Чтение онлайн

Это не тот человек, с которым я имел дело последние три года. Большой Джон всегда был тихим и хитрым, с сомнительной репутацией. Никогда нельзя было понять, что творится за его каменным лицом или в этих холодных серых глазах. Тысяча закаленных мужчин сломалась бы раньше, чем Джон хоть чуть вспотел. Но сегодня его нервы сдали, и он кричит, как испуганный ребенок, зовущий мать.

Большой Джон что-то сделал с тем янтарным камнем в стене. Может, пытался прорыть туннель или просто крушил все в своей бессмысленной манере. Как бы то ни было, он расколол его, и паук внутри исчез. Я сам тщательно обыскал девятую камеру, но ничего не нашел.

Большой Джон утверждает, что он внутри него.

Если он продолжит вопить и кричать, как последние несколько часов, я, пожалуй, исполню его просьбу и пущу пулю из своего "Кольта" ему между испуганных глаз...

Затем третья и последняя запись, наспех нацарапанная и бессвязная.

Журнал шерифа, 30 октября 1884 года

О Боже, забери меня к себе! Раздави меня, как жалкого червя, своей могучей рукой.

Большой Джон был прав. Оно проникает внутрь и бродит там... как Сатана в Книге Иова... ходит взад-вперед... туда-сюда.

Я чувствую его во мне... оно искажает мои мысли... мешает думать.

Эти ублюдки и стервы в городе... смеются надо мной... над моей болью и страхом. Но я им покажу. Они почувствуют мою агонию и ужас в десятикратном размере... а потом не почувствуют ничего...

Записи в журнале пробрали Аллена Кортеза до костей.

– Понимаешь, о чем я?
– спросил Максвелл по телефону.
– Жуткие вещи, да?

– Да, - ответил Аллен.
– Больше, чем ты думаешь. Спасибо, Тед. Это очень помогло.

После разговора с лаборантом Аллен несколько минут сидел в кресле, размышляя, что делать дальше. Решение пришло быстро. Он написал короткое письмо детективу Мелфорду в полицию Сан-Антонио, прикрепил файл от Максвелла и отправил. Затем взял телефон и набрал номер Мелфорда.

Через секунду раздался знакомый голос.

– Алло? Мелфорд слушает.

– Проверь почту, Сэм. Я отправил тебе сообщение... и кое-что еще.

Аллен слушал, как на том конце линии раздался отдаленный стук пальцев по клавиатуре. После долгой паузы Сэм заговорил снова.

– Черт.

– Сэм, те люди, что совершали эти убийства... они связаны с местом, упомянутым в журнале? Котуллой?

Детектив тяжело вздохнул.

– Да... все они сидели в тюрьме Котуллы... незадолго до того, как ее закрыли.

– Закрыли?

– Да, старая тюрьма стала слишком опасной. Восемь месяцев назад открыли новую. Джеймс Ли Стэплтон и еще дюжина были последними, кто отбывал там срок перед закрытием.

– А камера, в которой они сидели?

– Номер девять, - мрачно подтвердил Сэм.
– Согласно записям округа Ла Салль.

Долгое, неловкое молчание повисло на линии почти на полминуты. Затем Аллен заговорил.

– Так что ты собираешься делать, Сэм?

– Думаю, съезжу в Котуллу и сам все проверю. Не хочешь поехать со мной?

– Как раз завтра у меня нет операций.

– Отлично. Заеду за тобой около семи. Завтракаем и в путь.

– Звучит неплохо.

Сэм Мелфорд больше ничего не сказал, просто повесил трубку.

Аллен откинулся в кресле и задумался о тайне паразитических пауков и своей роли в этом деле. Он должен был признать: ему было до чертиков страшно. Больше всего на свете он хотел остаться в Сан-Антонио и забыть об этом кошмаре.

Но его проклятое любопытство снова взяло верх, и он понял, что у него нет выбора, кроме как отправиться туда и встретиться со своими страхами лицом к лицу, будь они глупыми и беспочвенными или нет.

* * *

Дорога в 89 миль от Сан-Антонио до маленького нефтяного городка Котулла заняла полтора часа. Они прибыли около половины десятого и пару раз останавливались, чтобы спросить дорогу, прежде чем нашли нужное место.

Старая тюрьма стояла в заброшенной части города, окруженная пустыми магазинами и треснувшими тротуарами, заросшими сорняками и усыпанными мусором. Сэм припарковал машину снаружи, и они долго сидели, разглядывая здание. Оно было древним: одноэтажное строение из самана, типичное для Западного Техаса, Нью-Мексико и Аризоны середины и конца XIX века. Стекла в переднем окне были разбиты. Оставшиеся осколки отражали яркий солнечный свет, а тени внутри казались густыми и мутными.

Сэм и Аллен переглянулись.

– Ну, мы на месте, - сказал детектив.
– Пойдем, посмотрим, найдем ли что-нибудь.

Аллен кивнул, хотя сама мысль войти в это место, учитывая его мрачную историю, внушала ему ужас. Он начал задаваться вопросом, зачем вообще согласился поехать.

Они вышли из машины и пересекли крытый тротуар к входной двери. Ожидали, что она будет заперта, но нет. Тяжелая деревянная дверь распахнулась внутрь с визгом ржавых петель.

Тьма за порогом выглядела зловеще.

– Погоди секунду, - Сэм вернулся к машине и достал мощный черный фонарь "Maglite".

Луч света разрезал мрак, открывая кучи мусора и сломанной мебели. В дальнем углу лежал старый матрас, окруженный пустыми банками и бутылками из-под пива.

– Похоже, тут кто-то жил. Может, просто бродяга, проходивший мимо, - заметил Сэм, водя лучом из стороны в сторону.

– Где камеры?
– спросил Аллен.

Его голос звучал громко и гулко в передней комнате заброшенной тюрьмы.

Сэм указал на дверь за длинной деревянной стойкой.

– Там, наверное, - полицейский помедлил и посмотрел на хирурга.
– Не знаю, что мы найдем там, но, учитывая последние дни, думаю, нам надо быть готовыми ко всему, - Сэм оттянул правую сторону пиджака, показав кобуру с револьвером калибра .38.
– Я имею в виду ко всему.

Вместе они вошли в дверной проем. Сначала был узкий коридор с маленькими комнатами по обе стороны, когда-то служившими временными офисами. Затем перед ними возникла еще одна дверь, слегка приоткрытая. Она была тяжелее предыдущей, с маленьким зарешеченным окошком в верхней части и старым замком коробчатого типа под ручкой.