Осознанное сновидение
Шрифт:
Одним из заданий, заинтересовавших меня, было: «Выяснить, что собой представляют персонажи в вашем сновидении». Так как я уже просил сновидных фигур объяснять символы сновидения, то я с нетерпением ждал, когда сновидная фигура объяснит саму себя. Итак, проезжая по делам возле Чикаго, я перед сном внушал себе достичь осознанности и выяснить, что собой представляет персонаж сновидения. Той ночью у меня было следующее сновидение (Март 1985):
Заходя в офисное здание, я протянул руку, чтобы открыть дверь, и подумал: «Мои руки! Я вижу сон!» Я открыл дверь, спрашивая себя: «Итак, что я собирался сделать?» Затем я вспомнил задание на этот месяц: выяснить, что собой представляют люди в моём сновидении.
Я пошёл вниз по коридору, испытывая прилив сил, оттого что я вспомнил своё задание для осознанного сновидения. Я повернул направо через дверь и вошёл в обычный офис. Там было четыре человека (сновидные фигуры): модно одетая молодая женщина справа от меня, секретарь за стойкой, пожилой мужчина в костюме и другая женщина, читающая журнал.
Я задумался на мгновенье и хотя какая-то часть меня хотела поговорить с модно одетой женщиной, я всё же решил поговорить с мужчиной слева.
Он смотрел на картину на стене, когда я подошёл к нему и спросил: «Что ты собой представляешь?»
Он повернулся ко мне, и случилось нечто крайне странное. Над ним раздался голос, который ответил: «Приобретённые характеристики!»
Я запомнил эту фразу, но какой в ней смысл. Итак, я спросил: «Приобретённые характеристики чего?»
Голос, кажется, на мгновенье заколебался, прежде чем снова раздаться над этим мужчиной: «Приобретённые характеристики счастливого подателя!» Я повторил это себе и понял, что выполнил своё задание. Я подумал, должен ли я остаться в сновидении или выйти. Глядя на этого пожилого мужчину — среднего роста, немного полного, лысеющего, с добродушным, радостным лицом — я забеспокоился, что забуду это, если не выйду, так что я сказал себе просыпаться. В этот момент возникло любопытное переживание: пребывания в сновидении и ощущении себя в кровати одновременно; кажется, это длилось несколько секунд.
Во всех моих прошлых осознанных сновидениях говорили (или нет) сами персонажи сновидения, когда я обращался к ним. Теперь же ответ пришёл с места над персонажем сновидения, — это однозначно было неожиданным. Мне пришлось спросить у голоса («Приобретённые характеристики чего?»), который дал полный ответ («Приобретённые характеристики счастливого подателя»), «Счастливый податель, счастливый податель…» — я крутил этот ответ в своём уме. Затем меня осенило. За день до этого сновидения я остановился и разговаривал с главой местного благотворительного учреждения. Она действительно удивила меня своим отрицательным мнением о её спонсорах, рассказывая мне, что они подают только для того, чтобы их имена внесли в годовой отчёт о благотворительности. Она была таким несчастным получателем, что я сказал про себя: «Господь любит счастливых подателей», когда удалялся от неё. Теперь же, в этом сновидении я встретился с этим обрывком дневного переживания — счастливым подателем.
Ездя по Чикаго в тот день, я продолжал вспоминать тот голос. Почему не ответил персонаж сновидения? Почему голос раздался свыше? Я ни намеревался, ни ожидал этого. Неожиданное повторилось, на этот раз по-крупному.
Так как этот опыт опрокидывал мои предположения об осознанном сновидении, то у меня в уме начал оформляться странный вопрос. А что если осознанное сновидение просто отразило то, что я ожидал пережить, да и как может случиться что-либо неожиданное? Означает ли наличие неожиданного, что осознанные сновидения проистекают не из мыслей, воспоминаний и ума моего бодрствующего «я»? И если так, то откуда приходит неожиданное? И почему этот голос был свыше?
Я думал: пережил ли сейчас я сознательно что-то большее, чем моё сознательное «я»? Откуда пришли эти другие аспекты осознанности, так как они, кажется, не возникли из моего бодрствующего «я»?
Спустя годы я обнаружил, что Юнг размышлял почти так же, утверждая, что человек находит нечто гораздо большее в сновидениях, чем просто размышления сознательного ума и сознательные воспоминания. В сновидении человек соприкасается с бессознательным, чем-то, что выходит за пределы бодрствующего «я». Как заметил Юнг: «Скажем так, бессознательное представляется полем переживания неограниченного протяжения. Если бы оно было лишь отражением сознательного ума, то мы могли бы с полным правом назвать его миром психического Зазеркалья. В этом случае подлинный источник всего содержания и деятельности лежал бы в сознательном уме, и в бессознательном не было бы абсолютно ничего, за исключением искажённых отражений сознательного содержания… Опытные данные опровергают это» [36] .
36
С.G. Jung. The Relation between the Ego and the Unconscious.
– in The Basic writings of C.G.Jung (1993), стр. 196.
В это время мои опыты с осознанными сновидениями привели меня к такому же пониманию — бессознательное не просто отражает «мир психического Зазеркалья» сознательного ума. Всякий раз, когда я переживал неожиданное в осознанном сновидении, я переживал нечто «за зеркалом», за сознательным умом. Информация приходила не от моего бодрствующего «я»; скорее она приходила из бессознательного, из «поля переживания неограниченного протяжения».
Юнг продолжал: «Так как бессознательное является не просто зеркальным отражением, но независимой, продуктивной деятельностью, то его область переживаний является «я»-содержащим миром, имеющим свою собственную реальность, о которой мы можем только сказать, что она воздействует на нас, как и мы воздействуем на неё — как раз то, что мы говорим о нашем переживании внешнего мира» [37] .
37
Там же, стр. 196–197.
Внезапно я понял, что когда осознанные сновидцы задают сновидению вопрос или просят сновидение что-нибудь сделать (например, «я хочу здесь увидеть больше привлекательных женщин, когда я снова открою эту дверь!»), то бессознательное самостоятельно прислушивается и отвечает. Осознав себя в сновидении, человек получает доступ к внутренней реальности бессознательного и его творческой силе. Но так как мы, осознанные сновидцы, стремимся фокусироваться лишь на наших собственных действиях и манипуляциях в состоянии сновидения, и так как мы предполагаем, что мы творим в сновидении, то мы никогда не удосуживаемся спросить само сновидение. Переступив через себя, мы должны прекратить фокусироваться на наших делах и манипуляциях, и дать бессознательному возможность ответить.
Итак, всего лишь в нескольких опытах с осознанными сновидениями я смог увидеть драматическую развязку: Бессознательное не было хаотичным, примитивным и архаичным. Бессознательное представлялось как сознательным, так и живым.
Постучаться в дверь бессознательного
В последующие месяцы у меня начались более разнообразные и интересные осознанные сновидения. Казалось, сновидение открывалось с ростом моего любопытства и догадок; возникли внутренние связи на каких-то более глубоких уровнях. В одном из следующих осознанных сновидений я обнаружил себя путешествующим в космосе. Был ли это внутренний или внешний космос, — я не был уверен (Май 1985):
Я нахожусь с некоторыми друзьями в космической темноте. Кажется, мы на какой-то платформе, но она нигде не стоит, она ни к чему не прикреплена, мы окружены космосом. Кажется, в этот момент я осознал сновидение и решил полететь. Какое невероятное путешествие! Я лечу сквозь пространство, но внезапно я понимаю, что я также лечу и сквозь время. В этот момент я знаю, что пространство равно времени, и это пространство каким-то образом сморщивается — по мере того как я продвигаюсь в нём, оно оказывается в одних местах толще, чем в других.
Внезапно сзади меня пролетает пара, держащая яркие багряно-красные светящиеся струны. Я беру одну струну и использую её, чтобы помочь себе двигаться. Впереди я вижу великолепную группу сияющих полос света — золотистых, красных, невообразимо ярких цветов, непохожих ни на что, что я когда-либо видел в бодрствующей реальности. Это превосходило неоновые лампы, даже свет лазера. Эти ослепительно яркие полосы простирались во тьму.
В таких как это осознанных сновидениях вы чувствуете, что вы вышли за пределы мировоззрения сознательного бодрствующего ума. Вы знаете вещи, не зная, как вы знаете. Вы видите вещи, которые невозможно выразить словами, так как они вне какой-либо физической точки отсчёта. Внутренний мир, которым так легко пренебрегают, здесь предстаёт невероятно ярким и таинственным, чем когда-либо прежде.
И всё же я был в смущении. Наличие более фантастичных и потрясающих осознанных сновидений лишь обострили моё любопытство. Что же скрывается за осознанным сновидением? На каждом этапе моего опыта появлялось нечто большее в осознанном сновидении. Бессознательное продолжало усложняться.
Тем временем, следующее задание «Проекта Осознанность» содержало идею расширения «пространства» в осознанном сновидении, — любопытная идея. Как мне представлялось, осознанный сновидец действует в мысленном пространстве. Но каковы характеристики этого мысленного пространства? Имеет ли пространство сновидения границы? Что заставляет пространство проявится в сновидении?
Заинтригованный, я осознал себя в следующем сновидении:
Я начал исследовать длинный коридор, где работали какие-то женщины над чем-то, что они называли «матрицей человека» [38] . Каким-то образом мне пришло на ум, что объединение определённых чувственных восприятий создаёт «матрицу человека». Я увидел на полу четыре или пять матриц для частей тела: ног, рук и часть для туловища.
Вспомнив, что моим заданием на этот месяц было «расширение пространства», я почувствовал прилив радостной энергии. Мне пришло на ум, что через расширение пространства осознанный сновидец задействует бессознательное для того, чтобы творить! Я начал бежать по коридору, и по ходу я открывал все двери, какие мог найти! Заглядывая внутрь, я знал, что я расширяю пространство сновидения!
Открывая каждую дверь, мой быстрый взгляд заставлял что-то появляться, хотя я и не знал, что. Открывая первую дверь, появилась жилая комната. Открывая следующую дверь, я увидел пустой офис. Открывая каждую дверь, я тем самым расширял пространство сновидения. Но кто наполняет пространство его содержанием? Делал это я, или мой друг, сознательное бессознательное и его теперь перетрудившийся «мастер на все руки»?
Наконец я выбежал из здания и попал на площадь. Ага, другое пространство! Затем я вспомнил технику «верчения» Стивена Лабержа (когда осознанный сновидец вертится и ожидает увидеть новую картину сновидения; часто это делается, когда человек чувствует, что сновидение вот-вот схлопнется). Я подумал: «Вот ещё один способ расширения пространства!» и начал вертеться.
38
The mold of man; mold — матрица, в смысле пресс-форма, форма для литья. — прим. перев.
Я проснулся с чувством ликования. Я начал понимать, что мой фокус сознания, или мой «эффект наблюдателя», создаёт необходимость для появления пространства. Затем этот фокус каким-то образом запускает бессознательные процессы, чтобы заполнить это пространство. Если я намеривался проявить нечто конкретное в этом пространстве, то оно обычно и появлялось; иначе, бессознательное само создавало нечто подходящее или правдоподобное.
В «нигде» пространства осознанного сновидения всё было в возможности, — кажется. Сознательное фокусирование активирует возможности этого пространства и начинает творческий процесс по приданию форм бесформенному. В это короткое мгновенье начинается творческий танец бессознательного и сознательного. Когда сознательный фокус заканчивается, пространство схлопывается, как я полагаю, к своей первичной форме — чистой возможности.