Остров Бешенного
Шрифт:
– Достаточно!– сказал он.– Ложись на спину!
– Как скажете, сеньор.– Она быстро легла на спину, раздвинула ноги, прикрыла глаза и часто задышала, возбуждаясь от ожидания.
С трудом совладав с нахлынувшей страстью, Савелий сделал пару глубоких вздохов, осторожно соединил ее ноги и правой ладонью поводил над животом Окоталь. Его ладонь тут же обожгло, он ощутил тепло посторонней ауры. Окоталь не ошиблась, в ней начала зарождаться новая жизнь. Собственно говоря, жизни как таковой пока еще не было, но два начала уже встретились, соединились и создалась новая аура. К счастью, все еще можно было поправить без ущерба для организма Окоталь.
Савелий вытянул руки вверх ладонями, напряг все свои энергетические силы, призывая в них силы Космоса. А когда почувствовал, как ладони отяжелели, соединил их, не прикасаясь ими друг к другу, потом резко развел, направляя мощный поток энергии в живот Окоталь. Невидимый луч преодолел преграду и проник внутрь организма молодой женщины. Окоталь невольно вскрикнула, однако глаз не открыла.
– Больно?– спросил Савелий.
– Нет, страшно, сеньор! Словно в меня кто-то вошел и что-то делает в животе.
– Все будет хорошо.
– Я знаю, сеньор, потому что мне и сейчас хорошо, а в низу живота тяжесть, как бывает у меня, когда приходят месячные...
– Будь готова, через час они у тебя начнутся.
– Боже, сеньор, это странно, но я почему-то вам верю.
– Ты полежи немного, минут двадцать, а потом можешь заниматься всем, чем угодно, как обычно.
– Но я же вас еще не поселила, сеньор.
– Ничего страшного, я отлично знаю, где ключи от номеров.
– Постояльцев в это время года всегда кот наплакал, и тот номер, в котором сеньор останавливался в прошлый раз, сейчас свободен. Если сеньор хочет, то может в нем и поселиться, я потом все оформлю?
– Вот и ладненько! Отдыхай, девочка!
– Спасибо вам, сеньор! Вы очень и очень добрый и хороший, - тихо проговорила Окоталь.
Савелий повторил:
– Все будет хорошо... У меня есть одна маленькая просьба.
– Все, что угодно, сеньор!
– Сообщи старому Киламбе о моем приезде и передай, что я очень хотел бы с ним завтра встретиться.
– Конечно, сеньор!
Савелий поселился в свой номер, немного подремал, отдыхая с дороги, потом погулял по острову, наслаждаясь удивительными красками природы, сытно поужинал, посмотрел телевизор и крепко заснул.
Рано утром его разбудил телефонный звонок Окоталь:
– Извините, сеньор, пришел старый Киламбе. Ему подняться к сеньору в номер или сеньор сам спустится к нему?
– Пусть подождет в ресторане, минут через пятнадцать я спущусь к нему. Как ты себя чувствуешь?
– Ой, сеньор, я так счастлива!– радостно воскликнула девушка.– У меня все хорошо! Все случилось так, как вы, сеньор, мне и говорили.
– Ну вот и отлично. Чаще повторяй: у меня все будет хорошо.
– У меня все будет хорошо, - эхом откликнулась Окоталь...
Когда Савелий спустился в ресторан, старый Киламбе сидел за барной стойкой и с важным видом потягивал баночное пиво из соломки.
– Приветствую тебя, отец!
– Старый Киламбе всегда очень рад видеть хорошего человека, сынок.
– Давай сядем за столик, - предложил Савелий.
В зале сидела только одна пожилая пара, и они заняли столик подальше от них. Подошел официант:
– Что вам принести на завтрак?
– Отец, что ты хочешь?
– Старый Киламбе уже позавтракал и будет пить только пиво.
– В таком случае мне принесите на ваше усмотрение.
Когда официант отошел, Савелий не стал ходить вокруг да около:
– Дорогой Киламбе, мне очень нужно поговорить с Раулем. Если можешь, помоги мне. Это чрезвычайно важно.
– Важно для кого?
– Для меня.
Киламбе немного подумал, потом сказал:
– Это будет нелегко сделать. Но старый Киламбе попробует. Старый Киламбе давно знает Рауля, и он один из немногих, кому Рауль доверяет.
Поговорив немного о его сыне и о бедной Окоталь, которая просто ожила с его приездом, старый Киламбе поднялся и сказал:
– Старый Киламбе не хочет мешать твоему завтраку, сынок, да и дела есть...
Найдя вечером того же дня Рауля, Киламбе привел его к себе домой, накормил, угостил стаканчиком своей знаменитой "кокосовки".
Рауль практически всегда отказывался от любых видов алкоголя, поскольку постоянно находился "на посту" и только в этот вечер все-таки согласился. Когда он ловко опрокинул стаканчик, старый Киламбе сказал:
– Рауль, помнишь того русского, с которым я тебя тогда познакомил, он хочет с тобой поговорить.
– Не о чем мне с ним говорить.
– Не горячись, Рауль! Если вы с ним встретитесь и немного поговорите, никому вреда не будет.
– А почему он из Америки прилетел? Он что, там живет?
– Нет. Живет он в России, но оттуда, сам знаешь, к нам теперь самолеты не летают. Этот русский очень похож на тех русских, у которых ты работал. Он добрый и бескорыстный, только еще и очень-очень сильный!
И Киламбе с восторгом поведал Раулю, как Савелий в одиночку без видимых усилий расправился с тремя противниками. Слушая старика Киламбе, Рауль вспомнил свои занятия с инструктором по рукопашному бою. Воспоминания эти были столь живы и отчетливы, что Рауль с необычайной остротой ощутил, как он соскучился по России, как он физически и морально устал от этого жалкого и абсолютно бессмысленного существования на Маисе. Его потянуло услышать звуки русской речи, но он сомневался, что после стольких лет отсутствия практики он будет говорить по-русски без ошибок.
Киламбе был даже несколько озадачен тем, что Рауль сравнительно легко согласился на встречу с Савелием, но отнес этот факт на счет своей необычайной силы убеждения, хотя, по сути, почтенный старец был на этот раз совершенно не прав.
Савелий напряженно думал, как ему построить предстоящий разговор с Раулем. Бешеный опасался, что он снова поведет себя неадекватно и попросту сбежит: ведь провести столько лет на острове, охраняя непонятно от кого непонятный объект, у кого хочешь крыша съедет. Но, к удивлению Савелия, когда они встретились в доме старого Киламбе, инициативу на себя взял Рауль, что Савелия в принципе устраивало.
– Почему тебя интересует лаборатория русских?– спокойно на чистом русском языке спросил Рауль.
Савелий на мгновение замешкался с ответом, но предпочел сказать правду:
– Мне нужно ее осмотреть, потому что, как ты сам знаешь, наши не все сумели вывезти оттуда.
– Ты знаешь тех, кто здесь работал?
– Нет.
– Почему?
Савелий не знал, что ответить, и за него ответил Рауль:
– Потому, что эти настоящие честные советские люди наверняка ушли в партизаны, чтобы сражаться с уродливым капиталистическим режимом, которому ты служишь! Вот почему!– убежденно изрек Рауль.