Чтение онлайн

Несмотря на ворчание подруги, я улыбалась. Меня не уволили с работы, теперь не придётся на работе скрывать, что у меня есть дочь, кажется, жизнь налаживалась.

– Свет, спасибо тебе большое. Ты даже не представляешь, как меня выручила.

– Да ладно. – Махнула она на меня, хотя ещё десять минут назад метала гром и молнии, потому что я подкинула ей Машу, и звонком разбудила Матвея. – Знаешь, я сегодня с Никитой виделась.

Никита был отцом Матвея. Света была с ним в разводе, они развелись, когда Матвею было два года. Но он был неплохим отцом и человеком в целом. Достаточно часто забирал сына к себе, приезжал сам, подарки привозил, про праздники никогда не забывал.

Если бы у Маши было хотя бы такое, я была бы просто счастлива, мне большего было и не нужно. Но моя дочь жила в условиях, когда её отец о ней, ради её же безопасности, просто не знал.

– Приезжал с Матвеем повидаться? – Буднично уточнила я. Маша сидела рядом и, прихлебывая чай, не торопясь жевала какой-то пирог. Я ругалась, когда Света кормила её сладким на ночь, потому что потом обычно долго не могла её успокоить и уложить спать, но в этот раз промолчала, потому что соседка итак меня выручала чаще чем кто бы то ни был.

– Да нет, в том-то и дело, сказал, что всё обдумал, и хочет вернуться к нам с Матвеем обратно. Представляешь? – Света сидела явно ошарашенная. У неё, на самом деле, не было других отношений после расставания с Никитой, но я не думала, что они когда-нибудь снова сойдутся.

– Ого, и что ты думаешь?

– А что я могу думать? Я не знаю. Так ему и сказала. Уже почти три года прошло с развода, я уже привыкла жить с Матвеем вдвоём.

– Да я не про то. Ты к нему хоть что-то чувствуешь ещё? Он же, наверное, не к Матвею жить хочет вернуться, а к тебе.

– Ой, Ник. Я уже и не знаю. Когда разводились, я думала, сердце у меня разорвётся, а потом как-то подутихло всё. Перенаправила свою любовь на ребёнка, и как-то потерялась сама в этой мамской жизни. Вот ты, помнишь ещё, что такое любить вообще?

Почему-то при словах о любви в голову сразу пришёл мой начальник, и то, как он стоял сегодня в коридоре, и шептал мне слова о том, какая я красивая. Я потрясла головой, рассеивая неуместные образы. Но Света восприняла мои движения головой как отрицательный ответ. Может, оно было и к лучшему.

– Ну вот, и я так же. Будто и не со мной всё это было. Наверное, будет лучше оставить всё как есть.

– Да почему? Обещай мне подумать получше над этим вопросом. Вы с Никитой оба хорошие люди, просто в какой-то момент не смогли уладить конфликт между собой. Но вы же времени зря не теряли. Оба повзрослели, помудрели. Вдруг, на этот раз всё получится? Тем более, что у вас общий ребёнок. Стоит попытаться, как мне кажется, хотя бы ради него.

– Думаешь? Ладно, загрузила я тебя своими проблемами на ночь глядя, не бери в голову. Вон, Машка уже чай допила, сидит, уши развесила, взрослые разговоры слушает.

Я перевела взгляд на дочь, которая действительно с интересом за нами следила. Ещё раз поблагодарив соседку, я ушла с дочкой к себе домой, и второй раз за вечер принялась укладывать её спать.

– Мам, а ты меня любишь?

– Ну конечно, золотце – я поцеловала её в лобик, - Ты чего такое спрашиваешь вообще.

– А бабушку? – Не унималась она.

– И бабушку тоже очень люблю. Что на тебя нашло сегодня?

– Тогда почему ты сказала тёте Свете, что забыла, как любить. Хочешь, я тебе напомню?

– Ну давай, напомни – засмеялась я, а Маша привстала на кровати, и крепко обняла меня за шею.

– Теперь вспомнила? – тихо спросила она, ложась обратно в кровать.

– Да, вспомнила.

На удивление, даже не смотря на сладкий пирог, дочка заснула очень быстро.

А я отправилась на кухню, чтобы заняться своим букетом. Я обожала цветы, но очень редко их получала.

Чаще всего я говорила, что они мне совсем и не нужны, пустая трата денег, ведь цветы очень недолговечны, и могут быстро завять. Но когда мне их дарили, радовалась, как маленькая девочка.

Вот и сейчас, я бережно подрезала каждую, из двадцати пяти роз, потрогала бархатные лепесточки, и поставила этот букет в свою единственную вазу, чтобы он радовал нас за завтраком и вечерами.

Пожалуй, впервые за последние пять лет я засыпала с теплым чувством внутри, что всё будет хорошо.

На следующий день, когда я проснулась, всё произошедшее казалось мне каким-то сном. Эмоции поутихли, и с утра мне казалось чем-то нереальным, что мой босс, злой цербер, к которому я устраивалась, мог не только прийти ко мне с извинениями домой с букетом цветов, но и простить обман касательно дочери.

Однако, цветы на кухонном столе говорили об обратном. Это всё точно было реальностью.

Несмотря на достаточно мирное окончание вечера, перед встречей с начальством на следующий день я волновалась. Как мне теперь себя вести? Не будет ли он, действительно, теперь относиться ко мне как-то иначе?

И первый шок меня ждал уже когда я пришла в офис: к моему приходу босса ещё не было на рабочем месте.

Сначала я обрадовалась, подумав, что могу спокойно провести рабочее утро, но затем, тревожные мысли начали посещать меня одна за другой.

Вчера он вызвал такси с моего телефона, потому что его телефон сел. А это значило, что он сел в машину абсолютно незнакомого человека, и уехал без средства связи.

Что, если водитель не довёз его? Он же мог оказаться маньяком. Остановился где-то в лесу, треснул Дмитрию Романовичу по голове дубинкой и всё, до свидания. Мой начальник, конечно, мужчина крепкий и спортивный, но он же явно выпивший вчера приезжал.

Ну конечно!

От алкоголя он, наверное, стал агрессивный, начал пререкаться с водителем, и тот остановился в лесу и треснул его дубинкой по голове.

Почему все фантазии у меня заканчивались дубинкой и лесом, я сказать точно не могла, но вот то, что я разволновалась не на шутку, оставалось фактом.

Трясущимися от страха руками, я принялась набирать номер Дмитрия Романовича, который, к моему сожалению, оказался недоступен. Это ещё больше усилило панику внутри меня.

Забежав впервые без спроса в его кабинет, я схватила личные дела, и начала их перебирать. Я хотела найти его личное дело, и узнать там его домашний адрес.

Кажется, от волнения, мой мозг совсем поплыл. Запоздало сообразив, что вряд ли он хранит своё личное дело у себя в кабинете, я почти пошла обратно в приёмную, когда мой взгляд наткнулся на фотографию на его рабочем столе. С этого ракурса я ещё никогда не стояла, поэтому фото обычно было видно только самому боссу.