидели мои демоны, и поэтому решил, что лучше держать меня на расстоянии вытянутой руки. Но мужчина всегда будет оставаться частью меня, моим сердцем - тем, с кем я могу поделиться всем, потому что безоговорочно ему доверяю.

– Вот и моя малышка, - крикнул мой отец с другого конца гостиной.

Я бросилась в его гостеприимные объятия, пытаясь сдержать эмоциональный накал, бушующий внутри.

– Я так рада видеть тебя, папочка, - призналась я, уткнувшись ему в грудь.

Отец обнял меня обеими руками и откинул голову назад, изучая. По его глазам я поняла, что он рад, что я не надела неприличное платье и в кои-то веки решила предстать в приличном свете. Такие мелочи могли показать ему, что я изменилась в лучшую сторону.

– Роза, наша девочка приехала, - крикнув через плечо, он привлек внимание моей матери.

– Детка, наконец-то ты дома.

Она крепко сжала меня, вырвав из объятий отца.

– Мама, я так рада видеть тебя. Ты потрясающе выглядишь.

Это действительно было так, и, мягко говоря, обнадеживало - мы обе были здесь и выглядели гораздо лучше, чем раньше.

– Как ты, Лили? Принимаешь лекарства?

Она сказала это мягко и тихо, чтобы никто не услышал, но я уже начала жалеть, что не приехала раньше и не организовала всю эту историю с воссоединением у нас дома.