Чтение онлайн

Результатом этой однобокости журналистов стало неадекватное отношение общества к событиям 21 сентября — 4 октября 1993 г. в Москве. У противостояния президента страны и председателя Верховного Совета были иные причины, кроме придуманных журналистами «попыток вернуться к прошлому», но подача в прессе была настолько тенденциозной, что до сих пор даже в школьных учебниках истории нет взвешенной оценки этих событий.

Этический фактор в соотношении индивидуального и коллективного начал журналистского творчества остается всегда на усмотрение самого журналиста, но жестко корректируется системой, если его собственное «я» безосновательно выпирает, подавляет коллег, мешает всему процессу. Долго быть эгоистом, амбициозно выставлять свое стремление к успеху, не считаясь с чувствами и дарованиями других, — невозможно. Это бывает, конечно, в любой среде, но журналистика возвращает своему невоспитанному адепту его «заслуги» непременно и подчас очень болезненно.

Знаменитый шведский кинорежиссер Ингмар Бергман сказал в одном из интервью 1982 г.: «Когда ты уже завоевал успех, когда у тебя есть деньги, когда ты достиг всего, чего желал, — а я этого практически уже достиг, — когда ты получил все, к чему стремился — власть и тому подобное, — ты вдруг осознаешь — простите мне это выражение! — ничтожность всего этого. Единственное, что еще имеет значение, — это пределы твоих возможностей, которые ты должен попытаться преодолеть, и твои отношения с окружающими; и во-вторых, конечно, твоя этическая позиция по отношению к тому, что ты делаешь или же не желаешь делать. То, на что ты отвечаешь «да» или же «нет» в твоем творчестве и в искушающих тебя обстоятельствах помимо творчества. Только это имеет значение. Все остальное абсолютно неинтересно» [45] .

Приведенное рассуждение Бергмана, всемирно известного режиссера, важно для журналистов еще и потому, что кино — тоже коллективно-индивидуальное творчество с ощутимым привкусом производства.

Добавим, что работа журналиста над собой, практически не описанная в специальной литературе по СМИ, может идти путями, предложенными для актеров в книгах К.С. Станиславского, великого реформатора русского театра. Попробуйте. Должно получиться.

Роль техники в собственно творчестве или незначительна, или велика, — все абсолютно индивидуально. Эта роль проявляется и возрастает на стадиях: а) записи, оформления информационных продуктов и б) предъявления их обществу. Современные технические средства в основном обеспечивают скорость обработки, распространения информации, а помочь нашей фантазии, мастерству техника может лишь случайно или индивидуально (если вас вдохновляет один только вид диктофона или компьютера).

Очевидные и общеизвестные журналистские подспорья (блокнот, ручка, диктофон, видео- и фотоаппаратура, компьютер со всей периферией, телефоны всех типов, факсимильный аппарат, сети и пр.), по сути, решают одну лишь задачу: предоставляют разные типы и скорости сбора информации, обработки данных и передачи информационных продуктов. Все, что в современном мире называют новыми информационными технологиями, на деле относится в основном к распространению информационных потоков всех типов. Журналист как индивид-профессионал, уже интегрированный в этот глобальный процесс, обязан владеть максимумом современных технических средств для быстрого и качественного представления результатов своего труда. В комплекте дисциплин по специальности «Журналистика», осваивая курсы информатики, основ фотожурналистики, телевидения, постарайтесь найти «свой» аппарат, ощутить, какие именно технические средства как бы сами просятся вам в руки. Вы должны быть совместимы с теми приборами, с которыми работаете, иначе они будут помехой творчеству, а не подспорьем.

Некоторые очень молодые журналисты зачастую пренебрегают простыми правилами: проверить исправность диктофона, взять запасные источники питания, две-три ручки и блокнот (блокнот, на наш взгляд, нужен всегда и независимо ни от каких достижений научно-технического прогресса), подзарядить мобильный телефон, убедиться в наполненности бензобака и т. д. Мы утверждаем, что делать все это надо непременно. Привычку держать все свои техсредства под контролем надо вырабатывать как можно раньше, доводя ее до автоматизма. Этот здоровый педантизм спасает журналистов от провалов еще и тем, что дополнительно создает рабочее настроение. Приведем аналогию: здоровый человек обычно не замечает своей кожи, не думает о ней. Она есть и есть. Стоит выскочить прыщу (например, перед телесъемками) — сбой настроения, лишние мысли. Так и вся наша техника: пусть себе тихо работает на нас. Пусть помогает незаметно. Творчество хрупко. Не надо пугать его.

Какое отношение к творчеству имеют опасности, исходящие от технического прогресса?

С одной стороны, непосредственное — в том смысле, что работать приходится все быстрее. Реальные скорости в XXI веке таковы, что журналисту порой кажется, будто на творчество времени нет и не будет. Остается время — и то с дефицитом — лишь на ремесленничество. Технические достижения в области передачи информации убежали далеко вперед по сравнению со способностью индивида адаптироваться ко все новым скоростям. Эту мысль мы подчеркиваем неоднократно, и постарайтесь усвоить ее как суровую данность, с которой действительно придется иметь дело.

С другой стороны, возникает и новый тип личности: человек, который воодушевляется на сочинительство одним только зрелищем компьютерной клавиатуры (при этом вид карандаша и бумаги не производит на него прежнего вдохновляющего впечатления). Этот тип — уже «наркотизированный скоростью» индивид-горожанин (пока что он проживает в мегаполисах), который при всем желании не сможет вернуться к неспешной патриархальной жизни. Журналисты не вернутся к существовавшим ранее, например, многомесячным командировкам по тайге в поисках героев и сюжетов, к глубинным философским раздумьям над смыслом жизни вообще и своей деятельности в частности.

Названные типы (условно медленный и быстрый) отличаются примерно так же, как меломаны и аудиофилы. Первые любят музыку, вторые любят звук, издаваемый высококачественной аппаратурой. А внешне они так похожи!

Между названными крайностями находится тип творческой личности, умеющей совместить в себе трудносовместимые вещи: способность думать и творить с большой скоростью, причем регулярно, подчиняя себе новейшие технические достижения человечества. При этом журналист должен постоянно сохранять работоспособность: быть здоровым, уверенным в себе и невозмутимым. Такой человек, даже если он очень привязан к своему фамильному «Ундервуду», с легкостью освоит новую модификацию записывающего устройства и не будет испытывать тоски по старым добрым временам.

Мы не ставим перед собой задачу рассматривать марки технических устройств, используемых современными журналистами. Это очень индивидуально и зависит от денег, места и объема работы. Общая рекомендация: следует знать все возможное о технической стороне дела, которым вы занимаетесь. Если это газета — узнайте всю техническую часть: от набора до отправки подписчикам. Если телевидение — ищите общий язык с техническим персоналом: операторами, видеоинженерами, аккуратно вникайте во все тонкости. Постоянно интервьюируйте сами себя: что это такое? как это называется? смогу ли я объяснить другому, как это работает?

Данные рекомендации, конечно, не означают, что надо постоянно задавать персоналу специальные вопросы, мешая работать. Звукорежиссер на радио вряд ли будет вам благодарен, если во время прямого эфира вы, проходя мимо, начнете интересоваться назначением тех или иных кнопок. Но тот же звукорежиссер (оператор, видеоинженер, верстальщик и др.) будет уважать вас значительно больше, если вы обнаружите понимание техники в нужную минуту.

Заметим, что обещанная нам двадцать первым веком конвергентная журналистика, в которой журналист предстанет как своеобразный человек-оркестр, способный играть на всех инструментах СМИ, преобразовывать любую информацию и передавать ее по всем каналам из единой редакции, — это уже совсем новый уровень освоения техники. Видимо, в единой редакции будут работать прелюбопытнейшие типажи. Получив от вездесущего репортера новость, посмотрит редактор-универсал на свой суперкомпьютер, наполненный программами для всего на свете, — и примет он мгновенное решение: для какого типа СМИ создать свежий материал. В чудесном его мозгу журналистское произведение само напишется для радио или телевидения, для интернет-издания или даже для классической бумажной газеты — и точнехонько в тех формах, в которых именно эту информацию воспримет аудитория его единой редакции. Супертворчество, если вообще можно назвать эту погоню за аудиторией творчеством.

Однако пока далеко не вся журналистика конвергентна, вернемся к известной реальности.

Наиболее экстремальный вид работы, например, теле- и радиожурналиста — прямой эфир. Техника, даже наилучшая, всегда может отказать по множеству причин: сбой в электропитании, ошибка оператора, случайные повреждения оборудования, влияние погоды и т. д. Полагаться на технику всецело — нельзя. Следует быть всегда спокойно готовым к чему угодно, да хоть к извержению вулкана. Можно назвать это стрессоустойчивостъю — такое понятие есть в профес-сиограмме журналистики.