Чтение онлайн

Словом, будьте предельно внимательны, впитывая случайную информацию. Запоминайте все, но обязательно фильтруйте и аккуратно перепроверяйте по другим источникам. Возможно, вам специально что-то подсовывают, манипулируя уже вами. Такое тоже бывает: на досуге поинтересуйтесь значениями профессиональных жаргонизмов слив и вброс (манипулятивные технологии, предназначенные для намеренного искажения объективной информационной картины с помощью внезапного привлечения или отвлечения внимания аудитории).

В дисциплине «Расследовательская журналистика», которую вы будете изучать позже, вы познакомитесь с понятиями «ознакомление», «исследование», «расследование», и тогда вам особенно пригодятся все навыки, полученные при наблюдении, проведении интервью и работе с документами.

Начинающему автору нелегко вообразить себе творчество как коллективно-индивидуальный труд. Действительно: и в одиночку, и все вместе одновременно? А чье вдохновение первично? Как соотносятся доли? Кто сколько вкладывает в результат? Эти и подобные арифметические вопросы мучают новичков, но на практике все оказывается несколько проще и понятнее, чем казалось в теории.

Факторы, определяющие соотношение коллективного и индивидуального начал в творчестве журналиста, определяются в разные исторические эпохи по-разному и в значительной мере зависят от преобладающей в конкретный период идеологии. Выше мы уже отмечали, что в современной российской прессе за последние двадцать пять лет решительно изменилось соотношение «факт — автор». В советский период приоритет был у факта, коллектива и производства, в российский постсоветский период выросла роль автора, личности и переживаний. У смены ролей есть и исторические причины, и свои преимущества, и свои издержки.

Проиллюстрируем указанные изменения на примере особо популярных в массовой прессе тем: а) еда, б) преступность.

В советские времена публицист, обращаясь к таким интимным темам, в первых же строках прямо говорил или подразумевал следующее:

Коммунистическая партия и Советское государство проявляют постоянную заботу о неуклонном повышении благосостояния трудящихся. На основе преимущественного роста тяжелой промышленности, этой основы основ социалистической экономики, развивается сельское хозяйство, легкая и пищевая промышленность, растет производство товаров широкого потребления. Быстро развивается и общественное питание [43] .

Далее автор повествует о кафе, закусочных и ресторанах в ряде европейских стран, предлагая перенять положительный опыт.

Размышления о преступности:

Мировая система социализма за время своего существования добилась огромных успехов в строительстве передового общества и в воспитании нового человека. Достижения утверждались в борьбе с трудностями. К числу этих трудностей следует отнести и существование такого негативного явления, название которому преступность [44] .

Это цитата из вступительной статьи (автор — доктор юридических наук Н.А. Стручкова) к переводной работе.

Такие примеры характерны для минувшей эпохи; любой разговор о любом частном явлении начинался с упоминания общего состояния дел в стране и в мире: партия руководит и направляет, отчего народ приближается к благосостоянию. Исходить следовало именно из этого незыблемого положения вещей.

Сейчас материал об организации питания в европейских странах автор тех лет, случись ему перелететь на машине времени, мог бы начать с возгласа:

Как мне понравился ресторанчик на бульваре Капуцинов, где я за 20 минут наелся на 50 франков и был совершенно доволен самообслуживанием, а особенно тем, что у кассира всегда есть мелкая разменная монета!..

И никто не упрекнул бы его в том, что в одном предложении дважды встречается личное местоимение — я, мне. Главное, соблюсти правила: кто, что, где, когда, почему.

Читатель понял, что быстрое дешевое питание имеет некие преимущества перед медленным и дорогим? Понял. Ссылка журналиста на авторитетное, т. е. свое собственное, мнение не режет слух? Нет. Ел в Париже? На здоровье. Там вообще все едят...

Вы видите, что в нынешнее время, внешне деидеологи-зированное, роль индивидуального начала в журналистской деятельности заметно изменилась в сторону укрупнения. По крайней мере, так считается. В жанровой палитре тоже перемены: личностные жанры вышли вперед, в печати стали популярными авторские колонки, изменилась типология интервью, телерадиофигура «автор и ведущий» прижилась повсеместно, давно родилось АТВ — «Авторское телевидение» (1988).

Как же определить соотношение индивидуального и коллективного начал в зависимости от социально-политической и историко-культурной ситуации? Подсчитать — никак, математических формул нет, но зависимость соотношения «факт — автор» от ситуации «личность — общество» прямая.

Заметим, однако, что идеологический фактор влияния на это соотношение быстро и вполне заменяется коммерческим, что тоже является своеобразной идеологией. Внешне, в текстах, эта замена проявляется в том, что при сохранении всех атрибутов личностного (автор имеет солидное право на личное мнение и сколь угодно часто говорит «я») автор выполняет, сознательно или неосознанно, корпоративный заказ и транслирует сумму идей, актуальную для заказчика.

Например, такой эпизод из работы парламентских журналистов периода 1992-1993 гг.

Идет заседание Съезда народных депутатов Российской Федерации. Балкон прессы в Большом Кремлевском дворце. На трибуне горячие дебаты по экономической политике государства. Выступает депутат, утверждающий, что государство должно сохранять свое разумное присутствие в экономике и что приватизировать все предприятия подряд нельзя. Свои доводы оратор подкрепляет цифрами и фактами. Журналисты, аккредитованные на съезд, тут же начинают ехидно пересмеиваться и понимающе кивать на выступающего, сопровождая свои жесты и ухмылки демонстративными звонками в свои редакции: дескать, вышел тут на трибуну один имярек, опять несет что-то «совковое».

Это были журналисты из разных изданий, но внутрикорпоративная идея, супермодная в тот период, направляла их действия ничуть не меньше, чем в свое время коммунистическая идеология. Идея называлась либеральной, рыночной, многим молодым журналистам она казалась единственно верной, и улюлюкать в адрес тех, кто предлагал скорректировать эту идею, было хорошим тоном. Журналисты изменяли профессиональной этике на каждом шагу: подавали тенденциозные репортажи, не предлагали аудитории разные точки зрения, а усердно пропагандировали одну, либеральную, воплощением которой были жесткие реформы начала 1990-х гг.