Чтение онлайн

В криминалистику же понятие «тактика» в данном его смысле было привнесено одним из первых ученых-криминалистов А. Вайнгартом в 1910 году. Он в предисловии к одной из своих работ написал: «Цель этой книги – дать криминалисту то, что дает военному стратегия и тактика. Поэтому я и назвал ее «Уголовная тактика» [142] .

К сожалению, именно этот принципиальнейший аспект «выпал» из приведенного, да и большинства других известных мне определений криминалистической тактики (из чувства научной корректности скажу, что, помимо моих работ по данному вопросу, рассматриваемая особенность тактики была отражена и в определении следственной тактики, предложенном в свое время А.А. Фелющенко. По его мнению, изучаемая этим разделом криминалистики совокупность приемов раскрытия и расследования преступлений направлена на преодоление противодействия заинтересованных лиц и устранение факторов, препятствующих установлению истины [143] .

Криминалистическая тактика – это часть науки криминалистики, не просто, как полагают многие ученые, разрабатывающая на основе соответствующих научных положений рекомендации по организации и планированию, определению линии поведения субъектов и приемы проведения отдельных действий. Криминалистическая тактика все это изучает и разрабатывает для совершенно определенных условий – потенциальной или реальной конфликтности интересов субъектов, профессионально взаимодействующих в уголовно-процессуальном исследовании преступлений – и в совершенно определенных целях – для преодоления реального и предупреждения потенциального, непосредственного или опосредованного противодействия со стороны субъектов, имеющих иные интересы, чем интересы субъекта, для которого данный вид тактики изучается и разрабатывается.

На криминалистическую тактику как раздел, подсистему науки криминалистики распространяется все сказанное ранее о предмете этой науки, ее предметной области (уголовно-процессуальном исследовании преступлений) и ее субъектах – лицах, осуществляющих предварительное расследование преступлений (дознавателе, следователе, руководителе следственного органа), прокуроре – государственном обвинителе, адвокате – защитнике подозреваемого (обвиняемого, подсудимого) по уголовному делу.

Имеется единственное исключение: специалист и эксперт, также относимые мной, как, впрочем, и другими учеными, к субъектам криминалистики, не имеют своего процессуального интереса в уголовном деле, связанного с необходимостью предупреждать или преодолевать чье-либо противодействие. Они являются субъектами изучения и использования достижений трех других разделов науки криминалистики (ее общей теории, криминалистической техники и криминалистической методики, причем последней лишь в части методик использования ими специальных познаний и умений). Но субъектами криминалистической тактики по изложенным причинам они не являются.

Обоснованность именно такого подхода, на мой взгляд, нашла отчетливое выражение в УПК РФ, в котором и специалист, и эксперт отнесены не к стороне обвинения или защиты (профессиональные представители их, несомненно, являются субъектами криминалистической тактики), а наряду со свидетелем, переводчиком и понятым к «иным участникам уголовного судопроизводства» (гл. 8 УПК РФ).

Таким образом, в системе криминалистической тактики можно выделить две самостоятельные подсистемы: тактику уголовного преследования, в свою очередь состоящую из следственной – предварительного расследования преступлений и тактики прокурорской – государственного обвинения по уголовным делам, и тактику адвокатскую (тактика профессиональной защиты от подозрения или обвинения в совершении преступления).

Еще раз подчеркну: эти виды тактик содержательно различаются между собой тем, что создаются в целях оптимизации деятельности совершенно определенных субъектов. Скажем, изучение проблем производства следственных действий, а таких множество, лежит в предметной области следственной тактики; изучение же проблем участия защитника в производстве следственных действий, а их еще больше, составляет весьма значительный раздел другого вида тактики – тактики профессиональной защиты от обвинения.

Все изучаемые и разрабатываемые криминалистической тактикой средства и методы (приемы, рекомендации, операции – их сущность рассмотрим чуть ниже) базируются на соответствующих научных положениях. Последние же, в свою очередь, аккумулируют в себе интерпретированные с учетом специфики данного раздела криминалистики результаты проявления определенных закономерностей, которым подчиняется криминалистическая деятельность и криминалистическая наука в целом.

В числе основных научных положений криминалистической тактики большинство ученых выделяют: уголовно-процессуальные, логические, психологические, этические, собственно тактические положения. Суть их ясна уже из самих наименований. И тем не менее представляется нелишним хотя бы вкратце раскрыть их суть.

Любые действия любого субъекта криминалистической тактики подчиняются уголовно-процессуальному закону, осуществляются в рамках процессуальных институтов и правоотношений, его прав и обязанностей, предопределенных уголовно-процессуальным правом. Оптимизация деятельности субъекта тактики невозможна без учета закономерностей, выявленных логикой и психологией. Тактика основана на использовании проявлений отдельных закономерностей, так же как и на глубоком понимании, «прочувствовании» этим субъектом каждого своего действия, каждого реализуемого им приема, нравственного характера всей своей тактической деятельности, оцениваемых с позиций общей и судебной этики как науки о нравственности и морали. Специфика тактической деятельности в уголовном судопроизводстве, многолетний ее опыт позволяют рассматривать его обобщенные результаты как систему собственно тактических научных положений.

Если говорить о содержании криминалистической тактики, то в самом общем виде оно представляется мне следующим:

• тактика организации, планирования исследования преступлений с позиции соответствующего ее субъекта: организации и планирования расследования преступлений; организации и планирования возбуждения и поддержания государственного обвинения; организации и планирования защиты от подозрения и обвинения в совершении преступлений на предварительном следствии и при судебном рассмотрении уголовных дел адвокатом – защитником подозреваемого, обвиняемого, подсудимого и осужденного;

• тактика взаимодействий и взаимоотношений субъекта данного вида тактики с другими профессиональными участниками уголовного судопроизводства и другими лицами, в том или ином качестве участвующими в процессуальном исследовании преступлений или вовлекаемыми в этот процесс. Так, следственная тактика изучает и разрабатывает соответствующие средства взаимодействий следователя с органами дознания, экспертами, адвокатами, обвиняемыми, потерпевшими и т. д. Адвокатская тактика разрабатывает и изучает средства и способы взаимодействия защитника со следователем и другими указанными выше лицами, но уже со своих позиций, в своих предопределенных уголовно-процессуальной функцией защитника целях и в рамках своих процессуальных полномочий, и т. д. В силу значимости проблемы тактики взаимодействий остановимся на ней чуть подробнее.

Для каждого субъекта криминалистической тактики серьезность и значимость противоречий в отдельных видах взаимодействий различна, следовательно, различны и средства их предупреждения и разрешения. Скажем, противоречия между следователем и обвиняемым более отчетливы, чем противоречия во взаимодействиях того же обвиняемого и его адвоката; естественно, они требуют для своего предупреждения и разрешения разных усилий и различных тактических средств. Кроме того, даже принципиальное единство профессиональных интересов некоторых участников исследования преступлений не исключает возможность возникновения между ними противоречий, предупреждение и разрешение которых предполагает использование тактических средств. Так, по результатам моих исследований более 82 % опрошенных следователей и оперативных работников признали факты существования между ними конфликтов. Весьма примечательно, хотя, впрочем, вполне естественно, что респонденты называли различные их причины: следователи – нежелание оперуполномоченных выполнять ответственно свои обязанности; сотрудники органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, – неумение следователей использовать представляемую ими оперативную информацию и дачу следователями поручений о производстве следственных и иных действий, не свойственных функциональным обязанностям данных должностных лиц. Иногда причиной противоречий во взаимодействиях является неверное понимание процессуальных функций взаимодействующих между собой субъектов исследования преступлений. Так, мнение почти половины опрошенных профессиональных участников уголовного судопроизводства о том, что адвокат должен содействовать раскрытию и расследованию преступлений (да-да, именно так, хотя я не сомневаюсь, что это мнение ошибочно), естественным образом обусловливает возникновение связанных с этим противоречий между защитником и лицами, осуществляющими уголовное преследование подзащитного, и требует для их нейтрализации и разрешения средств, соответствующих определенному виду тактики (следственной, адвокатской);

• тактика отдельных следственных и иных процессуальных действий по исследованию преступлений соответствующим субъектом, для которого данный вид криминалистической тактики изучается и разрабатывается.

Конечно же, можно выделить и иные направления изучения и разработки соответствующих видов тактики (например, тактику использования тем или иным ее субъектом в своей деятельности достижений научно-технического прогресса и т. п.). В свою очередь, внутри того или иного вида криминалистической тактики можно провести классификацию его содержания и по другим основаниям. Например, следственную тактику можно изучать по этапам доказательственной деятельности следователя: тактика собирания, исследования, использования следователем доказательственной информации. Адвокатскую тактику можно изучать и разрабатывать как по этапам доказательственной деятельности адвоката, так и по стадиям уголовного судопроизводства, на которых она реализуется: тактика участия адвоката на предварительном следствии, тактика участия адвоката в судебном рассмотрении уголовного дела, в том числе в суде первой и других инстанций отдельно. Тактика государственного обвинения может состоять из тактики его возбуждения и тактики поддержания в суде, в том числе, как и в адвокатской тактике, в зависимости от вида инстанции, в котором оно осуществляется.