Чтение онлайн

— …приговор окончательный и обжалованию не подлежит! — не обращая никакого внимания на реплику собеседника, продолжил Савелий.

— А последнее слово? — куражась, спросил Велихов.

— Обойдешься!

— И сколько же мне осталось жить? — Велихов явно издевался.

— Приговор привести в исполнение немедленно! — ответил Савелий и произнес пароль: — Ад тебя ждет, гнида!

— Ад? — успел произнести Велихов, и в тот же момент ему показалось, что в его мозг впились сотни тонких иголок, от которых уже никак не избавиться.

К счастью для него, смерть пришла мгновенно, и Велихов не испытал никаких мучений…

— Этого мы никогда не узнаем, — повторил Савелий.

— Нет, я не разговор имел в виду. Конечно, я давно не читаю всяких там боевиков и шпионских романов, где персонажи гибнут от ядовитой иголки во время телефонного разговора, впившейся в ухо жертвы. Но помните смерть известного бизнесмена Ивана Кивелиди от какого-то ядовитого порошка, который насыпали в телефонную трубку?

— Очень маловероятно, — сказал Савелий. — Насколько я помню, этот порошок воздействовал на Кивелиди несколько месяцев.

— Знаете, Сергей, меня преследует одна довольно странная мысль — а не мог наш любезный и гостеприимный хозяин, господин Широши, подменить предназначенный Велихову телефон?

Савелий с недоумением посмотрел на Позина.

— Зачем?

— Не возражайте с ходу! Послушайте мои соображения: некая, пусть даже безумная, логика в них есть.

— Я весь внимание.

— Во-первых, вы помните, как резко отрицательно отзывался Широши о Велихове?

— Да. Что-то вроде «я не понимаю, почему он еще на свободе».

— Именно! Во-вторых, сам Широши — тип баснословно богатый, но в высшей степени темный. Я наводил справки у своих информированных американских приятелей. Так вот, с Широши крупные американские компании если и ведут какие-то дела, то крайне осторожно. Ничего достоверно предосудительного мне сообщить не могли, но слухи ходят разные. В-третьих, Широши от меня лично узнал, что я после нашего обеда отправляюсь к Велихову. Вот он и мог легко подменить аппарат. В ресторане было тепло, я помню. А вы свою куртку не снимали?

— Куртку я, по-моему, не снимал.

— Но и это не так важно. Прошлой осенью, во время думской предвыборной кампании, я был в Красноярске. После трудового рабочего дня мы с коллегой и парой милых местных барышень пошли в ресторан. Там по залу бродил какой-то мужик, здоровый такой, бородатый, ну тип этакого деревенского балагура, шутил вовсю, анекдоты рассказывал, подсаживался к разным столикам, где его угощали…

— А угощали многие, — усмехнулся Савелий, уже догадываясь, к чему клонит собеседник.

— Конечно. Подсел он и к нашему, рассказал пару каких-то глупых историй. Дамы наши отправились в туалет, а мне надо было позвонить. Только я поднялся, как встал с места и наш балагур. Он как-то неловко обнял меня за плечи и сказал: «А ты, москвич, видать очень хороший парень!» Я инстинктивно стряхнул его руку со своего плеча, потом сходил позвонил, а когда собрался расплатиться за ужин, бумажника в кармане не было. Простыл и след моего балагура. Денег там, правда, было немного, — Позин усмехнулся, — в принципе за такое изысканное артистическое мастерство можно было бы заплатить и дороже…

— Похоже, ваш красноярский балагур был и в самом деле классный щипач, то есть карманный вор, — поддержал разговор Савелий, — но как-то Широши совсем не похож на вора-карманника.

— А этот жуткий карлик, с которым Широши общался на непонятном языке?

— А что карлик?

— Карлик мог подменить телефон у вас в кармане.

— Дорогой Александр, у вас какая-то мания, какой-то навязчивый комплекс вины, природа которого мне не очень понятна.

— Вы правы, я все эти дни не могу заснуть без снотворного, — как-то по-детски пожаловался Позин. — Что же мне делать?

— Постараюсь вас от этого комплекса избавить. Во-первых, ваше логическое построение со злодеем Широши не выдерживает критики хотя бы потому, что Широши никак не мог знать, что у меня в кармане телефон, который я привез для передачи Велихову.

— Да-а-а, — протянул Позин, — пожалуй, вы правы. А подменять ваш личный мобильник Широши не имело никакого смысла — он ведь вас совсем не знает.

С этой естественной для Позина мыслью Савелий позволил себе не согласиться, но своих возражений вслух выражать не стал. Широши как раз излишне хорошо был осведомлен и о самом Савелии, и о его делах. Проблема эта требовала самого серьезного осмысления, но сейчас задача была одна — успокоить Позина.

— Так что Широши в качестве потенциального убийцы полностью отпадает, хотя допускаю, что у него могли быть какие-то свои тайные причины ненавидеть Велихова.

— Вот видите, — тут же подхватил Позин.

Савелию было немного стыдно оттого, что Позин, очевидно, целиком и полностью исключал любые подозрения в отношении своего нового знакомого Сергея Мануйлова.

— Давайте посмотрим на эту историю с другой стороны, — словно размышляя вслух, продолжил Бешеный. — Представьте себе ситуацию: вы ведете машину, соблюдая все правила и не превышая скорости. И вдруг — перебегающий дорогу в неположенном месте человек, вы — по тормозам, но ваша машина его все равно сбивает, и он умирает, не приходя в сознание. Расследование показывает, что в своей гибели виноват исключительно сам незадачливый пешеход, но интеллигентного человека все равно будут терзать угрызения совести, не так ли?

— Совершенно верно! — со вздохом кивнул Позин.

— А вот если вам сообщат, что под вашу машину попал матерый преступник, за которым тянется кровавый след многочисленных жертв, вы бы чувствовали себя виноватым? А может, невольным орудием справедливого возмездия или Судьбы?

— Наверное, вы правы. Как здорово вы мне все объяснили. Так, по-вашему, я не убийца?

— Считаю, что вас ни при каких условиях убийцей считать нельзя!

Позин был бесконечно благодарен этому спокойному, рассудительному человеку, который так все четко разложил по полочкам и снял тяжелый камень с его души, потому что Позин при всем его демонстративном цинизме и натуре игрока никогда не смотрел смерти в лицо и крайне опасался всего, что с ней было связано.

— Вы мне необыкновенно помогли. А теперь, могу ли я рассчитывать выпить с вами на брудершафт?

— Конечно! — немного удивился необычности этого порыва Савелий.

Они выпили, машинально чмокнули друг друга в щеки, посмотрели друг на друга, и вдруг оба неожиданно рассмеялись. Им обоим стало как-то легко и тепло.

— Я страшно рад, что с тобой познакомился, Сергей, — сказал Позин, — у меня таких друзей, как ты, никогда не было.

— Да ну, ладно, что ты выдумываешь, Саша, — Бешеный и правда немного смутился, — я самый обычный человек.