Чтение онлайн

Перед официальной встречей с Савелием для разговора по поводу смерти Велихова Богомолов немного волновался. Почему? Потому что никак не мог понять, отчего Савелий не рассказал ему о личной встрече с Позиным и о злополучном мобильнике для Велихова. Константин Иванович ощущал некую обиду. И если бы не эта обида, то он бы обязательно перед официальной встречей позвонил крестнику, чтобы прямо спросить о том, что его мучило. Теперь же ему интересно было узнать, как Савелий будет выкручиваться? И он, чтобы избежать искушения, попросил Виктора вызвать Савелия для официального опроса. А чтобы быть последовательным - для протокола, - обратился к нему в соответствии с легендой: по фамилии Мануйлов.

– Здравствуйте, господин Мануйлов.

– Добрый день.

– Вы знаете, почему вас пригласили?

– Да, капитан Джеймс ввел меня в курс дела.

– Вы не возражаете против того, чтобы наша беседа записывалась на диктофон.

– Никаких возражений!

Виктор включает диктофон.

– Я, генерал ФСБ Богомолов Константин Иванович, в присутствии капитана ФБР Виктора Джеймса начинаю опрос свидетеля Сергея Мануйлова в связи с кончиной господина Велихова Аркадия Романовича. Вы были знакомы с покойным?

– Лично нет, знаю о нем только из средств массовой информации.

– Вы виделись с ним в Америке?

– Нет.

– Вы хотели с ним встретиться?

– Да, была такая необходимость, - без промедления ответил Савелий, чем действительно удивил Богомолова: откуда генералу было знать, что Виктор вопреки всем правилам расскажет Савелию о допросе Позина во всех деталях.

– Вы не могли бы подробнее пояснить, в чем заключалась такая необходимость?

– Один наш общий знакомый, узнав, что я еду в Америку, попросил меня оказать любезность и передать господину Велихову мобильный телефон. Он дал мне номер домашнего телефона Велихова в Нью-Йорке, но я никак не мог застать его дома, а тут и подвернулся случай: меня познакомили с господином Позиным, который оказался в близком знакомстве с господином Велиховым и должен был провожать его при отлете в Израиль. Я и решил воспользоваться этим случаем. Савелий произнес все это таким тоном, словно это настолько очевидно, что любой бы поступил на его месте точно так же.

– Хорошо, допустим. Господин Мануйлов, вы можете назвать того, кто дал вам этот мобильный телефон в Москве для передачи господину Велихову?

– Конечно. Это Колокольников Василий Апполинарьевич. Насколько мне известно, он работает в вашей конторе, - спокойно ответил Савелий.

От такого нахальства Богомолов едва не подпрыгнул в кресле. И он, и Савелий знали, что Василий Колокольников, после его предательства арестованный и заключенный в Лефортовскую тюрьму, вскоре был найден в камере повешенным. Было подозрение, что ему кто-то помог в этом, но доказать ничего не удалось, и дело закрыли. Сейчас, услышав, на кого так нахально ссылается Савелий, Богомолов был вынужден проглотить пилюлю.

– И что, так просто сказал: "Сергей, будь добр, передай этот мобильник Аркадию Романовичу?"

– Нет, попросил, чтобы при вручении я сказал ему, что это от Джохара, глядя на Богомолова невинными глазами, ответил Савелий.

– И кто такой этот Джохар?

– А вы спросите об этом Василия Колокольникова.

– Обязательно спрошу!
– пообещал генерал.
– У меня вопросов больше нет. А у вас, капитан?

– Вопросов нет, сэр, - четко ответил Виктор.

– Хорошо, опрос закончен, - сказал Богомолов, и, когда Виктор выключил диктофон, обратился к нему: - Послушай, Виктор, ты кажется хотел чайку попить?

– Давно хотел!
– понимающе подхватил капитан и тут же вышел.

– Ну ты и нахал!
– недовольно буркнул Богомолов, обращаясь к Савелию.

– А что мне оставалось делать, если вы даже не позвонили перед вызовом? ответил тот.

– А почему ты мне не сказал, что лично встречался с Позиным?

– Я думал, что вы сами догадаетесь: я же спрашивал о нем у вас!

– А что это за история с мобильником?

– Ой, Константин Иванович, зачем вам, генералу ФСБ, знать о таких пустяках? Этот подонок получил то, что заслужил, а как и кто помог ему в этом, - Савелий махнул рукой, - не все ли равно?

– Ладно, на самом деле ты прав, но мне нужно же написать правдоподобное заключение.

– А как звучит медицинское заключение?

– Кровоизлияние в мозг.

– Чем оно вас не устраивает?

– Меня лично вполне устраивает, - признался генерал, - я для себя хочу узнать правду.

– А если для себя, то было бы совсем неплохо за-брать у полиции или уничтожить этот мобильник, - улыбнулся Савелий.
– Собственно говоря, мобильник нужно вернуть хозяину, - с хитринкой в глазах намекнул Бешеный.

– Вот теперь понял, - облегченно улыбнулся генерал.

– У меня есть к вам одна просьба.

– Говорите, выполню любую!

– Мне нужно узнать все, что известно вашему департаменту о господине Широши: кто он? Чем занимается? На кого работает? Был ли в России? Имел ли контакты с советскими учеными, занимающимися разработкой новых источников энергии?

– Вот даже как?

– И было бы очень здорово, если бы вы разузнали, кто был основным разработчиком этой новой энергии? И где он сейчас?

– Сложно это: много времени прошло, тем более что тогда этим занимался специальный отдел КГБ, но попробую...

После Савелия Богомолов опросил еще личного секретаря Велихова и трех его телохранителей, но они отсутствовали в момент смерти патрона и ничего путного сказать не могли, что и было отмечено Богомоловым в своем отчете Кремлю.

Проблем с изъятием мобильника никаких не было: не вдаваясь в подробности, Константин Иванович дал прослушать запись, сделанную во время опроса всех свидетелей, Майклу, потом попросил изъять злополучный мобильник из вещей Велихова для возврата его Савелию. Майкл не стал вникать в детали и задавать лишние вопросы, тем более что окончательный вывод Богомолова совпадал с диагнозом полицейского врача, а просто взял телефон и вернул его Савелию, который его моментально уничтожил.

Богомолов не стал использовать все десять суток, отпущенные ему на пребывание в Нью-Йорке: погуляв пару дней по городу, он закатил шикарный прощальный ужин в одном из самых фешенебельных ресторанов на Бродвее "за счет российского правительства", на который пригласил всех, с кем познакомился на свадьбе, и на следующий день улетел в Москву...

Глава VII

Разговоры по душам

Как мы помним, Савелий знал от Виктора Джеймса, несколько нарушившего ради своего спасителя тайну следствия, о том, какие показания дал Александр Позин, и без труда догадался, какие того мучают мысли и сомнения. Не то чтобы Бешеный испытывал угрызения совести - ведь по большому счету он был прав, выполняя свой долг перед Космосом, наделившим его одновременно функциями Судьи и Палача.

Однако он все-таки ощущал некоторое беспокойство, причем вовсе не за себя лично - показания Позина не бросили на Бешеного и тени подозрений, и завершенное следствие ему ничем не грозило. Савелий был озабочен душевным состоянием Позина, который, судя по словам Богомолова, мог винить себя как невольного убийцу своего хорошего знакомого.

В тот момент, когда Савелий просил Позина передать Велихову мобильный телефон, Бешеного посетила шальная мысль, а не пригласить ли Позина на свадьбу, но он воздержался потому, что на свадьбу должны были прийти только близкие, давно знакомые люди, а Позин был чужой. Чужой? Конечно, Савелий не мог воспринимать его как близкого приятеля, но Судьбе было угодно связать их жизненные пути тугим узлом смерти, и Савелий остро ощутил свою ответственность за этого человека, невольно ставшего орудием справедливого возмездия.