Чтение онлайн

– Да, на юг.

– С каким заданием?

– Скот заготовлять.

– Понятно. А где же ваш напарник?

– Какой напарник?
– пожал плечами моряк.
– Нет у меня никакого напарника. Я один.

– Один? А... железнодорожник?

Матрос растерянно молчал.

– Не хотите говорить, не надо. Запросим Кронштадт.

Нам это недолго. А пока отправим вас в ЧК.

– Не надо в ЧК, - взмолился матрос.

...В 6 часов вечера группа оперативных работников вместе с задержанным отправилась по железнодорожным путям к товарной станции. Около одного из домов моряк остановился.

– Здесь, - показал он, - на втором этаже.

– Что-то он темнит, - с сомнением проговорил Карасев.
– Тут Иван Степанович живет, я его хорошо знаю - потомственный железнодорожник. Он с такими подонками якшаться не станет.

– А мы у него комнату на несколько дней сняли, - пояснил моряк.

Оставив двух чекистов на улице, мы поднялись на второй этаж.

– Стучись, - сказал я Карасеву.

Дверь открыл Иван Степанович. Узнав Карасева, он молча отступил в сторону, пропуская нас в квартиру.

– Где квартирант?
– тихо спросил Карасев.

– Там, - показал хозяин на дверь соседней комнаты.

Карасев молча взглянул на меня, я кивнул. Чекист, вынув наган, решительно шагнул к двери и распахнул ее!

Прижавшись к стене, около открытого окна стоял "железнодорожник".

– Руки вверх!
– приказал Карасев.

С улицы донесся тихий свист. Я высунулся в окно.

Там стоял чекист.

– В чем дело?

– Из окна револьвер выброшен.

Обыск задержанного и помещения ничего не дал.

– А где же третий?

– Какой третий?

– В командировочном предписании трое значатся.

– Трое их тут и остановилось, - подтвердил хозяин.

– Где третий?
– спросил Карасев.

– Нет тут никого больше, - сказал "железнодорожник".

– Оставим засаду, - предложил я. И тут же предостерегающе поднял руку, призывая к молчанию.

Мы прислушались - с чердака донесся какой-то шорох.

– Ход из квартиры на чердак есть?
– спросил я хозяина.

– Нет, - покачал тот головой, - со двора лестница ведет.

– А ну, быстро, пошли.

Оставив с "железнодорожником" двух работников, мы вышли на улицу.

– Ясно, - сказал я, осмотрев стену дома.
– Из окна по карнизу до лестницы, а по ней на чердак.

Карасев, не дожидаясь моих указаний, быстро стал подниматься по лестнице.

Когда он протянул руку к дверце чердака, чтобы открыть ее, прогремел выстрел. Карасев пригнулся и опустился на землю.

– Быстро на ту сторону дома, - приказал я Карасеву и несколько раз выстрелил по смотровому окну чердака.

– Вот он!
– раздался крик Карасева с противоположной стороны дома.

Мы поспешили к нему. По пустырю бежал мужчина, за ним гнался Карасев.

Мы бросились наперерез убегавшему. Заметив нас, он резко взял в сторону и, укрывшись за столбом, стал стрелять. Мы залегли.

– Ложись!
– закричал я, видя, что Карасев продолжает бежать.

Карасев махнул рукой и вдруг, словно споткнувшись, рухнул на землю. Пока мы добежали до него, бандит исчез.

– Побежал в сторону Киева-III, к Днепру, - прохрипел Карасев.

Отправив раненого в больницу, мы подняли железнодорожную и речную охрану, тщательно прочесали всю территорию. Беглец как в воду канул.

– Вот он!
– вдруг крикнул Козлов, показывая на Днепр.

От причала отвалила шлюпка. Мужчина, яростно наваливаясь на весла, гнал ее по течению реки.

– Уйдет, - с досадой проговорил я.

– А ну дай-ка, - Козлов попросил у охранника винтовку.

Примостившись около тумбы, он тщательно прицелился.

В лунном свете хорошо была видна на водной глади шлюпка и мужчина в ней. Козлов выстрелил.

– А, черт, промазал, - сквозь зубы проговорил он.

Опять хлопнул выстрел. Было видно, как, выронив весла, бандит схватился за плечо.

...Этой же ночью всех троих задержанных доставили в ЧК.

С. Карин

В СТАНЕ ВРАГА

Ночь была на редкость теплая. Ущербленная луна неярко освещала землю. Лежа на траве, Черненко видел причудливые очертания кустов полыни и круглые шары перекати-поля. Он напряженно всматривался в темноту. Там, где-то впереди, лежит вспаханное поле, за ним - целина и полоса озими. Днем нетрудно по известным ориентирам найти это место, но ночью...

Время тянулось медленно. Наконец где-то в стороне Пищева запели петухи. Пора! Черненко схватил торбу и, пригнувшись, побежал вперед, к границе.

Сделав несколько перебежек, заметил впереди двух солдат, бегущих ему навстречу с ружьями наперевес. Понял, что это польские пограничники.

– Стуй, стуй!
– кричали поляки.

Черненко упал. Поляки навалились на него.

– Я украинський повстанец, розуме, пан? Розуме, пан?
– несколько раз повторил Черненко.

Поляки привели Черненко в караулку, отобрали торбу, в которой было сало и полкраюхи черного хлеба, и втолкнули в сарай.

Сарай был битком набит людьми. Черненко примостился среди лежащих людей и весь превратился в слух. Люди шептались по-украински, по-польски, по-еврейски, но о чем - разобрать было трудно.

Часа через полтора в сарае стихло. Но вряд ли кто из задержанных на границе мог спокойно спать! Не спал и Черненко. Он вспоминал недавние события, которые привели его, чекиста из Елисаветграда [Сейчас Кировоград], сюда, на польскую границу.

...Шел 1921 год. После упорных боев был заключен мирный договор с Польшей. От Советской Украины и Со

ветской Белоруссии были отторгнуты их западные области.

Но польская шляхта, подстрекаемая своими союзниками, не думала прекращать борьбу с Советской Россией. Мечтая о захвате Украины, Белоруссии, пилсудчики вербовали шпионов и диверсантов из петлюровских банд, отброшенных Красной Армией за кордон.

Самая большая ставка делалась на организацию контрреволюционного подполья и мятежей на территории Советской Украины.

Ф. Э. Дзержинский поставил перед Украинской ЧК задачу: бороться с бандитами и диверсантами, ликвидировать подпольные организации, проникать в заграничные центры контрреволюции, чтобы выведать их планы и методы.