Чтение онлайн

Вот мы втроем с папой и Котом, озираясь по сторонам, открываем люк. Кот, замерший с окороком в руках. Я протягиваю отцу клетку с крысами. Вот отец помогает мне спуститься в подпол. Вот мы втроем осматриваем помещение. Папа, который положил сверток на пол и сложил ладони замком, чтобы помочь мне вылезти. Картинка выключилась тогда, когда мы отдалились от руин около сотни метров.

Когда видение первый раз показало наши образы, я услышала тихое оханье над головой, и Алесс сжал мои плечи. Я попыталась вырваться, но он держал крепко.

– - Верена, ты?!

Все присутствующие посмотрели на меня. Кто с осуждением, кто сочувственно.

– - Видите, мы к книге никакого отношения не имеем, - победно засмеялась Кассильда.

– - Девочка, ты соображаешь, что вы натворили?
– спросил некромант.

– - Они грозились убить бабушку, - прошептала я.

– - Подумаешь, одна старуха. Она и так скоро помрет, - усмехнулся магистр Рошар. Сотис тут же на него цикнул, сочувственно посмотрев на меня, но боевик упрямо продолжил: - Зато теперь могут погибнуть сотни.

Я пораженно посмотрела на мага. Нет, прав был отец. Их интересовали только свои цели, а не конкретные люди. Теория малой жертвы, как сказал папа. Если бы не взяли освобождение бабушки в свои руки, то никто не стал бы волноваться.

– - Видишь, Верена, - усмехнулась Кассильда, - какие они, маги. Что им до простых людей.

– - Помолчи, сами не лучше, - откликнулся боевик.

– - Верно. Только мы не изображаем из себя воплощенную добродетель.

– - Верена, где книга?
– сурово спросил некромант.

– - Там, - я мотнула головой в сторону, куда во время боя отлетел сверток.
– Под печью.

Он подошел к печи и, встав на колени, достал сверток. Развернув фолиант, он пораженно застыл, рассматривая содержимое. Увидев неладное, к нему подошел магистр Сотис.

– - "Эльфийский язык для начинающих. Самоучитель", - медленно прочитал он и недоуменно посмотрел на меня.

Я ответила таким же ничего не понимающим видом. Какой эльфийский язык? Я же точно знаю, что там внутри не учебник, а искомый фолиант.

– - Как самоучитель?
– удивилась Кассильда. Ее глаза потемнели от злости, она рванулась ко мне, но магистр Рошар не дал ей такой возможности, дернув за веревки, которыми она была связана.
– Дрянь! Обманщица! Ты за это заплатишь.

– - Молодец, девочка, - похвалил меня магистр Торрик.
– Умница, додумалась подменить книгу.

Я не стала их разубеждать, просто стола и пыталась сообразить, что произошло. Ничего утешительного не получалось. Если я не ошибаюсь, то это опять постарался папочка. И когда только успел? Он же постоянно находился в моем поле зрения. Или все-таки не постоянно? Нет, нет. Я же видела, как он заворачивал ее в полотенце и сразу же отдал мне. А может ее подменил Кот, пока водил по сугробам?

Пока я в памяти восстанавливала в памяти последние события, почти выпала из реальности. Краем уха слышала, как меня хвалили, отмечала, как дружески хлопали по плечам, но все как-то проходило мимо меня.

– - Рошар, забирай этих двух и отправляй их в столицу, - скомандовал некромант.
– А мы проводим эту замечательную девушку и ее родственницу, заберем книгу и позже присоединимся к тебе. Думаю, Ковенту будет интересно узнать о событиях из первых уст.

Боевик заставил подняться обеих связанных женщин и, достав из-за пазухи амулет, активировал портал. Когда они исчезли, некромант подошел к бабушке и, взяв под руку, повел ее из домика. Мне лишь осталось последовать за ними, сопровождаемая братом. Было ощущение, что Алесс меня буквально конвоирует.

За все время сражения сельчане благоразумно прятались, не желая стать случайной жертвой разбушевавшихся колдунов. Теперь, когда боевые действия кончились, они вышли из укрытий и готовы были помочь нам добраться до дома. Запряженные витековым мерином сани уже стояли у порога.

Удобно усадив бабушку на покрытое одеялом сидение, господин Лутий сел рядом с ней, жестом указав мне место напротив себя. Когда братец устроился рядом, мои смутные подозрения начали подтверждаться. Я окончательно упала духом, когда на козлах разглядела Вульфа. На глаза навернулись слезы. Мне и в голову не могло придти, что родной брат и человек, точнее, оборотень, которого я считала другом, могут стать моими конвоирами.

Следом за нами верхом последовали оставшиеся колдуны, за ними потянулись остальные, поняв, что здесь продолжения больше не будет.

Когда сани тронулись, я обернулась и посмотрела назад. Мне показалось, что домик грустно смотрел нам вслед разбитыми окнами и жаловался скрипом распахнутой двери.

Примерно через полчаса мы уже подъезжали. Дом неожиданно встретил нас темными окнами. Дверь была заперта, печь стояла холодная, да и в доме было весьма прохладно.

– - Пап, ты дома?
– заходя, спросила я.

А в ответ - тишина.

Я зажгла свечу и огляделась. В доме никого не было. На столе что-то белело. Я подошла и увидела записку.

"Вереночка, прости своего старика, что вынужден тебя оставить в такой сложной ситуации. Ты наверняка уже знаешь, что я подменил фолиант на учебник, но у меня не было другого выхода. Когда-нибудь ты все узнаешь и, надеюсь, найдешь в себе силы простить. Папа".

Я в полной растерянности смотрела на листок в своих руках и никак не могла поверить в реальность происходящего. Внутри зрела обида, что меня предал самый близкий и родной человек.

Я не заметила, что шедший за мной брат, заглядывая через плечо, тоже прочитал записку. Он бережно вытащил ее из рук и протянул господину Лутию.

– - Верена, Верена, - словно сквозь вату услышала я голос Алесса.
– Ты меня слышишь? Книга у отца?

Я кивнула.

Все, что произошло дальше, запомнилось лишь частями. Как со стороны я наблюдала за разгоревшимся скандалом. Некромант требовал что-то ему немедленно рассказать, брат тоже о чем-то допытывался, тряся меня за плечи. Бабушка просила оставить "бедную деточку" в покое. Через какое-то время нас, наконец, оставили одних. Я села у бабушкиных ног прямо на пол и спрятала лицо у нее на коленях.

– - Ох, Вегис, Вегис, - тихо сказала бабушка, гладя меня по волосам.
– И во что ты опять ввязался. Ну, тихо, внученька, тихо. Все образуется, вот увидишь.

– - Бабушка, ну почему он со мной так?
– всхлипывая, спросила я.
– И с тобой. Ведь ты могла пострадать.

– - Но ведь ничего не случилось. Я дома, ты тоже. Обе живы-здоровы.

– - А если бы...

– - "Если" уже не считается.

– - Я же ему верила, каждому слову верила, - не могла я успокоиться.

– - Вот и продолжай верить. Я верю, и ты верь. Это самое сложное в жизни - по-настоящему верить. Без веры нет и любви, так, одна болтовня. Пусть твоя вера станет якорем.