ЖАНРЫ

Осколки Протокола. Пенталогия
Шрифт:

– Не зря на базе сомневались в лояльности вашего отряда, – новичок чуть усмехнулся, явно наслаждаясь моментом. – Командир однозначно на мясную станцию отправится. А у остальных еще есть шанс на реабилитацию. Если будете послушными и сговорчивыми.

Пауза для эффекта. Пистолет не дрожал ни на миллиметр – ствол смотрел точно в голову Рокоту. – Так что советую не дергаться. Для вашего же блага.

Вьюга медленно повернулась к нему. Голос – чистый лед, без единой эмоции:

– Как это понимать?

– Понимать так, дорогая, что меня не просто так к вашему отряду прикрепили.

Новичок говорил спокойно, размеренно – явно отрепетированная речь, которую он давно хотел произнести.

– У господина Кудасова были большие сомнения насчет вашей лояльности. Очень большие. Не бывает такого, чтобы отряд элитного спецназа – лучшие из лучших, профессионалы своего дела – так долго гонялся за каким-то сраным синтетом и никак не мог его взять.

Он покачал головой, изображая сожаление.

– Слишком много совпадений. Слишком много неудач. Упустили там, упустили тут, цель ушла, цель скрылась, информация не подтвердилась… Подозрительно, не находите?

Я поднял брови.

– Сраным, значит? Ну, спасибо…

Новичок резко развернул пистолет на меня.

– А ты вообще заткнись, груз! – рявкнул он, теряя на секунду невозмутимость. – Пушку на пол! Медленно! Пока я твоему корешу башку не снес!

Я изобразил искреннее удивление. Постарался выглядеть растерянным и непонимающим.

– Да сноси, ради бога. Что мне, жалко, что ли? Кореша какого-то придумал… Я этого человека сегодня второй раз в жизни вижу. Он меня пытался убить, между прочим. Несколько раз. Какой он мне кореш?

Я попытался изобразить недоумение. Вроде даже неплохо получилось – по крайней мере, я на это надеялся.

Новичок усмехнулся. Покачал головой – снисходительно, как взрослый смотрит на глупого ребенка, который пытается соврать.

– Актер из тебя хреновый, Антей. Совсем хреновый.

Блин. А я так надеялся на будущую карьеру в Голливуде…

– В корпорации подняли досье Рокотова, – продолжил он, глядя мне в глаза. – Полное, со всеми подробностями. Выяснили интересные вещи. Оказывается, вы служили вместе. До катастрофы. В одном подразделении, в одном отряде. Боевые товарищи. Братья по оружию, можно сказать. Ты его и в ГенТек притащил, оказывается…

Он снова развернул пистолет на Рокота.

– Это все объяснило. И провалы, и упущенные возможности, и странные совпадения. Командир Рокотов просто сливал информацию своему старому другу. Предупреждал о засадах, давал уйти, саботировал операции изнутри.

Рокот молчал. Смотрел на новичка тяжелым взглядом.

– Дурак совсем, что ли? – я посмотрел на новичка. – Это каким таким образом он мне информацию сливал?

Внимания на меня боец обращать не стал. Продолжил, глядя на Рокота.

– Так что, Константин Рокотов, – новичок произнес это торжественно, с удовольствием, – вы официально арестованы за саботаж! И, если хотите подарить остальным возможность выпутаться из этой истории, куда вы их втянули, я бы на вашем месте не дергался.

Пока он произносил свою речь, упиваясь моментом, Молот медленно смещался в сторону.

Я заметил это краем глаза. По сантиметру, незаметно – пока все смотрели на новичка, здоровяк тихо, осторожно менял позицию. Шаг. Еще шаг. Еще.

Новичок не замечал. Весь его фокус был на Рокоте – главной цели, главном предателе.

– … вас отправят на переработку, а они вот могут еще жить. Понизят, конечно, в охрану переведут, – продолжал новичок свою речь. – Но это лучше, чем умереть. Господин Кудасов милостив к тем, кто сотрудничает добровольно…

И в этот момент Молот нанес удар.

Резко, быстро, практически без замаха – просто выбросил правую руку вперед. Киберпротез врезался в затылок новичка со всей дури, с глухим хрустящим звуком.

Глаза новичка закатились. Пистолет выпал из мгновенно ослабших пальцев, звякнул о бетон и отлетел в сторону. Тело бойца сложилось как пустой мешок – колени подогнулись, и он рухнул на землю, не издав ни звука.

Молот стоял над ним, потряхивая рукой – видимо, удар получился тяжелым даже для усиленного киберпротеза.

– Арестованы, – фыркнул он презрительно. – Тоже мне, арестовыватель нашелся. Арестовывалка еще не отросла, щегол.

Рокот посмотрел на него. На лице – нескрываемое удивление.

– Ты же сам хотел меня арестовать. Там, в вертолете. Про мятеж что-то орал, стволом тыкал.

Молот пожал плечами. Тяжело, основательно.

– Ну, тогда я еще на биофабрике не побывал.

Он сплюнул в сторону.

– Как по мне – нормальные люди такую херню не разводят. Пауки эти, мутанты в банках, клоны-уроды целыми стенами… Это дерьмо полное. Не знаю, что там Кудасов задумал, не знаю, что за планы у корпорации – но мне это не нравится. А еще мне не нравится, когда в отряд своих стукачей суют. Это наше внутреннее дело, и решать его мы должны сами.

Молот присел на корточки, приложил два пальца к шее новичка, проверяя пульс, подождал секунду…

– Живой, – констатировал он. – Пульс слабый, но есть. Живучий, падла.

Выпрямился, отряхнул колено.

– Плюс не хватало еще какому-то сопляку тут свои правила диктовать. Саботаж, ты погляди-ка… Я тебе покажу, сука, что такое саботаж.

Сплюнул еще раз – демонстративно, в сторону неподвижного тела.

– Щас мы его дострелим, тут прикопаем и скажем, что так и было. Разбился при падении. Башкой об камень приложился. Несоблюдение техники безопасности, шлем надо было надевать. Несчастный случай, никто не виноват.

Повернулся ко мне. Посмотрел в глаза.

Тяжелый взгляд. Оценивающий. Я с интересом смотрел на Молота, который сейчас раскрывался для меня с новой стороны.

– А ты…

Пауза. Несколько секунд молчания.

– Жизнь за жизнь, – сказал Молот наконец. – Я умею быть благодарным. Помню добро. Ты нас вытащил – и сейчас можешь валить на все четыре стороны. Никто не будет гнаться, никто не будет стрелять в спину.

Еще одна пауза. Громила не сводил с меня взгляда.

– Но не рассчитывай, что я забуду про Костоправа и Резака. Это были наши люди. Практически мои братья. И, если мы с тобой еще встретимся – я с тебя за них спрошу. Без дураков.

Поделиться с друзьями: