Чтение онлайн

Что-то знакомое, когда-то виденное напомнил этот предмет. Но что?.. Данко перочинным ножом попробовал колупнуть поверхность. Ну, конечно же, это вовсе не камень, а кость! Данко сразу вспомнил: он видел это в краеведческом музее.

–  Маша, да ведь это зуб мамонта!

–  Ну да?

–  Абсолютное да!

–  Живого?.. То-есть настоящего?

–  Не игрушечного же!

–  А что это тогда за клыки?

Волнуясь и гордясь, Данко объяснил ей, что отростки - никакие это не клыки, а корни зуба. А вот эта сторона, словно срезанная, с желобками,- верх зуба. Им мамонт перетирал пищу - ветки деревьев.

Переглянувшись, они бросились к той кочке, с которой недавно свалилась Маша. Они провозились тут, наверное, минут тридцать, но ничего больше не нашли в скользком жирном иле.

–  Нет, так ничего не выйдет,- сказал Данко.- Мы потом настоящие раскопки организуем. Потому что раз нашли зуб, значит, где-то недалеко должны быть и бивни и всё остальное.

–  Как же в воде-то копать?

–  Мы весь отряд позовём. Сколотим такие щиты, огородим ими участок, забьём в землю и всю воду вычерпаем. Если понадобится, так и ваш отряд позовём.

–  Конечно, понадобится. Как же иначе!

–  А кроме того, это болотце всё равно нужно осушать, раз тут лагерь будет. Можно прокопать такие канавы, и вся вода стечёт… Ну, давай двигаться дальше. До этой кочки у тебя какой счёт шагам был?

–  Ой, забыла…

–  И я забыл. Не то тридцать, не то… В общем давай мерять снова. Да поскорей, а то гроза, похоже, надвигается.

Небо начинали застилать тучи. Чтобы не таскать с собой лишний груз, Данко предложил находку пока запрятать, но Маша и думать об этом не захотела. Так и шагала она по болоту, держа зуб мамонта подмышкой. Бок и рука от этого устали, было больно, но - пусть!..

Метров через сто они набрели на ручей. Он мало походил на обычные ручьи, которые текут в берегах, однако всё же это был ручей: проток чистой воды устремлялся через болото в Светлую. Данко зашлёпал вверх по его течению, и Маша, конечно, за ним.

Ручей тёк от родника, что булькал из-под холма недалеко от края болота. Данко плеснул холодной воды в лицо, почему-то сразу насторожился и, зачерпнув, попробовал воду на язык. Тут он крикнул: «Бежим!», схватил Машу за руку и потащил её за собой в глубь острова. Они пробежали немного - Данко остановился, и Маша увидела перед собой глубокий овраг, а на дне его - озерко.

–  Смотри!
– восторженно крикнул Данко.-Ты понимаешь? Снова карст. И как мы раньше не догадались? Понимаешь, Машук?

Маша понимала только то, что Данко ведёт себя не совсем нормально, однако, высказать это она не решилась и поэтому лишь спросила:

–  А что?

–  Да ведь это то же самое, что мы…- Тут он спохватился, что Маша не знает об их открытии, немножечко потёр лоб, чтобы сосредоточиться, и начал объяснять.- Вот слушай. Ручей, который вливается в это озеро, берёт начало в роднике, который вон там.- Данко махнул на запад.- Ручей течёт, течёт, вдруг - нет. А потом - снова. Оказывается он - мы это потом узнали - уходит под землю. Понятно? Дальше. Вливается он в озеро. День и ночь вливается. А почему озеро такое маленькое? Мы головы ломали - ничего не поняли. Теперь всё ясно. Из озера вода тоже уходит под землю. А потом вон там,- теперь он махнул рукой в ту сторону, откуда они только что пришли, - вытекает снова на поверхность. Понятно? Это называется карст,- когда вода буравит в известняке всякие ходы и выходы. И пещеры так образуются… Эх,- качнул он головой,- и как же это мы не догадались сразу?
– Тут его вдруг осенила какая-то мысль; он поперхнулся и в волнении облизнул губы:- Машук! А ты знаешь… ты знаешь, что этот остров может исчезнуть? Был остров - и не станет. А?

Маше слушать Данко было интересно. Не всё для неё было вполне ясно, но в общем она понимала. А вот тут она снова подумала, что с Данко происходит нечто не совсем ладное. Куда это может деваться остров? Что он выдумывает?

–  Ты что,- спросила Маша,- думаешь, что землетрясение будет?

–  Какое землетрясение? Причём тут землетрясение? Карст! Понимаешь? В реке, вот в правом протоке, мы случайно нашли яму, в неё затягивает. Водоворот. А если водоворот - значит там отверстие. Наверное, пока что оно ещё маленькое, его вода пробуравила недавно. Если большое - река ушла бы под землю. Так? А ведь оно когда-нибудь станет большим - вода пробьёт. Значит, Светлая, правый её рукав в этом месте может уйти под землю. И тогда Скалистый будет не остров, а только полуостров, мыс. Понятно?

–  Теперь понятно,- сказала Маша.- Интересно. Вот лагерь построят, мы приедем. Ночью спим - на острове, а просыпаемся - полуостров. Да? Обязательно девочкам расскажу… Давай спустимся, посмотрим озеро.

–  Ведь могли бы раньше догадаться!
– твердил Данко своё.

–  Я спускаюсь.- Маша решительно подошла к самому краю оврага, прижала к себе свою костяную драгоценность и уселась, шаря ногой, куда удобнее ступить.

Где-то за Таёжной раскатисто прогромыхало.

–  Ты куда?
– опомнился Данко.- А ну обратно! Видишь, гроза идёт.

Лохматые грязно-синие, с фиолетовым оттенком тучи застлали всё небо. Казалось, они прогибаются под тяжестью воды, скопившейся в них,- так низко они опустились. Ветер уже трепал деревья, трещали сухие ветки, и то и дело на землю падали сучья.

–  Надо двигаться к базе,- сказал Данко.- Ты шагай туда, а я сбегаю за Юрой.

–  Какая это база?

–  Не знаешь. Ну ладно.- Данко заложил в рот пальцы и пронзительно засвистел.- Придёт сам. Пошли.

Они быстро двинулись к заливу Лазарева.

Начиналась буря.

Ваня лежал в комнате один. Комната была большая и белая. Стены белые, кровати белые, покрывала на них, тумбочки, табуреты, стол - всё белое. Только пол жёлтый. На нём, расположенные в замысловатом узоре, чуть колебались, дрожали светлые пятна,- это сквозь листву лип, что росли под окнами, пробивалось солнце. Было тихо, лишь изредка доносились сюда далёкие всплески смеха и выкрики ребят, да, монотонно жужжа, бился о марлю, которая затягивала окна, лютый шмель, невесть как залетевший в комнату.

«А ребята, наверное, уже собираются к заливу Лазарева на обед,- думал Ваня.- Успеют ли они теперь план составить? Меня нет, Пети…» Он вспомнил, как тот приходил к нему утром. Но думать о Пете не хотелось. Ваня повернулся на другой бок и стал разглядывать стену. Сколько же можно так валяться!? Утром врач, меняя компресс на ноге, сказала:

–  Вот полежишь день, и если будешь вести себя хорошо, завтра я разрешу тебе немножко походить.

Это «если будешь вести себя хорошо» почему-то обидело Ваню.

–  Вера Ивановна, почему вы разговариваете со мной, как с маленьким?

Она поняла его, не улыбнулась, осталась серьёзной.

–  Наоборот, Ваня, я говорю с тобой, как со взрослым. Я не уговариваю тебя, а объясняю: если будешь вести себя хорошо, если станешь выполнять всё, что я предписываю, тогда нога у тебя поправится быстро.

Ваня подумал: «А мне не надо быстро, мне надо сейчас, немедленно!» Но промолчал.

«Ничего себе: «Разрешу немножко походить»!

А вот я возьму и убегу. Как Петин отец из госпиталя…»