Чтение онлайн

— На запад, друг дорогой,

если хочешь повеселиться,

отправляйся на юг,

и твоя миссия завершится.

— Благодарю, Роберт Фрост, но это не ответ, — Эллиот кидает рюкзак на землю. Копается в нём, достаёт свёрнутую карту. Грязным пальцем указывает на скалы. — Мы начали отсюда. Где «океан вымещает злость на земле». Затем направились на запад. Сейчас должны быть где-то здесь.

Его палец касается леса где-то в середине острова.

— Что дальше?

— Вниз, чтобы подняться, не обращать внимания на мертвеца, — говорю я.

— Верно. Это яма и могила, — палец Эллиота проводит от леса к яме. — Придётся идти на север. Когда окажемся на реке Кеннемиссис, сможем пройти к дыре.

— Только стихотворение не говорит идти на север, — произношу я.

Чарли ехидно улыбается.

— Но оно не говорит нам не идти на север.

— Всё, что я хочу сказать, может, нам продолжать идти на запад к Звёздным Камням. Они могут оказаться «шестью крепкими массивными и верными», как говорится в конце стихотворения.

Эллиот изучает карту.

— Да, но строфа, которая посылает нас на запад, гласит: «отравляйся на юг, и твоя миссия завершится». Звёздные Камни как раз на юге.

Четыре пары глаз поворачиваются ко мне. Краска заливает шею и поднимается к щекам. Сейди подошла бы ко мне, положила руки мне на плечи и сказала бы: «насколько это важно, Рубс»?

Я бы ответила то, что всегда говорю в таких случаях: «Не очень, на самом деле».

И это так — мы ближе к яме, чем к камням. Прочищаю горло.

— Думаю, не повредит поискать символ здесь.

Чарли ухмыляется.

— Итак, ты говоришь, мы может отправиться к дыре? Потому что я на самом деле хочу к этой дыре.

— Мы отправляемся к дыре.

ГЛАВА 17: РУБИ

Думаю о девушке с моим лицом и длинными каштановыми волосами. Её босые ноги касаются коры, пока она взбирается по закрученному дереву. Думаю о её руках на грубой верёвке, о ногах, болтающихся в воздухе. Падение, всплеск. Думаю о её улыбке, запахе древесного сока и прожилках листьев, когда Эллиот произносит:

— Убийство.

Ветка ударяет меня в лицо. В десяти шагах впереди, Чарли запрыгивает на упавшее дерево.

— Спорим, убит я, — говорит он, прищуриваясь. — Один из вас убийца.

— Ты больной, — отвечает Эллиот, сталкивая его с бревна.

— Руби нашла карту в «Острове Сокровищ» Бишопа Роллинса. Не думаете, что он смотрел все эти книги? Он был самым большим мечтателем, которого когда-либо знали в Уайлдвелле, — Гейб подтягивает рюкзак. — Нет, Руби нашла книгу со стихотворением, потому что спустя какое-то время после смерти Бишопа Роллинса, дыра получила третью жертву.

— В легенде говорится не так, — говорит Анна. — Три смерти за сокровище, не за карту. Убийство ещё может произойти.

— Нет, — произносит Эллиот. — Я чувствую. Сокровище ждёт нас.

— Да, ждём, пока одного из нас убьют, — Чарли отмахивается от большой мошки. — Я, между прочим, о себе говорю.

— Вероятно, дыра видела дюжины убийств за века, — говорю я. — Кроме того, если бы это произошло недавно, кто-нибудь заявил бы о пропавшем человеке. Не припомню таких новостей по Уайлдвеллу.

В городе ходили бы разговоры. В Уайлдвелле люди не исчезают. Люди вообще редко уезжают. Дорис говорит, воздух на окраинах плотнее, чем в центре. Так что, когда вы пытаетесь уехать, то вам напоминают, что на самом деле вы этого не хотите.

Хотя, это случилось однажды. Но никто не говорит о младшем брате Эллиота, который исчез одним туманным утром, когда мне было двенадцать. Позже в тот же день его отец вышиб себе мозги на пляже.

— Может быть, это был турист, — произносит Гейб. — Кто-то, кого никто не знал.

— Хммм, — говорит Анна, слегка наклоняя голову. — Сперва обед. Потом я скажу вам что-то, чего вы не знаете.

Спустя пятнадцать минут мы снимаем носки и туфли у реки, которая выведет нас к дыре. Она окружена скалами, покрытыми мхом. На выступе сидит выдра, перебрасывая в лапах камень. На наше присутствие она не обращает внимание. Другая выдра ждёт в реке ниже, лёжа на спине в лучах солнца.

Это самое очаровательное, что я видела в своей жизни.

— Не думаю, что видел тебя такой улыбающейся, — говорит Эллиот сзади. — Немного обеспокоен, честно говоря.

— Ты не понимаешь, Эллиот. Это выдры, — прикладываю ладонь к каждой щеке, чувствуя, как от возбуждения появляется румянец. — Ты знал, что они иногда держатся за лапы, пока плывут?

— Знал.

— Если они начнут делать это, я не пойду за сокровищем, потому что буду здесь. Навеки.

— Не…, — он подавляет смешок. — Не так я себе представлял тебя.

Делаю глубокий вдох. В воздухе витает такой солнечный аромат, который можно уловить лишь в особенно жаркие дни.

— Знаю. Я хорошо скрываю эту слабость.

Эллиот кивает.

— По крайней мере, это не кошки.

— Кошки — это сущий кошмар, — говорю. Это то, из-за чего мы с Сейди постоянно спорили.

— О да. Они ведут себя словно повелители животного царства.

Улыбаюсь ему той улыбкой, которая может быть только между людьми, которые отчаянно ненавидят что-то и вместе отчаянно наслаждаются этой ненавистью.

— Когда я найду сокровище и разбогатею, то куплю дом у реки и целую банду выдр — моё любимое слово для группы выдр — и буду носить футболки с плавающими выдрами, а не с кошачьими мордами.

Он пихает меня в плечо.

— Когда мы вернёмся, я куплю тебе футболку с выдрой. И даже не буду над тобой смеяться.

В этот момент я перестаю ненавидеть Эллиота Торна.

Пока мы идём к реке, Анна скидывает футболку, демонстрируя спортивный лиф цвета лайма. Гейб молчит, но спотыкается о корень дерева, когда спешит к грязному берегу. Его щёки розовеют, уши от них не отстают. Анна сурово смотрит на него.

— Будь джентльменом, Габриэль.

— Как скажешь, — говорит он слегка пристыженно.