Чтение онлайн

— Ну же, включай воду, — прикрикнула из-за двери медсестра. — Я не хочу все за тебя делать.

Я повернула кран, и на меня полились потоки воды, но я высунула из-под них голову, чтобы лучше слышать голос.

— Джо Майкл, — прошептала я. — Джо Майкл, где же ты? Ты все еще здесь?

* * *

Вечером ко мне в первый раз после родов пришла сестра Петти. Лицо у нее было такое же гладкое, как и всегда, а в волосы она вплела белую ленту. Я села на кровати.

— Джастин, как ты? — спросила она. — Я хотела прийти пораньше, но сестра Ундин завалила меня работой. — Она присела на край кровати и заглянула мне в глаза. — С тобой все в порядке? Ты такая молодец!

— Где мой ребенок? — спросила я у нее.

Она нахмурилась.

— Ох, Джастин…

— Где он, сестра Петти?

Она накрыла мою ладонь своей.

— Не волнуйся о нем, — сказала она.

— Они уже нашли для него дом?

Она покачала головой.

— Нет… нет, не нашли. Пока не нашли. Но, Джастин, я не уверена, что…

— Значит, он здесь? Все еще здесь, в больнице?

— Да, он здесь, Джастин, живой и здоровый. Тебе ни о чем не нужно беспокоиться.

Он все еще был здесь! В госпитале Святого Иуды! Его не было рядом с моей кроватью, я не могла смотреть на него, держать его на руках, вдыхать аромат его кожи, не могла спеть ему песенку, покормить молоком, но он был неподалеку, где-то в этом же здании. Я наконец смогла свободно вздохнуть, первый раз с тех пор, как сестра Ундин увезла Джо Майкла.

— Вы можете отвести меня к нему?

— Ты же знаешь, что я не могу этого сделать, — сказала сестра Петти. Она нервно теребила в руках край простыни.

— Почему?

— Это против правил.

— Почему?

— Потому что… потому что… Джастин, ты отдала ребенка на усыновление. — Она посмотрела на меня. — Поэтому тебе нельзя его видеть. Ты же это знаешь, правда?

— Нет.

— Тебе разве никто ничего не объяснял?

— Я не отдавала его!

— Нет, Джастин, ты отдала его на усыновление, именно поэтому ты оказалась здесь, в госпитале Святого Иуды. Потому что ты отказалась от ребенка. Ты разве не понимаешь?

— Я ничего не знаю. Я хочу его увидеть. Почему мне нельзя его увидеть?

— Его усыновит другая семья. Ты отказалась от него.

— Но я от него не отказывалась!

— Ты не оказалась бы здесь, если бы не отказалась от ребенка. Нет смысла для тебя с ним встречаться. Ребенок теперь принадлежит госпиталю, а потом, когда его усыновят, он будет принадлежать своим новым родителям.

Я слышала об этом, знала все это, но понимание было сокрыто. Только сейчас я все поняла, только в эту минуту.

— Но он мой, сестра Петти. Джо Майкл — мой.

— Он не твой, Джастин. Я имею в виду, он был твоим, но ты еще слишком юная, у тебя вся жизнь впереди.

Она хотела дотронуться до моей щеки, но я оттолкнула ее руку. Какая еще жизнь впереди? Я ничего об этом не знаю. Все, что было раньше, завершилось, не имело значения, теперь у меня был только Джо Майкл. Вот кто ждал меня впереди. Вот кто был всей моей жизнью. Как бы мне хотелось держать в руках пистолет! Я бы за ставила сестру Петти поднять руки вверх. А потом я забрала бы у них своего ребенка.

— Но он мой! Я же сама родила его, сестра Петти.

— Ты его родила, это правда. Но ты не настолько взрослая, чтобы ухаживать за ребенком. Сперва тебе нужно научиться заботиться о самой себе, закончить школу, стать взрослой. Зажить своей жизнью. Найти хорошего человека, выйти за него замуж. — Она мне улыбнулась. — И тогда у тебя будет свой собственный ребенок.

Но у меня уже был собственный ребенок — единственное в этом мире, что было по-настоящему моим.

— Можно мне его увидеть?

Она покачала головой.

— Прости, Джастин… но это просто невозможно. — Она крепко сжала губы.

Невозможно… Но если я так этого хочу, почему для меня это невозможно? Почему другие всегда решают, что для меня возможно, а что нет?

Я отвернулась от сестры Петти. Мне хотелось слышать только голос Джо Майкла. Я закрыла глаза — так я могла снова увидеть его. Его личико, маленький носик, губки бантиком, маленькие ушки.

— Не надо так, Джастин. Мы же друзья, помнишь? — Я услышала шуршание упаковки, когда она достала что-то из кармана. — Я принесла тебе леденцы.

Звук мешал мне слушать ребенка, и мне совсем не хотелось леденцов. Кровь стекала по ногам на прокладку. Мне хотелось, чтобы Джо был здесь. Джон Уэйн в роли Керта поднял пистолет и нацелил его в лицо врага: «Мне нужно только то, что принадлежит мне».

Я слышала, как ушла сестра Петти. Я знала, что ей хотелось бы, чтобы я дружески попрощалась с ней, но у меня не было никакого желания так поступать. Она знала, где сейчас Джо Майкл. Она могла взять его на руки, поцеловать в лобик, спеть ему колыбельную. И она могла бы отвести меня к нему.

54

Утром одна из сестер привезла нам завтрак на подносах.

— Через час за тобой приедет мама. Можешь собирать вещи, — сообщила она Кэнди.

— Наконец-то! — воскликнула Кэнди, сбрасывая с себя одеяло. Она стащила через голову белую рубашку. — Я чувствую себя так, будто покидаю тюрьму. — Кэнди взяла из шкафа желтое платье. — Я приняла таблетку, — сообщила она мне, — и молоко только что прекратилось. На всякий случай я положила в лифчик прокладки. — Она залезла в платье. — Представь себе, что молоко протечет, когда я пойду по улице! Отвратительно!

В комнату вошла сестра-хозяйка Картинг с женщиной, которая не была ни врачом, ни медсестрой. Она была одета в коричневый костюм, а на шее у нее висело ожерелье из белых бусин.

— Здравствуй, Маргарет, — сказала она.

— Привет, мама, — ответила Кэнди.

— Ты готова?

— Мне надо заглянуть в туалет перед дорогой, — сказала Кэнди.

— Только побыстрее, Маргарет. Я буду ждать у стойки на входе. — Мать Кэнди вышла из комнаты.

Кэнди посмотрела на меня.

— Скоро придет и твой черед.